За­му­жем в Аме­ри­ке: женихи из Интернета

Ир­ку­тс­кая жур­на­ли­ст­ка Ма­ри­на Лы­ко­ва, несколько лет на­зад выш­едшая за­муж за аме­ри­кан­ца, про­дол­жа­ет рас­ска­зы­вать лю­бо­пыт­ные ве­щи о жиз­ни в США и о сво­ем за­му­же­ст­ве.

Я получила много откликов от читателей «Пятницы» после моего рассказа о подруге, которая пыталась выйти замуж в Америке. Поэтому продолжу повествование. Один из Ленкиных поклонников еще до приезда ее сюда, в Айдахо, писал ей длинные-предлинные письма, закидывал ее фотографиями красивых видов айдаховской природы и рассказами о собственном детстве. Писал, как, родившись полуглухим, всегда вызывал у братьев сострадание. На фото Ленка видела крупное открытое лицо, мужественно очерченный рот, крупный лысый череп. Профессор — не меньше! Он (Брайан) был уже три раза женат и хочет жениться снова. Теперь уже на Ленке. Осталось ему до женитьбы на ней совсем немного — встретиться.

И вот она приехала, и они встретились. И он, выглядевший на фотографиях на одном из популярных брачных сайтов неким интеллектуалом — богатырем в модненьких очочках в тонкой металлической оправе и просто ну очень представительным мужчиной с хорошей мужественной внешностью, оказался малообразованным страшным заикой, провонявшим дешевым куревом. Приехал из своей Юты на затрепанном грузовичке тридцатилетней давности, напоминающем наш покрашенный белой краской уазик, но зато в обнимку с навороченным ноутбуком. И фотоаппарат у него оказался тоже дорогущий, с хорошими профессиональными насадками. Зато сам фотограф был весь какой-то неуклюжий, неухоженный и суперзагорелый. (Но не красивым средиземноморским загаром, а загаром рабов — это когда лицо и шея задубели от солнца и ветра, а грудь белая; как и руки от кончиков пальцев до рукавов рубахи — черные, а чуть заголится рукав — все та же словно по линейке очерченная белизна.) В общем, этот Ленкин американский жених не вызвал в ней никаких чувств, кроме одного: поскорей бы от него отделаться. Тем более что приехал он на свидание в грязном рабочем комбинезоне и белой пластиковой каске и чуть ли не с порога похвастался, что возит с собой в машине восьмиугольный красного цвета знак «Стоп» (Stop). Интернетовский очкастый «интеллигент» оповестил, что знак этот — его рабочий инструмент. Ну, как самолет для пилота или, там, плита для кухарки. В общем, Лениным мечтам о безбедном будущем тут же пришел конец: жених оказался дорожным работягой, стоящим у обочины трассы за 9 долларов в час и днями держащим такой вот красный знак.

Кроме того, оказалось, что Брайан живет в трейлере на пару с товарищем, который его, Брайана приютил.

Живут оба мужчины в трейлере «без удобств» , без положенного для нормальной жизни тепла (про душевное речь не идет). Товарищ не прочь выпить и покурить, а еще не прочь сутками валяться в своей постели: на работу он не ходит, живя на пособие. А Брайану что делать? Он не пикнет, потому что на его, Брайана, доходы от его сезонной работы шибко не разгуляешься. Ну и куда прикажете Брайану женщину приводить? Брайан, правда, сразу после знакомства ничего такого Елене Прекрасной не говорил, но написал ей потом про эту «незначительную деталь» в электронном письме, одновременно предложив ей пожить с ним там, в трейлере этом, втроем (!) месяц-другой. И если Ленке там жить понравится, то тогда она может смело выходить за него замуж...

«Никакого телефонного переводчика! Только словарь! Так мозги и не напрягаются, и не учишь ничего!» — рычала я на гостью. Ведь так хотелось, чтобы все шло именно так, как было задумано. Ну, или хотя бы так же, как было у двух сестер, младшая из которых очутилась в Америке лет так на десять раньше старшей. И когда старшая, уже давно разведенная и с тремя детьми сорокалетняя тетя оказалась здесь по туристической визе, младшая незамедлительно кинулась искать ей мужа. Но каково же было разочарование младшей, когда выяснилось, что старшая в «инглише» ни в зуб ногой. И это при том, что ей дано было целых десять лет на то, чтобы выучить разговорный английский. Наличие у родителей сестер собственного бизнеса на Украине — дорогостоящей школы английского языка — переводит ситуацию из разряда грустных в забавные. И младшая уже три месяца ежедневно и ежечасно орет на старшую, обвиняя ее в том, что никакого добра к их берегу не прибьет, потому что старшая все никак со словом «океан» даже справиться не может, обзывая океан отчего-то «окияшеном». (Забегая вперед, скажу, что мужик все-таки был отловлен и даже окольцован. Но старшая к этому не имеет никакого отношения. Ну, или почти никакого.)

