За­му­жем в Аме­ри­ке. Деньги и мужчины (продолжение)

Ир­ку­тс­кая жур­на­ли­ст­ка Ма­ри­на Лы­ко­ва, несколько лет на­зад выш­едшая за­муж за аме­ри­кан­ца, про­дол­жа­ет рас­ска­зы­вать чи­та­те­лям «Пят­ни­цы» лю­бо­пыт­ные ве­щи о жиз­ни в США и о сво­ем за­му­же­ст­ве.

Продолжаю рассказ о попытке моей подруги выйти замуж за американца (начала рассказывать в прошлом номере «Пятницы»).

Прочла недавно размышления одного российского психолога о том, какие мужские признания в любви привлекают нас, женщин, больше всего. На выбор приводились три самых распространенных признания: «Я тебя люблю, выходи за меня», «Я без тебя жить не могу» и «Давай тянуть эту лямку жизни вместе». Мне лично по душе пришлось последнее предложение руки и сердца: мужчина зовет женщину вплестись в одну упряжку и вместе, вместе... Звезд с неба никто не обещает, зато все по-честному хотя бы. Но вот читаю тут же, что из тысяч опрошенных женщин за выбранное мною «признание» не проголосовала ни одна. Зато большинство выбрало бы мужчину, который не может без нее, якобы, жить. «Но как-то же он жил раньше? До встречи с тобой?» — привожу мысленный аргумент и тут же вдогонку собственным мыслям читаю у психолога, что такими вот «заявками» чаще всего оперируют тунеядцы и алкоголики, готовые сесть на шею влюбленной российской бабе.

А еще тот психолог высказал интересный взгляд на то, какие пары могли бы претендовать на долгие отношения. Критериев для этого всего три: общее мировоззрение, общие вкусы в еде, секс и желание гладить друг друга. Именно так, в такой вот последовательности. И если вдуматься, то брак с американцем или гражданином какой-то другой страны долгих и счастливых отношений не предвещает. Потому что одни только вкусы в еде у нас, русских, разнятся с вкусами все тех же американцев как Марс и Венера. Мне нравятся лососевая икра и говяжий язык, но 99% американцев при одном только упоминании этих продуктов скривят лица. Я обожаю жареную печенку, но если я собираюсь ее готовить, то должна предупредить об этом мужа дня за два. Чтобы у него было время запланировать свой уход из дома. Надолго. Пока не выветрится запах моего любимого блюда.

Иными словами, все эти «женихательные» практики проповедуют одно: мужа искать надо среди своих. Чтобы взращены были на одних сказках. Чтобы общие вкусы в еде.

И опять-таки если мне нравятся печенка и говяжий язык, то чтобы я наверняка знала, что и мой будущий муж не станет исчезать из дома только потому, что запах приготавливаемых мной деликатесов сводит его с ума и его тошнит. И он бежит из дома. Лишь бы не нюхать.

Мне почему-то всегда казалось, что наши женщины — самые крепкие и выносливые. Ну а то, что самые образованные и умные — тут и вопросов нет. Потому что как в наших российских условиях выжить, умудряясь при этом быть слабой, сексапильной и нежной, одновременно умещая на груди трехлетнего ребенка и коня останавливая на пути в горящую избу? Короче, если не применять в ежедневной жизни волю и здоровую такую упертость, не выжить женщине в России никак. И вот я оцениваю всех наших женщин этими вот, то ли собственными, а то ли с детства мне привитыми, мерилами. А они, мерила эти, не работают для всех одинаково, оказывается. Вот простой пример: приехавшая ко мне на поиски импортного мужа невеста по первому снежку решила прогуляться до близлежащей гостиницы, где остановился очередной воздыхатель. До гостиницы пешком от моего дома под горочку минут пять хода. Если день погожий. По снегу да морозным утрецом — еще скорее. Иркутянки такие расстояния по морозцу за три минуты одолели бы. Но то дома. Тут, в Америке, одно самосознание, что ты среди капиталистов и капитализма, расслабляет новоприбывших, что ли? Лишает их сил, энергии, воли, упертости?

