«Я никогда не сомневался в том, что люди помнят каждое мое обещание»

Депутат Законодательного собрания Тимур Сагдеев — о своем детстве, семье и работе в областном парламенте

Депутат Законодательного собрания Иркутской области  Тимур Сагдеев — не совсем типичный политик. Он не стремится постоянно появляться в публичном пространстве, не любит громких выступлений, сдержан в эмоциях. При этом в Нижнеудинском и Братском районах, в своем избирательном округе, очень непростом, при неизменно высокой конкуренции, он всегда получает на выборах порядка 70 процентов голосов избирателей, показывая один из самых высоких результатов по региону. Неудивительно поэтому, что, общаясь с журналистом на тему каких-то нерешаемых вопросов, житель этой территории вполне может сказать: «Планирую обратиться к Сагдееву, он поможет». И добавить в конце разговора: «Он понимает наши проблемы, он — свой».

«С детства привык к труду»

— Тимур Ринатович, когда жители районов, входящих в ваш округ, называют вас «своим», они, судя по всему, подразумевают, что вы из Нижнеудинска и у вас к этому городу и всему, что находится вокруг, особое отношение. Поэтому, как я понимаю, ваше стремление изменить к лучшему жизнь данной территории — это что-то типа «сыновнего долга», желания отблагодарить свою малую родину?

— Нет, это не «сыновний долг», а мое понимание своих депутатских обязанностей. Если бы я избирался от какого-то другого района, то я точно так же стремился бы работать и там. Другой вопрос, что, поскольку я сам из Нижнеудинска, отсюда моя жена, здесь у меня множество друзей и знакомых — я действительно лучше чувствую особенности именно этой территории, ее проблемы, чем какой-либо другой. Поэтому, когда у меня появилась уверенность в том, что я могу помочь людям и что мне пора попробовать себя на политическом поприще, я выбрал для своего старта те места, где прошли мои детство и юность.

— Раз уж мы заговорили о детстве, давайте пока оставим политические темы. Что вам из детства вспоминается? Есть какое-то яркое первое воспоминание?

— Первые воспоминания связаны не с Нижнеудинском, а с Северобайкальском. У меня родители строили Байкало-Амурскую магистраль, жили в бамовском вагончике. Там я родился и, собственно, делал свои первые в жизни шаги, в прямом и переносном смысле. Как-то, много лет спустя, я побывал в Северобайкальске. Долго искал место, где стоял наш вагончик, и все-таки нашел его. Сразу вспомнил, что где-то рядом жили собаки и мои старшие братья часто с ними играли. Не знаю, насколько это воспоминание яркое, но, похоже, именно оно — первое. Через год после моего рождения моя семья переехала в Нижне-

удинск, и в детский сад, а потом и в школу я пошел уже там.

— Расскажите о своих родителях.

— Мама и папа — инженеры-строители. Я их очень люблю и уважаю. Это люди советской закалки, для которых характерны самоотверженный труд и дисциплина. У нас в семье три брата: Ринэль и Станислав — старшие, я — младший. Нас родители с детства приучали к труду. Для меня до сих пор не представляется сложным что-то сделать по дому: отремонтировать розетку, установить сантехнику, провести какой-то мелкий ремонт. В детстве я часто бывал на строительных объектах, где работали мама и папа, видел, как возводятся здания, как обсуждаются проекты, и все это, конечно, меня сильно увлекало. Мне очень хотелось походить на своих родителей. Думаю, в итоге именно они предопределили мой путь в строительной отрасли.

«Сбежать из садика? Элементарно!»

— Но до строительной отрасли еще были школа, институт… Вы хорошо учились?

— Скажем так: мне нравилось учиться и мне очень хотелось учиться. В возрасте примерно четырех лет я постоянно сбегал из детского садика, шел около пяти километров до школы, заходил в класс, где учился мой брат, и говорил учителю: «У нас садик не работает. Можно я с братом посижу?» Учитель, конечно, соглашался — куда иначе меня девать? И на все уроки я оставался с братом. И такая история повторялась много раз…

— Как вам так удавалось? Помню, я сбежал однажды из садика, так это было ЧП районного масштаба… Почему вас никто не искал?

— Думаю, все уже к этому привыкли. Мы росли самостоятельными, какого-то жесткого контроля со стороны родителей не было. Старшие братья уже учились, а я — еще нет, и я, конечно, старался за ними тянуться… Я сбегал из садика многократно. Это было элементарно. Часто я заходил в группу лишь затем, чтобы выпить компот, и тут же уходил по своим делам… Неудивительно поэтому, что родители отдали меня в школу с шести лет, и в 16 лет я ее окончил.