На поиски заграничного мужика она отправилась путем затратным, но верным: прилетев в Америку, Ленка купила себе место в каюте круизного лайнера на целых семь ночей. Деньги на билет в Америку + круиз копились ровно полтора года (Лена недоедала, недосыпала, пахала как Папа Карло (а почему все-таки Папа Карло?), хватая всевозможные подработки. От круиза она ждала многого. А еще была у нее надежда попасть на специально устраиваемый круизный поход для одиноких сердец. Но такого, увы, в ближайшем будущем не предвиделось, и она взяла то, что было. И вот круизный лайнер повез Ленку на Багамы, в Пуэрто-Рико и еще куда-то там, но выяснить, куда именно, у путешествовавшей иркутянки мне так и не удалось: она взахлеб рассказывала про встреченных там, в круизе, мужиков, подробно описывая их внешность, бритые затылки и манеру одеваться и двигаться.

С мужиками в круизе оказалось негусто: на первую же встречу «одиноких сердец» (такие встречи ежевечерне проводятся теперь на всех лайнерах) приперлось девять теток от пятидесяти и четверо разновозрастных мужчинок. И тут же за них между «ледями» началась борьба.

Сперва к Ленке примкнул тот, что понравился сразу всем дамам своим атлетическим телосложением, но стоило Лене открыть рот, как одинокие женщины грудями ринулись на добычу, поняв, что с таким английским Ленка им тут не соперница. Потом — в разные дни — с Ленкой пытались заговаривать и даже танцевать другие кавалеры, но танцевать у нетанцующей Ленки все-таки получалось лучше, чем говорить. Танцевать же не получалось потому, что голодные до мужского внимания бабы из США, Канады, России, Казахстана, Украины... чуть ли не силком отрывали подвыпивших кавалеров от красивого, статного и моложавого Ленкиного тела. Она уже отчаялась было встретить кого-то, как на третий день плавания на танцульки для одиноких вооруженный дыхательным аппаратом прикатил на инвалидной коляске маленький толстенький человечек с несоразмерно коротенькими ножками и ручками. Голодные бабы кинулись было к нему, а он отчего-то покатил в сторону одиноко сидевшей Ленки. Разговорились (говорил он, а она кивала невпопад, но по-собачьи подобострастно и послушно, всем своим видом давая понять, что все-все-все из его речей понимает и со всем согласная, только вот сказать не может). Еще она пыталась улыбаться и смеяться, но все снова было невпопад, но она про это не знала. Как бы там ни было, а с этого вечера они стали вроде как «пара»: они вместе рано утром выкатывались на безлюдную палубу, чтобы встречать рассвет, туры на берег брали тоже вместе. Он всегда широким щедрым жестом предлагал ей что-то выбрать из дешевых местных сувениров, искренно желая оплатить покупку, но Лена отчего-то жеманилась, а потом очень расстраивалась из-за собственной неуверенности и неумения получать подарки просто так, ни за что. Когда же настал час прощания, американский Ленкин мужик отчего-то не дал ей своего номера телефона в ответ на ее, начерканный на ресторанной салфетке. Он и адреса почты электронной не хотел давать, но, когда увидел, что Ленка чуть не плачет от обиды, все-таки дал со словами: «Вот! Держи! А на кой он тебе, номер моего телефона, если ты все равно два слова связать не сможешь?»

