Закрыть нельзя лечить

Александровскую психбольницу снова хотят закрыть

Психиатрическая больница в Александровском Боханского района, а вместе с ней и все село, вновь оказалась в критическом положении. Уполномоченный по правам человека назвал условия содержания больных в этом лечебном учреждении антигуманными и обратился к губернатору Сергею Ерощенко с требованием закрыть больницу, а также подал жалобу в прокуратуру. Сельчане в свою очередь считают, что требование уполномоченного о закрытии больницы тоже антигуманно. Жители Александровского не могут понять, почему они оказались заложниками такой нелепой ситуации: уже тридцать лет власти хотят закрыть больницу из-за того, что здание находится в плохом состоянии, но ни разу не были выделены деньги на его капитальный ремонт.

Омбудсмен против больницы

— Палаты переполнены, кровати стоят практически вплотную друг к другу, на одного пациента приходится не более 3 кв. м площади при норме до 6 кв. м. Санузел в женском отделении неблагоустроен, помещение крайне слабо отапливается. Душевая не оборудована раздевалкой, вода подается во все краны одновременно, одной температуры и напора, индивидуальная регулировка не предусмотрена. В помещениях душно и сыро из-за отсутствия вентиляции, стены поражены грибком, — рассказал о ситуации в больнице омбудсмен.

Александровский централ — то есть психиатрическая больница, «преемница» каторжной тюрьмы — действительно находится в плачевном состоянии: 25 лет назад здесь ремонтировали фасад — и это все ремонтные работы. Поэтому в первую очередь, говорит медперсонал (а это сплошь местные жители), нужно перекрыть крышу. Потом нужно убрать сырость на первом этаже, сделав систему вентиляции, — централ ведь строили на болоте... А по-хорошему нужно выстроить новую больницу. Потому что в старой ничего перепланировать нельзя, «охрана памятников» не разрешает — централ является федеральным памятником архитектуры. Правда, памятник этот, говорят местные жители, давно развалился бы, по кирпичику растащили бы его, если б не больница, которая старается здание поддерживать. И получает за это, как говорится, по шапке — побелили фасад и получили: мол, нельзя изменять облик памятника. А уж о том, чтобы окна переставить, и заикнуться страшно...

В больнице действительно тесно. Действительно большие палаты, бывшие раньше камерами, не лучшим образом приспособлены для больных — все впритык, свободного места нет. Однако в тех двух отделениях, куда нам удалось попасть, очень чисто, и эта чистота — последнее, что могут сделать работники больницы.

— Знаете, почему так чисто? Потому что это последнее место, где мы можем заработать.

Наши сотрудники сами подкрашивают — бывает, и на свои деньги, уют, какой могут, наводят. И с больными хорошо обращаются. Потому что они знают, что это их единственных хлеб. И не дай бог какая жалоба... Мы понимаем, что если что-нибудь здесь упустим, нас легко будет закрыть, — рассказывает пожилой доктор Юрий Маслов, проработавший в больнице без малого пятьдесят лет. Для него, как и для многих здесь, больница — дом родной. Для медицинских работников, которых в штате 250 человек, — в переносном смысле. А для пациентов — в прямом.

Кто в больнице живет?

В Александровской больнице находятся на лечении около пятисот человек. По большей части это люди, никому не нужные. Сюда они попадают после курса лечения в Иркутске — на долечивание. 60 из них бомжи, им в принципе некуда пойти. Плюс 57 человек недееспособны. У 11 недееспособных есть опекуны, но кто захочет проживать в одной квартире с психически больным человеком?

— Знаете, когда о них вспоминают? Когда квартирный вопрос всплывает. Совсем недавно приехал родственник одного пациента — но парень настолько не интересовался больным, что даже не знал о его смерти, которая случилась два года назад! — рассказывает одна из медсестер.

Здешние пациенты — хроники. Их недуг нельзя вылечить, можно только купировать его проявления, облегчить симптомы. В одном из отделений доктора Маслова — в отделении сестринского ухода — живут и лечатся ослабленные люди, нуждающиеся в специфическом уходе.

Многие живут здесь очень долго. Бывают хронические пациенты, которые задерживаются на десять лет.

