За­му­жем в Аме­ри­ке. Социальные медиа

Ир­ку­тс­кая жур­на­ли­ст­ка Ма­ри­на Лы­ко­ва, несколько лет на­зад вышедшая за­муж за аме­ри­кан­ца, про­дол­жа­ет рас­ска­зы­вать чи­та­те­лям «Пят­ни­цы» лю­бо­пыт­ные ве­щи о жиз­ни в США и о сво­ем за­му­же­ст­ве.

Интернет я люблю давно и крепко. Куда без него? Как без него? Как можно не заглянуть в «Одноклассники», не отметиться на «Фейсбуке», не засветиться в «Инстаграме»? Какой рабочий день у нормального активного человека проходит без того, чтобы не початиться с кем-то да хоть все на тех же сайтах знакомств? И так каждый день. Но при этом мы не задумываемся, что создан Интернет был, по большому счету, для лжи. Я не социопат и признаю, что лгать кому-то прямо в глаза достаточно трудно. А вот в Сети — все иначе! Кажется, что сама Мировая паутина вынуждает пользователей создавать новые и новые аккаунты, менять профили, корректировать фотографии, лепить все новые и новые картинки, изменять свое мнение, ругаться, наговаривать на кого-то неугодного, троллить, стирать и вновь печатать «слова правды» хоть по нескольку раз на дню. В общем, можно делать все то, что вряд ли получится в реальной жизни. А еще тут, в Интернете, можно безнаказанно и легко лгать. И прежде всего самим себе.

Интернет не просто упрощает возможность «поделиться мнением» или «слегка приукрасить событие», но и распространяет вранье со скоростью света.

Причем известно, что чем невероятнее небылица, тем быстрее, больше и охотнее в нее верят. Более того, Интернет превратил ложь в бизнес. За примерами далеко ходить не надо: взять хоть вот этот англоязычный сайт, где можно нанять герлфренд или бойфренда. На любой срок. На какой такой случай — решать вам, но сайт, похоже, живой и пользующийся популярностью у одиноких или тех, кого замучили вопросами «Чего не замужем-то еще?» Есть еще море сайтов, на которых люди просто тупо косят деньги: например, собирают на «благое дело» и даже фотографии прикладывают о том, как все строится-развивается-растет. Но вот я приезжаю по указанному на сайте адресу и целую даже не дверной пробой, а... дырку от бублика. Потому что предо мной — пустырь. Точнее, степь. И никаких признаков жизни и уж тем более процветающего силами налогоплательщиков бизнеса. Пишу на сайт (номера телефона там почему-то не указано), и мне аккурат через две недели приходит отписка про то, что покуда не готовы меня принять именно по этому адресу, но с удовольствием побеседуют со мной в строго указанные дни-часы где-нибудь в Калифорнии или на Гавайях. Ну, или вроде того. А про бизнес-проект с указанным на сайте адресом — молчок. Словно бы его и не было. Потому что его и нет. Кто еще, какой нормальный человек, кроме разве что русской журналистки, попрется ради чистого любопытства чуть ли не на край земли?

Мы, слабые человеки, гораздо охотнее поверим лжи, нежели признаем очевидное.

Мы не начнем диалог первыми, чтобы не услышать «правду-матку». Мы не станем настаивать на правде, чтобы, не дай бог, поставить себя или, что еще хуже, кого-то в неловкое положение. Большинству из нас выйти из давно умерших отношений гораздо страшнее, нежели урывками и прячась, как набедокурившие школяры, продолжать крутить любовь на стороне. Спрос рождает предложение: 17 миллионов (!!!) членов сайта для «изменщиков» в тридцати странах мира, изменяющих своим половинкам, благополучно (и с выгодой для создателей сайта) покрывают свои похождения...