— На одни пятерки, наверное…

— Нет, я не был отличником. Безусловно, были предметы, которые мне давались лучше других. Например, черчение. Моя жена, которая тогда училась в параллельном классе, иногда вспоминает, как учитель по черчению им говорил: «Вот есть такой ученик Сагдеев, которого в любое время поднимешь, вызовешь к доске, и он все объяснит по черчению».

— Учителей помните?

— Конечно. Я до сих пор с огромным уважением отношусь к директору своей школы, Валентине Романовне Ипатенковой. Она и сейчас руководит школой, мы очень часто с ней встречаемся. Не только вспоминаем мои школьные годы, но и обсуждаем различные вопросы по развитию города и района. Есть такой термин — «лидер общественного мнения», вот именно таким лидером Валентина Романовна и является.

Следуя здравому смыслу

— Вот вы говорили, что с детства в вас было заложено определенное стремление стать строителем, а пошли учиться все-таки в железнодорожный институт… Почему? Аура города железнодорожников Нижнеудинска так повлияла?

— Ну, во-первых, должен заметить, что хоть я пошел в железнодорожный институт, но на строительный факультет. Во-вторых, свой жизненный выбор я делал в 90-е годы. Тогда все рушилось, и из серьезных предприятий на тот момент у нас стабильно работало только РЖД. Поэтому я просто руководствовался здравым смыслом.

— Сильно переживали, наблюдая, как страна, в которой прошло ваше детство, по сути, рушится?

— Если честно, то в 80-е — начале 90-х годов я был еще в таком возрасте, что не мог реально оценивать обстановку.

— Ну как же? Вот вы были пионером, готовились стать комсомольцем, как ваши старшие братья, а потом — раз, и комсомола нет…

— Я не только был пионером, но даже успел съездить в настоящий пионерский лагерь «Заря». Потом его развалили, но три года назад с помощью Валентины Вобликовой (заместитель председателя правительства Иркутской области. — Ред.), Владимира Родионова (министр социального развития региона. — Ред.), Сергея Худоногова (мэр Нижнеудинского района. — Ред.) нам удалось его восстановить. Когда его снова открыли, на меня, конечно, нахлынули определенные воспоминания, но тогда, в начале 90-х, я как-то не очень переживал. Ситуация с развалом Союза отразилась на наших доходах, тем более что у нас была многодетная семья, но я старался и в школе, и в студенчестве зарабатывать сам, чтобы поддержать родителей и иметь какие-то свои деньги на карманные расходы.

— Чем зарабатывали?

— Ну, например, мы собирали ягоду в Нижнеудинском районе и привозили ее в Иркутск. Приезжали прямо на рынок, вставали и продавали. Никто нас не выгонял. Так что еще школьником я получал достаточно неплохие по тем временам деньги.

Большая семья

— Вы упомянули, что учились со своей будущей женой в параллельном классе. Получается, вы со школы вместе?

— Не совсем так. Сначала я уехал в Иркутск, поступил в университет путей сообщения. Потом на втором курсе вернулся на каникулы в Нижнеудинск. Был какой-то праздник — День молодежи или День города. И я увидел на лавочке двух девушек — свою будущую жену с подругой, пригласил их обеих на дискотеку. Конечно, я Лену знал и до этого, но отношения у нас завязались только тогда. Она иногда вспоминает, как я стеснялся, приглашал ее на улицу погулять через своего товарища… На третьем курсе поженились, родилась дочь Алина, которой сейчас уже 18 лет. После учебы мы вернулись в Нижнеудинск, два года там прожили, потом еще два — в Зиме, и лишь после этого переехали в Иркутск. Конечно, пришлось поскитаться по съемным квартирам, не всегда бытовые условия были идеальными, так что наши отношения выдержали проверку временем.

— Слышал, что у вас сейчас большая семья…

— Я всегда мечтал иметь большую семью, и эта мечта сбылась. Сейчас мы с Леной воспитываем четырех детей: дочь Алину и сыновей Егора, Георгия и Даниилa. Алина в школе училась на одни пятерки, окончила музыкальную школу, в лицее № 36 долгое время вела проект «Добровольчество», в рамках которого ребята помогают детским домам. Только что она сдала ЕГЭ — думаю, и дальше у нее будет все нормально. Она очень целеустремленный человек. Мальчишек я стараюсь втянуть в спорт. Егор ходит в бассейн, недавно получил второй юношеский разряд по плаванию. Я его, как самого старшего, уже беру с собой на рыбалку. Гоша играет в футбол, занимается дзюдо. Даня пока маленький, ему всего три года. Подрастет — сам решит, чем ему стоит заниматься. Я хорошо понимаю, что детям надо уделять внимание. Лена — очень заботливая мама, много вкладывает в воспитание детей, но отец им просто необходим.

