«Я благодарен тому, что имею, и дорожу тем, что дарит судьба»

Депутат ЗС Алексей Козюра рассказал о том, как пришел в политику, и о тех, кто повлиял на формирование его характера

Депутат Законодательного собрания Иркутской области, заместитель председателя комиссии по регламенту, депутатской этике, информационной политике и связям с общественными объединениями Алексей Козюра является одним из самых активных парламентариев. Не так давно он с коллегами инициировал продление действия регионального материнского капитала, а буквально на днях был принят закон о государственной поддержке строительных отрядов, в разработке которого депутат принял самое активное участие. Однако нашу беседу мы начали не с законодательной деятельности, а, что называется, с самых истоков.

Уроки жизни

— Алексей Викторович, сохранились ли у вас детские воспоминания о событиях, которые, возможно, заложили какие-то черты вашего характера?

— Очень многие вещи из своего детства я вижу настолько отчетливо, словно они случились вчера. Например, за год до того, как я пошел в школу, в Москве состоялась летняя Олимпиада. Это было важным, знаковым событием, за которым следила вся страна. На меня она произвела сильное впечатление, и я до сих пор помню ее в подробностях. Что касается формирования характера, то я часто вспоминаю один случай.

Мой отец каждое лето возил нас на свою родину, на Украину, в город Вознесенск Николаевской области. И вот мне было пять или шесть лет. Мы были на юге и стояли с мамой в очереди в каком-то магазине. Я раскапризничался: то буду, то не буду — как, в общем-то, вполне обычный ребенок. И тут ко мне поворачивается женщина, которая стояла впереди нас, отворачивает рукав, а на руке у нее татуировка с номером из концлагеря. И она говорит: «Знаешь, все, что здесь продается, мне когда-то очень хотелось». А продавались там сущие пустяки: конфеты, бублики, минералка, всякая мелочевка… Я, конечно, был совсем маленький, но все прекрасно понял. Меня словно кипятком ошпарило. Тогда, при Советском Союзе, история Великой Отечественной войны воспринималась всеми очень близко, трагедии людей, попавших в концлагеря, были живыми и сопереживались каждым. Так что неудивительно, что тот момент я запомнил на всю жизнь. После этого я научился жить тем, что у меня есть, и дорожить тем, что дарит мне судьба.

— Из школьных друзей кого-нибудь вспоминаете?

— Я помню всех. У меня в детстве было много друзей, и от каждого в моей душе что-то осталось. Я с удовольствием с ними встречаюсь, мы снова переживаем какие-то моменты. Часто вспоминаю, как я учился в музыкальной школе вместе с Денисом Мацуевым. Он немного младше меня, но это не мешало нашей дружбе. Он жил на улице Сурикова, а наша школа была на Желябова, то есть совсем рядом. Мы дуэтом пели в конкурсе польской песни. Иногда мы обедали у него дома. Мама у него такая радушная, добрая. Суп нам с Денисом разольет по тарелкам. Я сижу, этот суп ем, а Денис сразу к пианино бежит. Сядет за него и играет. Даже нескольких минут без занятий не мог обойтись. Конечно, такая целеустремленность, которую я наблюдал у Дениса, и на меня оказала определенное влияние.

На стыке эпох

— Получается, что годы вашего становления пришлись на стык эпох: школьные годы — на эпоху застоя и перестройку, учеба в институте — на лихие 90-е. Какое событие на вас особенно повлияло?

— Мое поколение родилось и получало среднее образование в один из самых стабильных периодов в истории нашего государства — 70—80-е годы. Когда я пошел в школу, мы все писали записки родителям: «Мама, ключ под ковриком». И никто посторонний этот ключ не брал. Мы не ставили металлических дверей, решеток на окна. Мне кажется, что и детей было намного больше, чем сейчас. И всем хватало детских садов, школ, кружков, спортивных секций.

В старших классах мы активно обсуждали общественно-политические новости. Скажите, где сейчас услышишь, чтобы школьники спорили над какими-то событиями в Госдуме? А тогда спорили. Шли прямые трансляции с заседаний Верхового Совета СССР, и мы эти заседания смотрели.

Хорошо помню 1991 год. Все говорят, что это был самый страшный год в истории нашего государства: путч, танки на московских улицах, распад СССР… А я вспоминаю это время с удовольствием, потому что поступил в институт. И еще был концерт БГ в политехе…

— Это тот самый памятный концерт Бориса Гребенщикова, когда на сцену вышел Юрий Абрамович Ножиков и сообщил, что путч провалился?

— Да. А потом мы пешком шли с этого концерта под дождем, потому что денег даже на автобус не было. В так называемые лихие 90-е, когда в криминальных разборках гибли тысячами, мы с друзьями жили совсем другими событиями и были абсолютно счастливы, потому что учились, получали профессию и нам достались лучшие преподаватели еще старой школы. Поэтому какого-то одного события, которое повлияло на меня, нет. Это была целая эпоха, наполненная множеством впечатлений.

