За­му­жем в Аме­ри­ке. Диета

Ир­ку­тс­кая жур­на­ли­ст­ка Ма­ри­на Лы­ко­ва, несколько лет на­зад выш­едшая за­муж за аме­ри­кан­ца, про­дол­жа­ет рас­ска­зы­вать чи­та­те­лям «Пят­ни­цы» лю­бо­пыт­ные ве­щи о жиз­ни в США и о сво­ем за­му­же­ст­ве.

Мне скоро домой, в Иркутск, ехать на побывку, а на уме одно: «Родители меня такую толстую на порог не пустят!» Для Америки я вполне себе даже ничего помпуша, но вот по российским меркам — форменная жирнушка. И с этим надо что-то срочно делать, потому что не хочется читать во взглядах бывших одноклассников и соседей по подъезду немой укор: «Ну, Лыкова, и разнесло тебя!» В общем, до поездки домой остается всего месяц. Авиабилеты куплены, чемоданы давно и под завязку набиты подарками (верный признак того, что ехать мне хочется очень-преочень!), и клюнувший вдруг меня в одно место петух принялся гонять все мои 90 кг на прогулки-пробежки-занятия с гантелями и плавание чуть ли не ежедневно. Но занятия спортом — это, оказывается, далеко не все. Еще и есть надо бы начать поменьше, потому что размер порции, оказывается, один из главных шагов к успеху в потере веса.

Я чуть ли не с детского сада знала, что 20 минут смеха заменяют одно съеденное яйцо (во времена моего детства и юношества с едой было туго и людям предлагалось вместо полноценных приемов пищи безостановочно, видимо, хохотать). Но также я помнила, что суровые спартанцы съедали горсть простого, без ничего отваренного риса и как-то еще прыгать-бегать умудрялись целые сутки. Но Америка — не Спарта, и я решила, что просто не мешало бы начать измерять то, что я предположительно хочу в себя за обеденным столом запихать.

Давно уже наблюдаю в местных продуктовых магазинах такую картину: с годами упаковка (коробка) все того же риса, например, внешне ничуть не меняется. И цена — вот чудо! — даже невзирая на экономический кризис, остается прежней. И это в капиталистической-то Америке! Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что вот риса в этой самой коробке, по цене что и десять лет назад, становится все-таки все меньше и меньше, просто мало кто здесь обращает на это внимание. Так же и с порциями, только наоборот.

По словам супруга, за последние 20 лет он, человек за питанием и за собственной стройностью следящий пристально (Роберт в свои 65 лет все еще в весе, когда ему было 18—20), наблюдает чудовищные изменения в порциях и в размере талий простых американцев. И те и другие глобально увеличились в размерах. Согласно статистике, треть всех взрослых американцев и 17% детей в США страдают ожирением, и эта эпидемия давно уже вышла из-под контроля. Неудивительно: порции в ресторанах (дабы привлечь клиентов обильной и дешевой едой) увеличиваются не по дням, а по часам, а вместе с ними растут вдоль и поперек и животы едоков. Среди американцев популярна шутка I’m on see food diet, что переводится как «Я ем все что вижу». Обильная еда (точнее, форменная обжираловка) стала в Штатах частью культуры. На тарелках и дома, и в едальнях сегодня гораздо больше пищи, чем 20 лет назад — взять все тот же жареный картофель из «Макдональдса». Сегодняшняя порция French Fries — 610 калорий (,9 унций) против 210 калорий и 2,4 унций пару десятков лет назад. Печенюшка с кусочками шоколада, так любимая поголовно всеми американцами, также мутировала и в размерах (став почти в три раза больше!) и в калориях — 275 против 55. (Современные американские печеньки больше похожи на толстенные блины размером с чайное блюдце.)

Чизбургеры — отдельная песня. Сегодня в Америке популярны рестораны под названием «Сердечный приступ», где эти самые чизбургеры диаметром с тазик и метра два в высоту. И отважившийся поглотить всю эту жирнющую и суперкалорийную вкуснятину герой умирает прямо за обеденным столом. От сердечного, как несложно догадаться, приступа.