 Но не о деталях покрывания любовных похождений, лжи и прочих низменных страстей веду речь и даже не о бизнесе как таковом. Я говорю о лжи в Интернете, потому что врут тут все. Или почти все. Врут компании и одиночки. Врут помаленьку, безобидно и слегка, даже не задумываясь над тем, что это — ложь. Лгут по-черному, жестко, остро и хлестко, пытаясь причинить боль, укусить за тонкое место, схватить за горло и создать серьезные проблемы недругам. Пользуясь тем, что никто и никогда не узнает, она или он, меняя имена и ники, то под женским именем, а то под мужским, пишут что в голову взбредет. Пишут то с домашнего (засев у подружки с бокалом вина) компьютера, то с рабочего во время обеденного перерыва, а то с университетского, где пойди докажи, кто из студентов на такое сподобился. Главное, что вот она — безнаказанность! Главное, что пронюхал человечишко, что можно больше не волноваться о том, что придется потом смотреть облитому грязью в глаза, сховавшись за клавиатурой.

Ведут себя все интернет-лгунишки (независимо от размера лжи) подобно детям малым да плохо воспитанным, но умным от природы домашним питомцам: и те и другие постоянно пытаются «продавить» родителя или хозяина на предмет «как далеко можно зайти в этом деле и избежать наказания?»

Я ни в коем случае не утверждаю, что лгут все. Я лично, например, обожаю Интернет и Facebook, но не всегда верю всему, что там вижу, слышу и читаю. Возьмем хоть модные в последнее время «пикчерс» под девизом: «Проснулась и фотаю себя как есть». Не верю!!! Не потому что я в зеркале вижу, проснувшись и встав с постели, совсем не то, что на фотографиях. Бывают же, наверное, и писаные красавицы, у которых и постель не мнется. Но там ведь не просто красавицы, а красавицы при параде, с макияжем профессиональным, с уложенными волосок к волоску и причесанными аккуратненькими головками. И в одеждах, в которых, как мне кажется, все-таки не спят. Обычные люди уж точно. А иные смотрят, верят и, глядя на свою опухшую от сна в зеркале физию, начинают страдать комплексами неполноценности или еще там чем. А те, кто постит такие снимки, сами начинают верить в то, что они являются теми, кем, увы, не являются и не являлись никогда. Но глядя на снимки других (такие же лживые, приукрашенные и отфотошопленные снимки), слабейшие становятся на путь подражания. Чтобы выглядеть не хуже. Чтобы так же отпячивать губки, подержав их предварительно в банке с узким горлом. Чтобы снимать себя точно с такого же угла, как сестры Кардашьян. И выкладывать в Интернет, как сотни других «звезд»-однодневок, по сотне фоток в день.

Один мой пожилой и изрядно повидавший жизнь американский приятель не раз сетовал на то, что давно и безуспешно пытается познакомиться на сайтах знакомств с женщиной.

Он уже давно многого от потенциальной партнерши не требует, потому что самому уже давно стукнуло 65 и с каждым годом бобылем ему все труднее и труднее. Устал он от одиночества и так и пишет на всех этих сайтах знакомств: «Ищу женщину для совместных путешествий». То есть женщина ему нужна не старая, чтобы передвигаться могла самостоятельно и чемоданы свои и его, если что, двигать, но и не слишком молодая. Как раз такая, что уже вышла на пенсию и живет припеваючи, похоронив мужа. Или на пенсию еще не вышедшая и вообще ни дня в жизни не проработавшая, но все равно живущая припеваючи на деньги, оставшиеся от родителей, от дядюшек-тетушек, от удачного вложения капитала... да бог знает чего еще в жизни может быть! Но женщина должна быть, по разумению моего приятеля, неработающая (читай: состоятельная), потому что какая работающая пять дней в неделю и от зари и до зари, нищенствующая и еле сводящая концы с концами женщина будет в состоянии путешествовать? Женщина ему нужна еще и такая, чтобы без детей или с детьми взрослыми и не в большом количестве.