— Мы стараемся выписывать, если есть улучшения. Но часто назад возвращаются — не приживаются в интернате, дома. Недавно вернулся к нам пациент — из Читы сюда пешком шел два месяца, — рассказывает Юрий Маслов.

Медперсонал считает, что переводить больных в другие лечебные учреждения будет травматично и дорого. После визита сначала уполномоченного, а потом и заместителя губернатора Андрея Лабыгина больные переволновались, просили замгубернатора больницу не закрывать. А еще создали инициативную группу, которая составила письмо президенту Путину с такой же просьбой. Письмо душевнобольных врачи отправлять адресату не стали.

Работники больницы согласны с тем, что условия жизни пациентов обязательно должны быть улучшены.

— Когда я разговаривал с уполномоченным, я сказал ему: это не больница, это каторжная тюрьма. Условий никаких, — говорит доктор, заведующий двумя отделениями Юрий Маслов. Но он абсолютно не согласен с омбудсменом в той части, что больницу следует убрать из Александровского: это нарушит права всех, кто в больнице работает. А это жители не только Александровского, но также еще четырех ближайших деревень. В общей сложности 250 человек.

Закрывают уже 48 лет

История Александровской психиатрической больницы — это, по сути, история ее закрытия. В 1959 году здание отдали для больных-хроников, которые занимали места в городской больнице № 1. Поток нарастал, и некуда было девать «острых» больных. Хроников отправили «на природу», а на освободившиеся места стали поступать люди с острыми симптомами.

Когда в 1978 году доктор Маслов был распределен в Александровское, ему сказали: «В следующем году переведем тебя, потому что больница будет закрыта».

— С тех самых пор и закрывают, — усмехается доктор. — И при советской власти закрывали, и губернатор Говорин хотел больницу прикрыть, и губернатор Тишанин. Последнее обещание закрыть относилось к 2010 году.

Маслов, который давно возглавляет инициативную группу сельчан и работников больницы, выступающих против ее закрытия, лично донес мнение сельчан сначала до Говорина, потом до Тишанина. Он защищал больницу в коридорах власти. В 2010 году он написал президенту и получил ответ. По результатам этого ответа Маслова пригласили к министру здравоохранения области. Тот заверил, что закрытия не будет.

— Но они давно махнули на нас рукой и на ремонт ничего не дают — мол, больница бесперспективная. А что будет с людьми, спрашиваю.

Как сохранить село?

Можно ли, не нарушая ничьих прав, придумать решение для Александровского централа? Наверное, можно: к примеру, начать ремонт старых корпусов и параллельно строить новые. Только сохранением больницы удастся сохранить и село — другого мнения в Александровском нет.

— У нас и почта, и школа напрямую зависят от того, есть ли у людей работа в больнице. Потому что другой работы нет. До 2010 был еще филиал дорожной службы, но его закрыли — 100 человек «освободили». Да нам эта больница нужна! Вы слышали, Путин выступал и запретил закрывать больницы?.. — глава администрации Сергей Прохоров вместе с доктором Масловым за больницу горой. Впрочем, так же как все деревенские — нет семьи, где кто-нибудь не работал бы в централе.

Дважды александровцы стояли на пороге новой жизни: Говорин перед выборами, а затем и Тишанин хотели было строить новый больничный комплекс прямо в Александровском. Говоринская идея завяла сразу после выборов. Последний, тишанинский, проект, включенный в Стратегию развития Сибири и Дальнего Востока, при следующем губернаторе уже ничего не значил.

Есть и другая сторона вопроса. Иркутская область занимает одно из первых мест по психическим заболеваниям. Точной статистики не существует: ее худо-бедно отслеживают только в городах. В деревнях и мелких районных центрах, говорит психиатр Маслов, никто не обращает на это внимания, да и врачей катастрофически не хватает. А число расстройств растет. При таком положении дел закрывать больницу по меньшей мере неразумно.

— Я еще Тишанину говорил: власть довела больницу до скотского состояния... И если больница опасна, пусть власть сделает ее безопасной.

Метки:
baikalpress_id:  79 441
Загрузка...