За­му­жем в Аме­ри­ке. Лас-Вегас

Ир­ку­тс­кая жур­на­ли­ст­ка Ма­ри­на Лы­ко­ва, несколько лет на­зад вышедшая за­муж за аме­ри­кан­ца, про­дол­жа­ет рас­ска­зы­вать чи­та­те­лям «Пят­ни­цы» лю­бо­пыт­ные ве­щи о жиз­ни в США и о сво­ем за­му­же­ст­ве.

Сегодня расскажу о том, как я ездила в Лас-Вегас!

Все случилось точно как в поговорке «Кто рано встает, тому Бог дает!». Не совсем так, как хотелось бы, но все-таки. Слышала я недавно, что авиабилеты из моего богом позабытого штата в веселый и яркий город Лас-Вегас можно купить всего за 60 долларов. Туда и обратно. Но только при условии, что покупаешь ты билеты на самолет загодя. Сильно загодя. Известно ведь, что цена на авиабилеты со временем меняется. Чем меньше времени осталось до посадки, тем опустошительнее путешествие для бюджета. Но на работе у меня внезапно образовались выходные — со вторника по четверг, и я, как в известной репризе «Мне в Париж. По делу. Срочно», кинулась в понедельник, за день до отлета, покупать эти самые билеты.

Была неприятно удивлена фактом, что выспаться мне удастся, пожалуй, только на небесах: чем позднее по времени вылет, тем дороже стоит посадочное место. Причем скачок значительный: если летишь развлекаться в столицу американского казино часиков так в 6 утра (когда все уважающие себя люди видят седьмой сон), то билет стоит порядка 400 долларов. А если чуть позже (на час позже!), то уже все 950 «зеленых»...

В Город греха я вырвалась всего на три дня. Снежным айдаховским вечером билеты на самолет были-таки куплены, а утром я уже цокала каблучками летних босоножек по раскаленному асфальту лас-вегасского аэропорта. Навстречу встречавшей меня бывшей иркутянке, а ныне жительнице Лас-Вегаса Ирине Докучиц, с которой мы не виделись более десяти лет.

...Лас-Вегас. Город вседозволенности, пороков и похоти, слабостей, вечного веселья и горьких пробуждений. Город ярких красок, дорогого парфюма, сверкающих роскошью витрин и автомобилей. Город суматохи, толчеи и страшного одиночества в толпе.

Я бывала в этом городе-празднике много раз и прежде — с мужниными детьми, Линой и Робертом, и каждый раз ловила себя на мысли, что жить здесь я бы не смогла. «Вот кем здесь работать? — рассуждала я наедине с собой. — Ну, если только официанткой или проституткой». Дальше этих профессий фантазия моя не шагала, потому что в голове никак не укладывалось, что этому греховному городу нужны какие-то еще работники кроме вышеназванных. Такая (теоретически) перспектива жизни в городе-празднике меня прельщала не особо. Я, бывавшая в Городе греха несколько раз и прежде, зачем-то влюбилась в этот город только теперь, после семи с половиной лет жизни в Америке. Всегда, повторюсь, я относилась к LV более чем прохладно. На восторженные вопли моих знакомых о том, как там «все здорово!», какая там «кипит культурная жизнь» и что «этот город такой классный!» и «как клево было бы там жить», я всегда прохладно парировала: «Но там ведь работы нет. Вот кем ты там будешь работать? В пустыне-то? И вообще, что тут смотреть? Одного вечера вполне достаточно, чтобы тут погулять и двигаться дальше...» Так было прежде. И вот теперь я снова здесь. Без мужа. Без детей. И мне отчего-то хорошо и комфортно в этом суетном и одновременно праздном городе, который своими мощными рекламными огнями из самого сердца пустыни освещает даже космическое пространство.

Но насчет работы в Америке я, похоже, не ошибалась даже до того, как люди по всему миру услышали про экономический кризис. Сын моей старинной знакомой из Иркутска, известного и уважаемого в городе доктора, 21-летний Сережа (он, к слову, студент UNLV — университета штата Невада, Лас-Вегаса, изучает информатику и программирование), еле-еле устроился продавцом в магазинчик, торгующий так называемой русской едой. Шампанское «Советское», шпроты, хлеб «Бородинский», сгущенка… Все это хоть и производится, смею предположить, где-нибудь под Нью-Йорком, но ностальгирующим эмигрантам одного факта похода в русский магазин хватает в качестве заряда положительными эмоциями надолго. Хозяин магазинчика — армянин, продавцы — выходцы не только из «пятнадцати республик — пятнадцати сестер», но и из стран бывшего соцлагеря. Прекрасная возможность пообщаться на родном языке и хоть как-то заполнить вакуум душевного славянского общения. (Забегая вперед, скажу, что Сереге с этой работой несказанно, в общем-то, повезло — его приняли.) Но сперва парня брать на работу не хотели. Дали от ворот поворот сначала, мотивировав отказ тем, что «нам вообще-то нужны девушки». На что уже почти отчаявшийся найти хоть какую-то работу Сергей, обаятельно улыбаясь, полугорько пошутил, что готов уже пол сменить. Лишь бы приняли. В магазине посмеялись. Оценили шутку. И тут же, без положенного в подобных случаях интервью, взяли парня в штат. Было это два месяца назад. Работой Сережка доволен: совмещая учебу и работу в магазине, он уже купил себе навороченный телефон за $1000 и крутой ноутбук. Новичкам тут платят $9 в час. Через каждые 3 месяца зарплата увеличивается. Один Серегин знакомый, который живет тут уже давно, работает в кафе официантом и вместе с чаевыми зарабатывает от $18 в час.