Я сейчас оборачиваюсь назад и понимаю, что представителям моего поколения, родившимся в середине 70-х, было очень непросто, например, достичь успехов в коммерции. Мы выросли на идеях социального равенства и стремились к созданию сильного государства. А бизнес все-таки подразумевает иную философию.

— Эти идеи, судя по всему, и повлияли на ваше решение идти учиться на исторический факультет?

— Это один из факторов. Второй — у меня в семье все историки. Отец и мать окончили тогда еще единый историко-филологический факультет. Старший брат окончил истфак пединститута, двоюродный — истфак госуниверситета, жена родного брата и жена двоюродного брата тоже окончили исторический факультет. Ну и наконец, я и моя жена тоже. У нас в семье нет людей, которые получили какое-то другое образование. Отец у меня всегда много работал — то на одном, то на другом месте. Был деканом факультета. Я его почти не видел. Мама тоже пропадала на работе, и воспитывал меня, по сути, старший брат. При этом родители оставались и остаются для меня людьми для подражания. Глядя на них, я рано стал понимать, что нужно много работать, чтобы побольше сделать и чтобы в итоге не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы…

— Далеко не все идеи 80—90-х годов воплотились в жизнь. Как люди, воспитанные в то время, чувствуют себя сейчас?

— Много людей, которые вместе со мной выросли, ощущают сейчас определенную невостребованность. Да, мы получили очень качественное образование, но в связи с тем, что мы воспитывались по-иному, на динамичных, экстраординарных событиях, представители моего поколения чувствуют себя не очень комфортно в нынешней немного инертной среде. Помните, в эпоху перестройки было такое модное слово — ускорение? И вот мы, выходя из эпохи застоя, жили этим ускорением. Нам и сейчас оно требуется, а его нет.

— Вам тоже некомфортно?

— Временами бывает некомфортно.

— И как вы боретесь с таким состоянием?

— Рецепт один: по максимуму загружать себя работой.

Региональная политика

— Практически полтора десятка лет вы проработали в Иркутском государственном педагогическом университете, написали диссертацию о деятельности генерал-губернатора Муравьева-Амурского и становлении дальневосточной политики России, стали кандидатом, доцентом… А потом вдруг пошли в политику. Зачем? Чтобы работой себя загрузить?

— В институте у меня не было недостатка в работе. Я 14 лет преподавал новейшую историю стран Востока и был абсолютно счастливым человеком. Параллельно я уже занимался политконсультированием, работал с различными людьми, которые находились во власти. И мне это нравилось. До сих пор убежден, что наиболее эффективный политконсультант в России — это человек с историческим образованием, знающий особенности исторического развития страны. И вот в 2010 году Людмила Михайловна Берлина, которая тогда возглавляла региональное отделение партии «Единая Россия», позвала меня в исполком партии. Я не был человеком «Единой России», но понимал, что работы здесь много. Я готов был работать — и согласился.

— Чем занимались?

— На тот момент ситуация была такова, что региональной политикой в Иркутской области никто, по сути, не занимался. Дмитрий Федорович Мезенцев, губернатор региона, был загружен другими делами, и до региональной политики у него руки не доходили. Как раз в тот период Людмила Михайловна ушла с должности руководителя регионального отделения партии, и на ее место был избран Александр Семенович Битаров. И вот на плечи этого человека легла серьезнейшая ответственность по выборам всех мэров муниципальных районов и городских округов, дум второго и первого уровня. Я никогда не занимался этим направлением, но вынужден был разбираться, что называется, на месте. В тот период у меня отдыха не было никакого. Я проехал всю область, побывал во всех муниципалитетах. На Маме только не был. Я всегда опасался таких территорий, где можно застрять надолго. Не то чтобы я боялся чего-то, просто не мог себе позволить долгого сидения на одном месте. А на Маме, с ее безальтернативным авиасообщением, такое вполне возможно.

— Ну, можно и в Бодайбо застрять…

— Нет, из Бодайбо можно уехать на машине и на поезде. Более того, однажды я специально поехал в Бодайбо поездом. У меня была мечта проехать по Северо-Муйскому тоннелю, и я ее осуществил. Доехал на поезде до Таксимо, а оттуда на машине до Бодайбо. Я ехал зимой. Дорога показалась просто отличной. В ходе своих поездок я познакомился со всеми мэрами, собирал на местах депутатов, мы проводили семинары. Я разобрался с непростой системой взаимоотношений между главами муниципалитетов, думами и партийными фракциями, увидел систему формирования и избрания органов власти. Главное и основное, что я понял: от региональной политики в Иркутской области — да, наверное, и на любой другой территории — зависит очень многое. И то, что мы сейчас видим у нас в регионе: постоянные конфликты между мэрами и правительством — все это является результатом отсутствия региональной политики. Если налажены коммуникации между разными ветвями власти, идет нормальное общение, все вопросы обсуждаются коллегиально, то проблем не будет даже по острым политическим темам. И вот тогда начиная с середины 2010 года мы стали устанавливать эти самые политические коммуникации. Нам это удалось, и на второй уровень власти пришла волна новых мэров, эффективных менеджеров. Во многом это случилось благодаря секретарю регионального отделения партии Александру Битарову. Он задал определенный уровень, и до сегодняшнего дня благодаря Сергею Фатеевичу Брилке эта планка не опускается.

