За­му­жем в Аме­ри­ке. Про геев

Ир­ку­тс­кая жур­на­ли­ст­ка Ма­ри­на Лы­ко­ва про­дол­жа­ет рас­ска­зы­вать чи­та­те­лям «Пят­ни­цы» лю­бо­пыт­ные ве­щи о жиз­ни в США и о сво­ем за­му­же­ст­ве.

— Марина, вот скажи мне, ты как к геям относишься? — спросил меня ни с того ни с сего Джон.

— К геям? Да никак я к ним не отношусь. Я, знаешь ли, замужем...

Джон явно застал меня своим вопросом врасплох.

— Да нет, я не про то. Я знаю, что ты не лесби. Я спрашиваю, сочувствуешь ли ты им? Или тебе все равно? Или ты ненавидишь их? — не унимался американец.

Над вопросом «Как я отношусь к геям?» я думала не один день. Как я к ним отношусь? Живя в Иркутске, я относилась к ним точно так же, как и ко всем другим, потому что те «голубые» и «розовые», кого я знала, были людьми скромными, порядочными, профессионалами своего дела, на рожон не лезли. Здесь же, в Америке, лесбиянок, геев и прочих «нетрадиционных» в сравнении с Россией, на мой взгляд, пруд пруди. И они не скрываются и не маскируются, а даже, наоборот, напоказ выставляют свою «индивидуальность» и яростно борются за свои права, устраивая демонстрации, митинги... В ежедневной жизни американские нетрадиционалы украшают себя многочисленными радужными браслетиками, красят волосы во все цвета радуги и требуют к себе точно такого же отношения, как и к любым другим гражданам. Вспоминается случай в летнем аквапарке, невольной свидетельницей которого я стала три года назад: две жирные лесбиянки с крашеными синькой волосами и тремя разновозрастными детьми требовали от кассира продать им входные билеты с существенной скидкой, как «семье».

«Семья» — это когда муж и жена. И дети! И у всех у них одна фамилия!» — стояла на своем пожилая благообразная леди за окошечком с надписью «касса»...

...В одной городской пекарне пожилой работник-гей ежедневно разукрашивает торты радугой (символом ЛГБТ. ЛГБТ — аббревиатура сообщества лесбиянок, геев, бисексуалов и трансгендеров). Радужные торты эти никто не покупает, и я бы на месте хозяина этой маленькой частной пекарни быстренько это дело прекратила бы, но... Но не все, оказывается, так просто. А в местном магазине модной одежды молоденький гей-продавец ежедневно щеголяет в девичьих шерстяных легинсах. Видела его вчера в коричневых, а сегодня — в светло-бежевых. В таких, что в облипочку... и тоже все о’кей! И вообще, мужеподобные дамы (я уже наметанным глазом могу безошибочно различить, что это все-таки бывшие дамы) в мужской одежде в обнимку с девушками или держащиеся за руки и целующиеся на публике взасос мужские пары — здесь норма. Никто не станет на таких здесь смотреть с осуждением или закатывать глаза вслед этим нетрадиционным любовникам. На службе таких уволить, слышала, сложней всего, потому что каким бы разгильдяем-лентяем ни оказался сотрудник, если он гей, лесби или кто-то там еще… уволить здесь таких вот (как и темнокожих) без ущерба для кошелька и нервов работодателя практически невозможно. Толерантность, понимаешь ли. Я за шесть лет жизни в Соединенных Штатах тоже научилась быть спокойной как удав при любых обстоятельствах. Хотя и прежде всегда воспринимала чужой образ жизни без какой-либо враждебности, с уважением и неподдельным интересом. Но быть терпимым и толерантным в США — осознанный гражданский выбор. Результат самодрессировки.

Попробуй-ка тут, в Америке, быть нетерпимым и высказывать вслух то, что думаешь. Как делают это в России. Вот и поучительный пример: много лет назад популярная в Америке теледива высказалась в присутствии своей самой близкой подруги в адрес какого-то насолившего ей чернокожего занесенным в разряд запрещенных в Соединенных Штатах словечком «негр». И спустя годы (!) за это одно-единственное вслух произнесенное словцо бумерангом получила общественное порицание, расторжение многомиллионных контрактов, грозящие ей на стрости лет нищету и ненависть от всея Америки, а не от одних только «негров». Женщина, рыдая, просила прощения за «ошибку» у всей страны, и страна ее со временем все-таки простила. А вот случай посвежее: патриарх «утиной династии» (Duck Dynasty) высказался публично против гейской любви, и его чуть не стерли в порошок вместе с его ТВ-шоу и мультимиллиардной империей. А он, человек пожилой, принципиальный и верующий (что и делает это шоу самым популярным в США, привлекая к экранам почти 12 миллионов телезрителей), всего-то в одном из интервью назвал гомосексуалистов греховодниками. Телеканал сильно обиделся за геев и решил уволить Фила Робертсона из шоу. Семья Филиппа (другие участники шоу), наплевав на миллионы долларов дохода, которые они могли бы потерять, высказала в ответ свое мнение примерно так: «Либо Фил остается в шоу и мы продолжаем все вместе, либо никакого шоу не будет». Канал под напором американских защитников свободы слова да просто любителей шоу про жизнь «деревенщины» — бородатых и чистых сердцем людей — быстренько сдался, и теперь у шоу словно бы второе рождение. Но эти два примера для Америки — из разряда расчудесных чудес, потому что у них хороший конец. Я все еще помню те времена, когда за мужеложство сажали. С юных лет я навсегда запомню слово «педераст» и историю нашего соседа, который, будучи студентом, устроил у себя на квартире «мальчишник». Мальчишек было двое: мой сосед и его приятель. Приятель — латентный гей — напоил моего добродушного толстяка-соседа и претворил собственные мечты в реальность. А напоследок (конец восьмидесятых), вынырнув из тепленькой постельки, забрал только что полученную стипендию моего соседа-отличника и хорошенько его, видевшего седьмой сон, порезал. Собрался и ушел. Сосед мой тогда выжил. Чудом. Истекающий кровью, он сумел доползти до нашей двери. Я, тогда еще подросток, помню, как мучительно долго решался вопрос: вызывать ли скорую, и если вызывать, то что рассказывать? Ведь расскажи тогда про мужеложство... Гомосексуализм всегда был в СССР извращением. Никакой не болезнью или тем более «нормой», но обычным извращением.