Так вот про работу в Лас-Вегасе. Это недавно прибывшим сюда русским, говорят, работу найти сложно. Да и не только недавно прибывшим, а русским вообще. Потому что нет у нашего народа такой черты в характере, как взаимовыручка.

Вот китайцам и индусам это присуще. В крови у них это. Даже мексиканцы своим помогают просто потому, что свои. А русские... Нет, не поймите меня неправильно. Встречаются и среди наших люди хорошие, добрые, отзывчивые. Но вот национальной чертой характера отзывчивость эту самую все равно назвать не получается. А вообще-то вакансий здесь тысячи. Но всем работодателям нужен опыт, знание языка, специальное образование. Да не абы какое, а чтобы всенепременно американский аттестат или диплом.
Но дефицит работы в городе, где запах денег буквально витает в воздухе, — это еще полбеды. Пару лет назад, когда цены на недвижимость рухнули по всей Америке, я мужу плешь проела, уговаривая его прикупить домишко в самом сердце расцвеченного огнями города мира. Чтобы сдавать недвижимость в аренду. Но Роберт был неумолим. Он убеждал меня, что покупать дом в пустыне — не самое умное, что может прийти в голову. Потому что однажды даже такой всемирно известный город, как Лас-Вегас (основанный аж в 1905 году), может остаться без воды. «И тогда никакие казино не помогут, Марина. Умрет город. Как пить дать умрет...» Я не верила и дула губы: сильно мне тогда хотелось стать хозяйкой лас-вегасского особнячка с бассейном тысяч так за триста «зеленых». Но теперь, проезжая мимо озера, расположенного неподалеку от Лас-Вегаса, с ужасом увидела, как обмельчал водоем: город растет чуть ли не в геометрической прогрессии, а воды становится все меньше и меньше. Немудрено, что всю воду здесь попросту выпивают: если в 1900 году в Лас-Вегасе жило всего 25 душ, а через десять лет стало уже восемьсот, то сегодня здесь проживает уже население целого Иркутска, помноженное на два. И любителей красивой жизни с каждым днем становится все больше. И это не считая туристов.

Лас-Вегас, как и любой другой туристский раскрученный город-аттракцион, любит денежки. Перелеты — отели-рестораны — развлечения — шопинг... Большинству американцев подобные каникулы даже один раз в году не по карману. Но я долго не думала, лететь или нет, потому что меня пригласила в гости Ира, Ирина Докучиц, широко известная в сибирских медицинских кругах личность. И вот 49-летняя Ирка и ее американский муж Роберт уже везут меня из аэропорта в их просторный дом, расположенный примерно в часе езды от шумного и никогда не спящего Вегаса. Я просыпаюсь теперь не от ора будильника и не от прикосновений стаскивающего с меня одеяло супруга, но, как в детстве, от запаха только что вынутой из духовки выпечки да звука скворчащей на сковороде яичницы со шпинатом и помидоринами. В этом, новом для меня, Лас-Вегасе теперь можно, выйдя на патио босиком и в пижаме, плюхнуться досыпать в уютное мягкое кресло, лениво при этом потягивая свежесваренный Иркиным супругом кофе с щедро вплеснутым туда ликером «Бейлис». На обеды-ужины Ирка умудряется настрогать кучи салатов (оливье, «Королевский», «Мимоза»...), печет наши, русские, тортики. Крутится как белка в колесе. И без слов ясно, что такая вот сибирская жена круто изменила жизнь своего американского супруга-отшельника. И если до женитьбы он неделями ни с кем не общался, то теперь у них в доме не умолкает телефон. Ирке интересно все: она не пропускает ни одной стоящей выставки, ни одного модного спектакля. Бесконечные вечеринки с русскими. Автошоу. Фуршеты. Школа рисования. Школа танцев. А еще и бесконечные круизы, круизы, круизы… «И когда она все успевает?» — вертится в моей голове. Но недолго. Потому что в Лас-Вегасе мне нравится ни о чем не думать. Я чувствую себя кинодивой на каникулах, когда нет вокруг толпы, нет сумасшедшего распорядка дня и когда можно расслабиться, распуститься, быть самой собой, не пудрить нос и не мазать тушью ресницы и, главное, никуда не спешить.

Продолжение рассказа о поездке в Лас-Вегас — в следующем номере «Пятницы».

Загрузка...