Моя подруга должна была прибыть в отель аккурат к началу завтрака. Чтобы они, вместе попив кофейку с булкой, отправились на взятом им напрокат авто осматривать окрестности. Вышла она с запасом минут в сорок. И опоздала! К концу завтрака опоздала!

— Как так? — спрашиваю. Что случилось?

И слышу в ответ, что шла она, шла. По свежему снежку. С палец глубиной. И устала отчего-то. И проголодалась. И увидела она кафешку на пути к отелю. Зашла. Села. Разделась. Кофе заказала. С булкой. Заплатила баксов так десять, зато посидела хорошо, никуда не торопясь. А потом, наевшись-напившись, оделась и, выйдя из кафе, дорогу перешла и оказалась... в отеле.

— Ты как так? Зачем было тратиться на завтрак, раз в отеле тебя шведский стол ждал? — недоумевала я.

— Да я че-то решила, что мне идти еще и идти... Не подумала я, что гостиница  у меня под носом.

Забираю из ее рук с красивейшими накладными розово-перламутровыми ногтями телефон.

— Все! Хватит! Он тебе медвежью услугу оказывает! Ты ведь не учишь ничего, предоставляя телефону за тебя переводить, за тебя говорить. Тебе вон уже даже рот с твоим умным телефоном открывать не надо! Ты ни-ко-гда так язык не выучишь!

Вручаю ей карманный русско-английский словарик. Чтобы листала в поисках нужного слова. Чтобы по ходу дела слова читала и запоминала, пыжась составить фразу. Все равно рано или поздно что-то да отложится в голове. Как поется в пугачевской песенке (не иначе про изучение иностранных языков): «Если долго мучиться, что-нибудь получится». Заставляю подружку перед тем, как звонить очередному мужчине, или перед тем, как садиться с ним «за стол переговоров» (на видеосеанс), или до того как выходить из дома, или собираясь на свидание... на листке бумаги составлять список индивидуальных вопросов, предназначенных именно для этого конкретного человека. Так, чтобы показать ему свой искренний интерес. Вопросы должны быть такие, чтобы мужчинка подумал, что он такой один... интересный. И вообще, вопросы должны быть на английском и вроде как для идеального интервью. Для интервью профессионального.

Сложности возникли сразу. На первом же этапе.

Когда выяснилось, что не только на английском вопрос никак не рождается, но даже и на русском. Не умеют наши дамы, откинув всяческие штампы, думать самостоятельно. Думать сердцем. Вот и поняла я, наконец, отчего так горько мне было слышать от родной мамы поздравления на мое сорокалетие, которое звучало примерно так: «Поздравляю! Желаю! Всего-всего-всего и маленькую тележку!». Ну или что-то в этом духе. Такими же точно словами поздравляют российские женщины сотни своих подружек, малознакомых соседок, товарок и сослуживиц. И дочерей. Единственных.

Короче, с вопросами мужикам — швах. Через час пыхтения читаю: «Откуда вы приехали?», «Откуда вы родом?», «Где живете — в собственном доме или съемном жилье?», «Большой дом? Сколько комнат?», «Кем работаете?», «Где учились?», «Кто родители?».

— Да блин, Ленка! Ты что! Вопросы — они от сердца должны идти. Ты же не на работу его принимаешь! Спрашивай так, чтобы показать ему свой интерес! Чтобы он мог говорить о себе и говорить хоть часами, без перерыва. Ты что, книжек психологов не читала ни одной? И вообще я тебе сейчас прямо схему нарисую, как интервью надо проводить. Ты всегда должна задавать такие вопросы, которые подразумевают развернутые ответы. Ну, чтобы избежать ответов «да» и «нет». Но если вдруг ответ все-таки будет «нет», ты должна быть готова и вопрос должен быть соответствующий загодя припасен. На случай, если ответ будет «нет» — вопрос следующий задавай вот такой... Поняла?