Чтобы в такой большой семье был порядок, нужно, наверное, придерживаться каких-то правил воспитания. Есть у вас такие?

— Да. Важнейшее правило для детей — не перечить и помогать маме.

— А что правила воспитания говорят про папу?

— Слово и решение папы — закон. К нему дети обращаются по самым сложным вопросам. В свою очередь я стараюсь как можно чаще их брать с собой, проводить с ними время, чтобы они видели, как я поступаю в той или иной ситуации. Для них важно видеть перед собой пример поведения своих родителей, я это помню и по своему детству. Остальной свод правил можно свести к следующему: в первую очередь учеба и дополнительные занятия, во вторую — домашние обязанности и только потом отдых и развлечения.

— Вы помогаете жене по хозяйству?

— Многое по дому мы стараемся выполнять вместе. Когда у меня есть время, я с удовольствием заменяю жену на кухне. Могу приготовить плов, манты, шашлык. Если ловлю рыбу, сам делаю уху.

Экзамен выдержал

— Давайте уже про дела депутатские поговорим — собственно, на ту тему, с которой мы начали. Вы в достаточно молодом возрасте пошли в политику. Был какой-то побудительный момент?

— Когда я пошел в политику, мне было 29 лет. У меня было достаточно жизненного опыта, хотя, должен сказать, что я и в детстве всегда нес ответственность за свои поступки и решения, мог сформировать команду. Это помогло мне в работе, в развитии различных направлений бизнеса. Мне всегда было интересно, как делается политика, как она влияет на другие сферы жизни. Поскольку я много ездил по Иркутской области, неоднократно был в соседних регионах, мне было несложно сравнить, как живут люди и как их жизнь зависит от принятия тех или иных политических решений. Я понял, что в этой сфере могу быть полезен, и в какой-то момент принял для себя решение участвовать в выборах в Законодательное собрание. Мои близкие — отец и братья, жена и друзья — поддержали меня в этом, так что я лишний раз убедился, что принял верное решение. Выборы в 2008 году были непростыми, но я победил, за что благодарен своим избирателям. Через пять лет я пошел на второй созыв, прекрасно понимая, что на этот раз будет значительно сложнее…

— Почему сложнее?

— Потому что во второй раз выборы — это не только пропаганда и агитация, но и экзамен на предмет того, как я выполнил наказы избирателей. Я никогда не сомневался в том, что люди помнят каждое мое слово, каждое обещание, поэтому готовился ко всем встречам очень тщательно, и экзамен, как я думаю, выдержал, набрав почти 70 процентов голосов избирателей.

— Столь высокая степень доверия связана с тем, что вы какие-то важные проблемы в округе решили?

— Важнейший вопрос был по строительству путепровода в Нижнеудинске через железнодорожные пути. Сложно представить, но в начале XXI века достаточно большой город, райцентр, был разделен железной дорогой на две части. Машины подолгу стояли на переезде, иногда по несколько часов. Скорые не успевали к пациентам, пожарные приезжали, когда уже все сгорало. Вопрос о путепроводе поднимался десятилетиями, но ничего не менялось. Надо было просчитать стратегию решения. И нам удалось убедить областное правительство предусмотреть средства на возведение путепровода. Была вовремя подготовлена проектно-сметная документация, вовремя подключились строители, железнодорожники. И вот в октябре 2013 года путепровод открыли. Надо было видеть реакцию людей. Они десятилетиями стояли в пробках возле переезда и, честно говоря, уже устали надеяться на то, что путепровод когда-нибудь появится.

«Быть всегда в тонусе»

— Скажите, Тимур Ринатович, в 2008 году, насколько я помню, вы шли на выборы беспартийным, потом, уже будучи депутатом, вступили в партию «Единая Россия», стали членом фракции и на второй срок уже шли, хоть и по одномандатному округу, но при поддержке партии. Зачем вам «Единая Россия»?

— Я прекрасно понимал, что не смогу в одиночку решить те вопросы, которые ставят передо мной мои избиратели. Мне необходимо было стать частью команды, и этой командой стала «Единая Россия». Кто считает, что заседания нашей фракции проходят механически, ради галочки, что все уже заранее решено, тот ошибается. У нас идут серьезные дискуссии, обсуждения, многие вопросы остаются внутри, не выносятся на повестку сессий, поскольку мы сами находим алгоритм их решения.