И это вроде как лучшая реклама заведению. А вообще же нормальный, обычный такой чизбургер теперь в два раза калорийнее своего предка и как минимум в два раза превзошел его в размерах, несмотря на то что рестораны изо всех сил соревнуются за право кормить посетителей малокалорийной и здоровой пищей. Современный бутерброд с малокалорийной индейкой тоже в три раза больше по размеру и во столько же калорийнее своего предшественника. Как и небезызвестный американский muffin. Порция спагетти с мясными «колобками» под томатным соусом увеличилась ровно в два раза, а чашка кофе, став всего в два раза больше в объеме, добавляет к рациону современного любителя кофе вместо 45 калорий (20 лет назад) 350 калорий сегодня.

И это не предел. С различными вкусовыми, кремовыми добавками сегодняшний кофе может запросто выполнить дневную норму потребления калорий всего лишь одной-единственной чашкой изначально бескалорийного вроде бы черного кофе. Бутылочка соды, без которой и совсем старые, и очень юные американцы себя не мыслят и от потребления которой растет не только живот, но и целлюлит (проверено на себе!), выросла за последние годы более чем в три раза в размерах (от 6,5 унций до 20) и от 85 калорий до 250. И это только начало.

Быть может, именно благодаря идее уменьшения порций потребляемой еды сегодня так популярна тут, в Америке, идея измерения пищи... руками. Точно так, как делали это когда-то спартанцы: горстка риса — на день.

Ну, или другим методом (если кому неприятно пачкать руки) — идея визуализации принимаемой пищи. Иными словами, надо помнить, что теннисный или бейсбольный мяч — самый подходящий размер для порции овощей или фруктов, что равно примерно половине чашки, которой американцы измеряют все, что касается кухни. (У нас их чашку привычно заменяет граненый стакан.) Колода карт (представьте себе размер!) — порция мяса, которая нам необходима для того, чтобы не переедать. Пудреница (компактная) — размер печенюшки. И не больше!

Американские диетологи в голос просят ходоков в ресторан (а в ресторанах здесь питается большинство и чуть ли не ежедневно!) просить у официанта коробочку для собачки еще до того, как приступить к приему пищи. Чтобы, отделив половину, не съесть лишнего. Или же перед тем как накидываться на съестное, поделить свою порцию пополам с другом или супругом (с тем, с кем вы в этот самый ресторан пришли). Также диетологи уверяют, что желающим схуднуть надо просто... готовить меньше пищи. Решение проблемы, говорят, и в том, что нет ничего плохого в перекусах, от которых нас еще в детстве отучали мамушки-тетушки: лучше перекусить орешками-фруктами между приемами пищи, чем позже, во время обеда или ужина, жрать подобно Робину Бобину Барабеку. Который, как заправский американец, ел все, что попадалось ему на глаза:

«Робин Бобин Барабек
Скушал сорок человек,
И корову, и быка, И кривого мясника,
И телегу, и дугу, И метлу, и кочергу,
Скушал церковь, скушал дом,
И кузницу с кузнецом...»

А еще надо перестать по старой русской привычке подъедать за всеми в доме, подобно домашнему поросенку: осталась еда на блюде, а уже сыт-пересыт? Выкидывай ты эту еду!

Не подчищай холодильник и тарелки за детьми, мужем, собакой. Покойная белорусская еврейка Нелли, первая русскоговорящая женщина, встретившаяся мне на пути здесь, в моей Америке, и учившая меня уму-разуму в моей новой американской жизни, люто ненавидела иных американцев только за то, что они накладывали на тарелку больше того, что были в состоянии съесть: «Пусть лучше еще бы раз и даже не один за добавками подходили, чем наваливали кучу на блюдо, а потом все в мусор выбрасывали!» Так вот, по мнению тех, кто учит нас, американских жирнушек, как уменьшить размер талии, — лучше, оказывается, в мусор. Простите, Нелли.

Иллюстрации: 

Диаграмма сравнения размера обслуживания. А еще... еще тут придумали в борьбе с перееданием использовать в измерении того, кому, чего и сколько можно съесть... собственную ладошку, указательный палец, кулак. Выглядит это вот так
Диаграмма сравнения размера обслуживания. А еще... еще тут придумали в борьбе с перееданием использовать в измерении того, кому, чего и сколько можно съесть... собственную ладошку, указательный палец, кулак. Выглядит это вот так
baikalpress_id:  104 512