Не надо ему в партнерши мамашу с семерыми по лавкам, потому что «забота о детях любого возраста отнимает у матери много времени. А чем детей у женщины больше, тем времени они у нее отрывают тоже больше!» — сделал вывод из жизненных опытов мой визави. А еще женщина ему нужна без личных проблем, потому что платить за свою партнершу в каютах-оте­лях он (по крайней мере на первых порах), как и выслушивать ее охи-вздохи и вытирать ей слезы и сопли, не желает. Ему не нужен на шею хомут, пусть он и обеспечен по жизни вдоль и поперек. Ему хочется узнать сначала, с кем он будет делить кров и кусок хлеба в других, далеких и не всегда дружелюбных странах, потому что он верит, что только в экстремальных кругосветных путешествиях можно понять мужчине женщину, а женщине мужчину. И тогда только способен он будет решить, стоит идти с ней дальше или лучше, вернувшись домой, еще спокойно поискать? В общем, он честен с женщинами и сразу говорит обо всем, что считает важным. Обо всех своих требованиях говорит, себя при этом не приукрашивая, и хочет от дам предельной честности взамен. Почему-то ему не везет уже не первый год. Дама, согласно пониманию жизни моего друга, должна быть в состоянии сама за себя платить и делить все расходы пополам, но при этом не быть жадной и не «тащить одеяло на себя». А еще она должна хорошо выглядеть, чтобы не стыдно было с ней в эти самые путешествия отправляться. Чтобы не дура была. Чтоб выглядела моложе своих лет... И вот тут начинается главная загвоздка. Все упирается в деньги и ложь.

— На встречи они все, Марина, приходят какие-то... все не те. Не те, что были на фотографиях, в Интернете выставленных. Старые они приходят. Потрепанные. Неумные. Занюханные и затюканные. Впечатление иной раз складывается, что кто-то другой за них писал мне, а не сами они, все эти женщины. Изо рта пахнет нехорошо у иных. Я прямо так сразу и говорю: «А что это вы двадцатилетней несвежести фотографию на сайте выставили-то?» А мне отвечают так игриво: «Так неправда ваша! Я просто цвет волос изменила!» А я встаю и ухожу. Потому что говорить больше не о чем. Да и не хочется ни о чем уже говорить. Стоит женщине мне один раз солгать — все, умерла для меня женщина! — делится с горечью в голосе уставший от одиночества американский миллионер.

Моя знакомая писательница, с которой мы пуды соли вместе съели по молодости, издала уже не одну книжку рассказов приличными тиражами. Теперь уже практически звезда своего жанра, она, популярная на родине, в России, как-то посетовала, что популярности ее способствовала... людская зависть. Больная черная зависть больного черного человека. Книжки в невзрачных, скромных и дешевеньких обложках расходились как горячие пирожки потому, что некая «доброжелательница» годами (!) постила в Сети различные придумки о жизни сочинительницы. «Доброжелательница» сама сочиняла и печатала нелепые грязные небылицы на сайтах, где мелькало имя писательницы, желая побольнее укусить и растоптать удачливую молодую женщину. Она проводила в Сети сутки, недели, годы напролет и, кажется, не спала и не ела, потому что такова была ее зависть. (О личной и вообще какой-то жизни и речи быть не могло, ведь большие пакости много времени отнимают.) Хотела злодейка как хуже, а получилось — лучше не бывает! Негативная информация сама себя продает скорее позитивной, потому что так уж устроен человек, что ему жареное подавай. Бесплатный пиар — вот что получилось в итоге!

 — Так ты, Нина, должна бы платить ей уже начинать за такое продвижение, она же тебе популярность бешеную обеспечила! Другие специально людей нанимают, чтобы «горяченькое» сочиняли, но тем и за большие деньги тямы не хватает писать так, как эта. А твоя гляди как строчит! Аж иной народ верит! — хохочу я. 

Нина, миниатюрная невысокого роста женщина-подросток, старше меня лет на десять, согласно и весело кивает в ответ ухоженной головкой с крашенными в дорогом салоне волосами и вспоминает, что, когда она приехала в Россию навестить семью и друзей (живет Нина с мужем, как и я, далеко от родного дома, где папа и мама, где школа, где бескрайнее голубое небо и все такое родное и близкое сердцу), лучшая подруга при встрече сразу же, не разнимая объятий, принялась ощупывать ее живот. 