Кто знает, сколько геев в России? А тут, в Америке? Говорят, людей с однополой ориентацией всего семь процентов. В Штатах у меня сложилось впечатление, что все они живут со мной бок о бок.

Несмотря на то что содомия всегда считалась, по православным меркам, смертным грехом, за две недели конца прошлого года в самом, думаю, консервативном штате Америки — Юта состоялось 1300 свадеб (тех самых, о которых в России пока, кажется, нет и речи, — когда женятся мужчина с мужчиной или женщина с женщиной). В моем штате Айдахо с недавних времен геи и лесбиянки имеют точно такие же права (например, если речь идет об усыновлении детей), как и все «нормальные люди». Здесь вообще, как мне кажется, слишком много и часто о правах представителей ЛГБТ говорят. «Марина, ты как к геям относишься? Жалеешь их? Готова ходить с ними на демонстрации? Помогать им в борьбе за их права?..» — вопрос Джона заставил меня призадуматься. Я всегда думала, что мне все равно. Я думала, что я в этом вопросе — не горячая и не холодная. Я теплая.

Но вот после того как узнала, что одной семейной (традиционной) паре, после того как они отказали двум мужчинам испечь и украсить к их гей-свадьбе огромный свадебный торт, пришлось закрыть свою пекарню, а фотографу, отказавшемуся снимать лесбийскую пару и из-за своего отказа потерявшему практически весь бизнес, мне уже не все равно. Я помню историю с официанткой-лесбиянкой, которой обслуженные ею муж и жена не дали чаевых, но оставили записку, в которой объяснили свой отказ «дать на чай» упоминанием ее «стиля жизни» и тем, что они сначала думали, что обслуживает их парень, а не девушка. Так вот эта официантка в мужском обличье раздула такую бучу об ущемлении ее гражданских прав, какая человеку «нормальной ориентации» и не снилась. Предположим, я лесбиянка-россиянка. Или сибирский «педик». В преддверии собственной гей-свадьбы я решил(а) заказать торт в пекарне или пошить два одинаковых смокинга, или... что там еще они делают? И мне вдруг по каким-то причинам в услуге отказывают только потому, что я — не как все. (Предполагаемые исполнители, замечу, теряют деньги, потому что отказываются от заказа). Подам я на тех, кто сразу и честно сказал мне «нет!», в суд? Ни в коем случае. Потому что я, во-первых, не желаю афишировать свою «непохожесть», а во-вторых, я уважаю право людей на собственное мнение. Потому что я толерантна. Я, возможно, огорчусь, что мне в услуге отказали (за мои же деньги!), но я буду искать и найду того, кто мне не откажет и выполнит все по первому разряду. Что же здесь, в Америке? У меня создалось впечатление, что представители секс-меньшинств в США ждут не дождутся, как бы где чего пошло не так. И вот тогда отказавшихся ставить на верхушку свадебного торта две обнимающиеся мужские фигурки из соленого разукрашенного теста можно затаскать по судам. Ах, ты не хочешь запечатлевать нашу обоюдную женскую страсть? Мы сравняем тебя с грязью. Они требуют равных с нами, «традиционалами», прав, но с их стороны — никакой терпимости по отношению к противному мнению. Так почему я должна сочувствовать тем, кто, воюя за равные права, хочет быть намного равнее?

 ...Последним, что мать услышала от сына, было текстовое сообщение. Со своего мобильника 19-летний малец написал: «Мама, пожалуйста, запомни меня не слабаком, а тем, кто сражался до последнего».

— Это было страшно! Я поехала за рождественскими покупками в другой город и вернуться сию минуту не смогла. Стала звонить сыну, а он не отвечает.

Парень, переехавший в наш штат четыре года назад из Калифорнии вместе с родителями, отправил матери текстовое сообщение и покончил жизнь самоубийством. Рассказывают, что парня ежедневно избивали в школе и что над ним издевались самые спортивные и, как тут принято говорить, «популярные» ребята. Потому что гей. Однажды его позвали на вечеринку и так его там измочалили, что вспоминать без слез невозможно. Мать рыдает и рассказывает, как однажды купила сыну модную очковую оправу за триста долларов и в первый же день сын пришел домой из школы без очков, потому что очки растоптали.

— Я решила в честь моего покончившего жизнь самоубийством сыночка создать клуб человеческих прав.
Клуб этот уже начал свою деятельность на базе одной из местных школ, и сделано, рассказывают, уже немало. Разрабатывается, например, проведение акции под рабочим названием «Звезда суицида»: решено начать коллекционировать реальные истории, когда кто-то из местных геев покончил жизнь самоубийством...

Загрузка...