Загубили ребенка

С врачами, поставившими двухлетней девочке из Нижнеудинска неверный диагноз, работают следователи

27 января жительница Нижнеудинска Алена Варьясова, как обычно, отвела свою двухлетнюю дочь Яну Голубеву (у женщины есть еще старшая дочь 9 лет. — Прим. авт.) в детский сад. А днем Алене Викторовне позвонили встревоженные воспитатели: девочка плохо себя чувствовала и постоянно плакала. Мать сразу бросилась в детский сад.

— У Яны началась рвота, мы пытались ее остановить, побежали в аптеку, отпаивали дочку соленой водой, но ее продолжало рвать, — вспоминает Алена Варьясова. — Тогда мы вызвали участкового из детской поликлиники, и нас положили в инфекционное отделение Нижнеудинской районной больницы. Врачи поставили диагноз — кишечная инфекция. Они быстро поставили Яне капельницу, давали глюкозу, стали колоть антибиотики. Вот и все лечение. Ей даже тесты на антибиотики не сделали — подходят они ей или нет. 

Через несколько дней Яна, по словам матери, встала на ножки, хотя и была еще очень слаба. И врачи сказали женщине, что им можно выписываться.

— Мы пошли домой, нас никто не задерживал, хотя врачи видели, что Яна еще болеет. Я думала, может, ее от антибиотиков или от систем пошатывает. А спустя два дня уже дома ей снова стало очень плохо, мы опять вызвали врачей и нас увезли в больницу. На этот раз Яне поставили диагноз — энцефалит головного мозга. 3 февраля дочка впала в кому, нам вызвали санавиацию и отправили в Иркутскую областную инфекционную больницу. Но и там не смогли поставить верный диагноз. Только в конце недели врачи сообщили мне, что нашли у Яны туберкулезную палочку, и нас перевели в Иркутскую областную туберкулезную больницу, — продолжает Алена Викторовна.

Диагноз медиков оказался неутешительным — туберкулезный менингит. Но больше всего, по словам матери, иркутских врачей удивило то, что заболевание не смогли увидеть сразу.

— Нас лечили от других болезней, в то время как настоящая прогрессировала, — возмущается Алена Варьясова. — Хотя по анализам все должно было быть видно с самого начала. В Нижнеудинске у Яны брали анализы, в том числе спинномозговую пункцию. Это какая боль для нее была! Потом еще в областной инфекционной больнице брали. 

4 марта Алене Варьясовой позвонили из туберкулезной больницы и сообщили, что Яна умерла, так и не придя в сознание. 

— К тому времени у дочки начались осложнения, отек мозга, — едва сдерживает слезы женщина. — Врачи сказали, если бы Яне поставили манту, можно было бы вылечить ее на легкой стадии еще в Нижнеудинске. Но здесь у нас тоже были проблемы. Мы пошли в садик, когда дочке исполнился год и восемь месяцев. Болела Яна часто — день-два походим, неделю-две сидим дома. Ближе к Новому году, когда дочери исполнилось два года, ей должны были поставить манту в детском саду, я сама бегала и просила поставить. Но в садике сказали, что у них нет вакцины, потом медсестра вообще уехала на учебу. Сейчас в детском саду от этого открещиваются — мол, никто ни в чем не виноват. 

Алена Варьясова хочет, чтобы медиков, не оказавших нужной помощи ее дочери, наказали и уволили: «Если этих врачей не посадят, то пусть они уйдут из больницы и медицины. Наш случай ведь не единственный. Думаю, и о нашей беде никто не узнал бы, если бы я не написала жалобу на имя Президента Владимира Путина. Только тогда в Нижнеудинскую больницу стали приезжать комиссия за комиссией из области. И они обнаружили множество нарушений».

Тем временем следователи Следственного комитета возбудили в отношении лечащего врача девочки уголовное дело по части 2 статьи 109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих должностных обязанностей».

— Следствие интересует наличие прямой причинной связи между действиями медиков и наступившей смертью ребенка, — говорит руководитель СО по Нижнеудинску СУ СК РФ по Иркутской области Дмитрий Мальцев. — Свет на ситуацию с неверно поставленным диагнозом прольет комиссионная судебно-медицинская экспертиза, которая назначена и проводится в Иркутске. По ее результатам можно будет говорить и о полноте и правильности выбранной тактики лечения и диагностики. Предварительное расследование по уголовному делу продолжается.

Без комментариев

Администрация ОГБУЗ «Нижнеудинская РБ» комментировать случившееся отказалась, ссылаясь на следствие.

— Внутреннее расследование мы уже давно провели, — сказал главный врач Нижнеудинской районной больницы Манат Раджабов. — Но пока идет следствие, я ничего не могу вам сказать.

Фото из архива героини публикации и с сайта СУ СК РФ по Иркутской области

Иллюстрации: 

На фото — жительница Нижнеудинска Алена Варьясова со своей младшей дочкой, двухлетней Яной Голубевой.  По словам женщины, девочка родилась совершенно здоровой, без каких-либо патологий: «Мамочки, с которыми мы ходили вместе в детский сад, сейчас говорят, что нужно было лучше следить за ребенком. А как лучше?  Мы и так с Яны пылинки сдували. Хотелось бы, чтобы врачей, неправильно лечивших мою дочь, наказали по закону и уволили с работы»
На фото — жительница Нижнеудинска Алена Варьясова со своей младшей дочкой, двухлетней Яной Голубевой. По словам женщины, девочка родилась совершенно здоровой, без каких-либо патологий: «Мамочки, с которыми мы ходили вместе в детский сад, сейчас говорят, что нужно было лучше следить за ребенком. А как лучше? Мы и так с Яны пылинки сдували. Хотелось бы, чтобы врачей, неправильно лечивших мою дочь, наказали по закону и уволили с работы»
Руководитель СО по Нижнеудинску СУ СК РФ по Иркутской области Дмитрий Мальцев: «Следователями проводилась работа с лечащим врачом. У медиков своя тактика защиты, в том числе они указывают на то, что мать самостоятельно покинула больницу, не дав девочке долечиться. Якобы об этом есть записи в медицинской карте. Но женщина это не подтверждает, говорит, что их выписали. К тому же заявления о том, что она отказалась от лечения дочери, нет. Врачи могли самостоятельно внести эту запись, покрывая свою ошибку. Нам предстоит во всем разобраться»
Руководитель СО по Нижнеудинску СУ СК РФ по Иркутской области Дмитрий Мальцев: «Следователями проводилась работа с лечащим врачом. У медиков своя тактика защиты, в том числе они указывают на то, что мать самостоятельно покинула больницу, не дав девочке долечиться. Якобы об этом есть записи в медицинской карте. Но женщина это не подтверждает, говорит, что их выписали. К тому же заявления о том, что она отказалась от лечения дочери, нет. Врачи могли самостоятельно внести эту запись, покрывая свою ошибку. Нам предстоит во всем разобраться»