Почему-то в последние годы к интернет-знакомствам отношение что у слабого пола, что у сильной половины  не самое восторженное. И это не только в России или в Америке. Но я оптимистка и продолжаю радоваться за тех, кому все-таки повезло отрыть жемчужину... сами знаете где. Это история знакомства по Интернету другой моей здешней знакомой и счастливого ее замужества с американцем (правда, приехавшим сюда на ПМЖ из Москвы 25 лет назад), которое длится уже не один год и, видно по всему, будет длиться еще долго. Она музыкальный работник в детском саду. Высокая. Сухая. Длинноносая. Неинтересная в общепринятом смысле молодая женщина. Сутулится и носит обувь на плоской подошве, чтобы не казаться еще выше ростом. Ей за тридцать, прямые темные, никогда не знавшие краски волосы и ни одного бойфренда ни в настоящем, ни в прошлом. Шансов на счастливое (и вообще какое бы то ни было замужество) в сибирской глухомани — ноль. И вот она решает, что надо что-то делать, а то седые волосы уже полезли… Оставила на одном брачном сайте, не особо на что-то надеясь, свою анкету. Фотографии хорошей в наличии не оказалось, и Неля поставила последнюю, случайно, на бегу сделанную какой-то мамочкой на последнем утреннике. Неля там в светлой строгой блузке и строгой темной юбке. Волосы собраны на макушке, как у учительницы. Да она и есть учительница музыки.

Первое письмо от мужчины из Америки, из самого грешного города Лас-Вегаса, пришло на следующий же день.

Саша, на восемнадцать лет старше ее, писал, что уже устал от игр и хочет нормальных и спокойных, а главное — простых отношений. Семью хочет и детей. Пишет, что не нужна ему раскрасавица, но женщина, уставшая от одиночества и любящая детей, будет в самый раз. За все остальное, писал ей Саша, беспокоиться не надо. Она, не поверив своему счастью, ответила коротко: напечатала номер своего телефона с кодом.

Он звонил ей ежевечерне, а днем и утром слал на телефон сообщения о том, какая погода сегодня в Лас-Вегасе и как приятно светит солнышко, или о том, что мама его сегодня чего-то разболелась опять... Через месяц ежевечерних телефонных разговоров (а к каждому вечеру она готовилась основательно; записывала на листочке, о чем и как она будет с Сашей говорить; какие новости расскажет, о чем расспросит, да так, чтобы не забыть чего) он пригласил ее в гости. В Америку. В самый веселый город мира — Лас-Вегас. Оплатил ей путешествие за гостевой визой в Москву, в посольство. Затем, когда виза была у нее в кармане, купил ей билет на самолет.

Она пробыла здесь, в США, всего две недели — работа все-таки в детском саду! Предложение руки и сердца Саша сделал позже, когда сам прилетал к невесте в гости. В общем, отношения у них и правда сложились простые: они сразу проговорили, чего ждут друг от друга и от брака. Поженились. Он оказался доктором, что в Америке не только суперпочетно, но и суперденежно. Вот, правда, детей Бог долго не давал. Лет восемь. Зато потом пошли друг за другом два пацана. А еще она все эти годы не сидела сиднем, а преподавала уроки игры на пианино детям богатых жителей Вегаса. За восемь лет клиентуры стало так много, что ей пришлось начинать нанимать учителей. Дальше — больше. Теперь у нее самая модная и дорогостоящая музыкальная школа в городе, а ей, давно с мужем перебравшейся из-за детей в городок поменьше да поспокойнее, приходится чуть ли не еженедельно летать в Лас-Вегас, чтобы продолжать давать там уроки музыки. Да и чего не летать, когда родители учеников готовы с радостью оплатить ей что угодно, а не только почасовую работу да перелеты с гостиницами!?

— Помнишь, Марина, я тебе рассказывала, как переживала, что я недостаточно красива и хороша для моего нынешнего мужа? Глупости все это! У нас оттого все сразу так замечательно сложилось, что отношения мы не стали драматизировать да усложнять. Простые отношения — самое то, что надо.

— И без накладных лакированных ногтей, — добавила я про себя.

Загрузка...