— Я не поняла даже, чего это она. Подумала я, что растолстела ужасно, раз моя лучшая подруга так на меня отреагировала, — рассказывает, весело вспоминая прошлое, Нина. — А вечером дай, думаю, загляну на тот сайт, где моя «почитательница верная» пишет обо мне двадцать четыре часа в сутки. Читаю черным по белому: «А Нинка-то полетела домой, в Россию, из гребаной своей Германии аборт делать. Спит на чужбине с кем попало, фингалы от любовников и прочие увечья получает, и все за спиной у мужа!» И все в таком духе, в общем, а народ наш читает и верит! Потому что чем неправдоподобнее ложь, тем легче она прокатывает. Чего только та моя «лошадка по продвижению» не сочиняла, Маринка! Мама дорогая! Я специально, поняв, что она не совсем, скажем мягко, здорова, начала распечатывать ее сочинительства. На протяжении почти восьми лет (надо отдать ей должное!) фантазия у нее все еще не исчерпалась. То муж мой (он профессор в университете, читает лекции по всему миру) взятки берет, а то я, чтобы книжки свои опубликовать, взятки даю.  

— Ты что, все эти годы так вот все это и терпела? — удивляюсь я, листая «опусы», от прочтения которых волосы встают дыбом.

 — Знаешь, Марина, я давно уже смирилась. Сперва хотела засудить эту полоумную. Вычислили мы давно с помощью официальных органов, кто этот человек и где проживает (дело техники, причем минутное!), к юристам на консультации с мужем ходили. Не знаю, как в России или у вас в Америке, а у нас в Германии до истечения определенного срока (несколько лет) напечатанное даже в безликих и безыменных комментариях и под липовыми именами приравнивается к слову живому. А слово, известно, не воробей. Ей грозил штраф от пары сотен тысяч евро до изгнания из города. Пожизненно. Есть тут, оказывается, и такое. Мы на консультации юридические тогда потратились прилично, на изучение юристами всех ее писулек, а потом мне вдруг чисто по-бабски жалко ее стало. Живет старая, советской закалки, замотанная непосильным трудом на чужбине женщина, света белого не видит. Вот и остается ей одно — писать, писать, писать задаром, лишь бы какой отклик был, лишь бы кто слово сказал, пусть и в Сети.  

Социальные медиа — невероятное оружие. Проблема лишь в том, что если прежде американцы, например, глядя на соседей и стараясь во всем за ними поспевать, а то их и переплевывать (keeping up with the Joneses), теперь встали на путь непрестанных мучений.

И если прежде «джонсами» выступали ближайшие соседи, то теперь «джонсы» для тех, кто сидит в Интернете, — вся планета. А поспевать за всеми «джонсами» в мире вроде как трудно. Невозможно даже поспевать. Это сказывается (и плохо сказывается!) на самооценке иных невольных наблюдателей без внутреннего стержня. Один сфоткался на вечеринке с белозубой красавицей. Другой, вижу, поняв, что он давно и прочно завяз в одиночестве, тут же начинает в ответ писать где только можно, как все в его жизни здорово и замечательно, как интересно все в его жизни. Так здоровски, что нет времени скучать! Вот он на фотографиях на фоне круизного лайнера, а вот — на каком-то даже концерте. Вот еще и еще он и он! Все для того, чтобы никто не догадался, как хреново ему живется, и как пусто, одиноко и горько у него на душе.

Я свято верю, что нет на Земле человека, который никогда не лгал (ну, только если это не невинный младенец). Зачастую люди лгут для того, чтобы скрыть свои цели. Чем хуже в реальном мире живется человеку — тем ярче его виртуальная жизнь. Это не я придумала. Более того, все эти селфи как бы диктуют сегодняшним пользователям Сети: жизнь должна быть именно такой (полной вечеринок и путешествий на круизных лайнерах по заморским далеким странам), муж — именно таким (молодым загорелым атлетом), ты — всенепременно такой (невзирая на возраст, с попой «мячиком». С накачанной такой попой, которую видно за версту. Потому что селфи и весь этот Интернет как бы диктуют: «Что бы ни случилось в жизни — качай попу!»)