— В первом созыве, будучи еще неопытным депутатом, вы возглавили комиссию по контрольной деятельности. Во втором созыве у вас уже нет никакого «депутатского портфеля». Это что — шаг назад?

— Это шаг вперед. Я посчитал, что, если я останусь во главе комиссии, это будет топтание на месте, а мне всегда хотелось развиваться. В новом созыве нагрузки у меня меньше не стало, я активно участвую в работе комитетов и комиссий, веду ряд партийных проектов — в том числе такой важный и непростой, как «Народный контроль», продолжаю помогать в реализации многих социальных инициатив. Одной из сложнейших задач стало создание в 2014 году Фонда капитального ремонта многоквартирных домов Иркутской области.

— Не считаете, что, работая в фонде, вы, скажем так, испортили себе депутатскую карму? Очень много было и остается негативных отзывов о его работе.

— Задача организовать в регионе Фонд капитального ремонта была поставлена федеральным законодателем. Правительство и региональное министерство ЖКХ обратились ко мне с просьбой сделать это, понимая, что строительная квалификация и опыт помогут мне организовать эффективное и грамотное расходование бюджетных средств. Я полностью отдавал себе отчет, какая это высокая ответственность, но при этом понимал, что такая задача мне по силам. За год нам удалось на достаточно высоком уровне провести подготовку, и фонд начал работать. В области была создана Единая электронная информационная система по управлению региональной системой капитального ремонта многоквартирных домов, создан интернет-сайт, в навигации которого заложены функции «личного кабинета» и другие инструменты для обратной связи с жителями области. В полном объеме удовлетворена заявка Иркутской области на получение из федерального бюджета средств на проведение капремонта многоквартирных домов. Я думаю, мы справились. Может, впоследствии кто-то и захочет сыграть на том, что Фонд капитального ремонта придумал Сагдеев, организовал для своих политических амбиций и предвыборной кампании, а теперь это пора отменять, но, я думаю, каждый здравомыслящий человек поймет, что к чему.

— Представим: вас попросили в трех фразах описать работу в Законодательном собрании. Что бы вы сказали?

— Первая фраза — большая и постоянная ответственность перед теми, кто тебя избирал. Вторая — важно всегда быть в тонусе, понимая, что твой статус требует работоспособности, знаний, настойчивости, внимательности и мудрости. Третья — помнить все свои обещания и обращения людей, искать реальные пути достижения поставленных целей, не поддаваясь сиюминутным эмоциям, настроению или пустым лозунгам.

Нет предела совершенствованию

— Скажите, Тимур Ринатович, а у вас есть какие-то недостатки, которые, на ваш взгляд, вам мешают?

— Пожалуй, этот вопрос лучше задать моим друзьям и близким. Я же по этому поводу могу сказать только то, что все мы совершаем ошибки, потом пытаемся их исправить, хотя, возможно, и не всегда это получается. Например, я курю. Могу не курить месяцами, годами, а потом опять закуриваю. Это проблема, но, думаю, рано или поздно я с этой вредной привычкой справлюсь. Бывает, что допускаю резкие слова в адрес людей, которые делают ка-

кую-то ошибку. Потом, конечно, ругаю себя за это. Понимаю, что все мы неидеальны и что людям иногда свойственно ошибаться. Но, как говорит очень уважаемая мной Людмила Михайловна Берлина (бывший спикер регионального Законодательного собрания. — Ред.), нет предела совершенствованию. И я стараюсь работать над собой.

— Есть люди, которые помогают вам в этой работе? К которым вы приходите, чтобы выговориться, попросить совета?

— Конечно, есть. Я с почтением отношусь к опыту и мудрости многих моих учителей и наставников. Но перекладывание на кого-то решения моих проблем и задач — не моя история. Я люблю работать, ставить для себя цели, развиваться и идти дальше. Если я ошибаюсь, то отвечаю за свою ошибку сам, а не ищу того, кто мне это посоветовал.

— Что для вас важнее — семья или работа?

— Мне кажется, поиск какого-то приоритета в этом вопросе изначально неверен. Я считаю одинаково важными для себя и семью, и депутатские обязанности, и работу по бизнесу. Если я буду искать какой-то приоритет, то что-то я буду делать недостаточно качественно.

— Вы считаете себя счастливым человеком?

— Да, считаю. Для меня счастье — это когда ты знаешь, что нужен, когда есть интересная работа и признание. Очень люблю свою супругу и считаю детей самым большим счастьем. Хочу, чтобы они стали, как и мои родители, первостроителями и первопроходцами, чтобы они были здоровыми и успешными.

Метки: Общество
Загрузка...