С Михаэлем Лена познакомилась по Интернету. Михаэль — медбрат в службе экстренной помощи при большом госпитале, уверенный в себе, невысокого роста пухленький мужичок — пригласил Лену в один из популярных ресторанчиков города ровно к семи часам вечера на ужин. Опоздав на полчаса, он заказал себе и Ленке по стакану воды со льдом (в забегаловках США за воду платить не надо), зато интервьюировал «загадочную русскую» четыре часа кряду. Голодная Ленка порывалась демонстративно полистать меню, но предложения «Хочешь что-либо заказать?» от мужчины не последовало. Зато он с пристрастием спрашивал Ленку, нравится ли ей шопинг и как часто она это делает, и как много денег каждый раз на себя тратит. Интересовался, в каких бытовых условиях она проживает в Иркутске, надолго ли сюда и какова основная цель ее приезда. Рассказывал, что работает медбратом в престижной клинике и если к ним приходит пациент без страховки, то только за первичное обследование (давление измерить или, там, температуру) он должен будет заплатить 2—3 тысячи долларов. Он почти сразу же заявил (о чем прежде, во время их переписки еще до приезда Лены в Штаты, активно умалчивал), что только что развелся и жениться пока не готов. Майкл долго и со слезами на глазах рассказывал, что жена бросила его из-за того, что он требовал от нее выполнения супружеских обязанностей, а той выполнять их не хотелось. Ей хотелось заниматься любимым хобби — шить лоскутные одеяла. Вместе с разводом от Мишки отвернулись друзья семьи.

Были и другие из Интернета.

Один из них — другой американский престарелый Мишка, который писал и звонил: «Еду-еду! Ты только жди!» Майкл этот ехал и день, и два, и три из другого, соседнего с Айдахо штата. Ленка спозаранку наряжалась и сидела нарядная и накрашенная, ждала. А у него то мотор забарахлил, то гололед на дорогах, и он возвращается домой, а то еще чего. В общем, так он и не приехал.

Был еще некто Роберт (в Штатах если не Майкл, то всенепременно Роберт!) из Солт-Лейк-Сити. Он звонил и спрашивал, когда Лена сможет приехать в этот замечательный и красивый город, где они смогут познакомиться и погулять вместе по зимним улочкам. Лена была занята, и когда, наконец, она добралась до города Соленого озера и позвонила Роберту, чтобы дать знать о своем приезде, он ответил вопросом: «Ты сколько дней уже в Америке? Месяц? Больше? Ты мне такая не нужна. Продолжай развлекаться! Прощай!»

Было еще много других, но сразу ехать, чтобы встречаться с русской невестой живьем, почти никто не желал: невеста  уже не девочка, поди, да и в женихах с годами юношеской прыти становится все меньше и меньше. Импортные женихи не желали тратить время и тратиться на бензин без определенных гарантий, а посему тащили Лену в скайп. А какой ей скайп, если она, по ее словам, только и умеет, что махать ручкой, смущенно похохатывать и, крича I love you!, слать оппоненту воздушные поцелуи? В общем, 90% потенциальных мужей отвалились от воображаемых Ленкиных свадебных снимков, еще даже не проявившись на негативе. И тем не менее у ничуть не расстроившейся в связи с массовым отвалом женихов пятидесятилетней сибирской невесты настроение было отменное: «Марина, ты только посмотри, как много здесь мужчин, которые хотят познакомиться с русской! Их здесь, в США, достаточно много, не то что в России. Чуть ли не половина Америки! Из этого я заключаю, что репутация у русских жен хорошая».

Но рыбы, как ни крути, водится больше в больших водоемах. А потому решено было из заснеженного Айдахо кинуть клич по всем «нашим», живущим в Штатах. Отыщется ли, мол, какой приличный мужчинка по всей Америке для хорошей российской женщины? Такой нашелся, и незамедлительно было принято решение везти Ленку в Лас-Вегас. Туда, где женихи ходят толпами, где море денег плюс нескончаемых удовольствий и где одиночество в толпе чувствуется невыносимо остро. Ленку ради такого шанса решено было приодеть, обуть, прихорошить, и в итоге она стала самой красивой и яркой женщиной лас-вегасовских центральных улиц, но один-единственный так к ее берегу и не прибился.

Ленка — она душевная, добрая. Так и готова всех обнять, приласкать, обогреть. Русская она.

Мужики иностранные это чувствуют и так и льнут, так и льнут. И летит в Иркутск Лена без копейки в кармане, зато с легкой и спокойной душой, зная прекрасно, что не зря случился в ее жизни этот вояж в поисках забугорного жениха и будет еще и на ее улице небо в алмазах.

baikalpress_id:  102 139