— Лично вас эта работа как-то изменила?

— Конечно. По наивности я думал, что мне в политике все уже известно, что можно просто сесть, сформулировать свою позицию, внедрить ее в общество — и все. А уже общество должно либо ее принять, либо отвергнуть. Оказалось, что это не так. 90% успешности в политике — это ноги, работа на местах, успешные коммуникации. В какой-то момент я понял, что могу пригодиться в Законодательном собрании. Я посчитал, что если я выдвинусь от регионов, то буду более полезен, чем если бы я выдвинулся от Иркутска. И я стал депутатом от города Черемхово, Черемховского района, города Свирска и части Усольского района.

Депутат и парикмахер

— Как-то в прямом эфире одной из радиостанций у нас с коллегами-журналистами зашел спор, что должен делать депутат: законы разрабатывать или калитки бабушкам ставить. К единому мнению мы не пришли. А вы что думаете?

— Мне вообще не очень нравится слово «депутат». Оно не отражает его сути.

— А как называть депутата — народный избранник?

— Мне больше нравится китайский вариант. У них однопалатный парламент, который называется Всекитайским собранием народных представителей. Соответственно, у них нет депутатов, а есть представители. Депутата выбирают для того, чтобы он представлял интересы народа. Не водовозками и продуктовыми наборами для малоимущих нужно гордиться депутату, а тем, что он разработал такие законы, благодаря которым жизнь людей меняется к лучшему: работяга работу находит, мамочка имеет возможность устроить ребенка в детский сад, из крана нормальная вода течет, деньги на строительство сельской дороги выделяются в нормальном объеме. Вот, например, мы приняли комитетом и поддержали на фракции «Единой России» закон о продлении действия областного материнского капитала. В Иркутской области этой поддержкой воспользовалась не одна тысяча человек. И когда ты приезжаешь в местные женсоветы, люди тебе спасибо говорят… Вы, наверное, слышали такое мнение, что самые счастливые люди — это парикмахеры. Почему? Потому что они сразу же видят конечный результат своего труда — в отличие, например, от того же преподавателя. Депутат в территории тоже может почувствовать счастье. Не так, конечно, быстро, как парикмахер, а через некоторое время, когда его усилия получат реальное воплощение.

— Насколько я помню, инициировав принятие закона о продлении материнского капитала, вы, по сути, вступили в конфликт с правительством. Почему вы пошли на это?

— Потому что этот закон важен жителям Иркутской области, интересы которых мы представляем. Да, он принят не в интересах бюджета, равно как и многие другие вещи, которые мы сейчас требуем у правительства. Но меня в этом плане не устраивает сама философия современной региональной власти. Складывается впечатление, что все мы работаем только ради бюджета. Вот достигнем его профицита, и вся Иркутская область заживет счастливо… Кому нужен этот бюджет ради бюджета? Весь мир живет на кредитах. Для всех понятно, что кредит — это способ развития, улучшения своего жизненного благосостояния. Многие субъекты РФ построили в долг необходимые для себя социальные объекты, школы, сделали дороги. У того же Красноярска государственный долг во много раз больше, чем у нас. Но его жителям все равно, какой у них долг. Зато школа отремонтирована, дорога ровная. И жители Иркутской области в итоге стремятся в Красноярский край уехать.

— То есть депутат, или, как вы говорите, народный представитель, по сути, запрограммирован на конфликт с правительством?

— Я против того, чтобы раздувать какой-то конфликт ради конфликта. Вот, например, на фракции я единственный голосовал против бюджета. Почему? Да потому что прошло два года с того момента, как мы подготовили депутатский запрос по строительству перехода через железнодорожные пути в Михайловке. Но власть так ничего там не сделала. На путях погибло 12 человек, остались дети-сироты. И снова на этот объект ничего не запланировано. Великие деньги, что ли, нужны? Бюджет обрушится от этого? Когда власть не стремится помочь людям, я всегда против этого буду выступать.

«Стихи читаю ночами»

— А у вас большая семья? Почему спрашиваю — фамилия редкая, но в Иркутске известно немало людей с такой фамилией.

— Ну, я не знаю, насколько большая. Мой отец родился на Украине в 1940 году, около трех лет находился в немецкой оккупации, чудом ее пережил. В Иркутске он оказался с одним из своих братьев. Сейчас здесь живут Коля — это мой родной брат, — а также два двоюродных брата и двоюродная сестра.

— Вместе встречаетесь?

— Да, бывает. Так получилось, что у нас у всех дачи находятся в одном садоводстве. Так что мы лето, как правило, все вместе проводим. Надо сказать, что Сибирь — это все-таки территория коллективного выживания. Здесь очень мало одиночек. Не сказать, что мы как-то серьезно помогаем друг другу — каждый из нас вполне самодостаточен, — но всегда друг друга поддерживаем.

— Расскажите про свою жену, детей.

— Я человек очень мнительный, и мои близкие люди для меня — это абсолютно закрытая тема. Одно могу сказать: меня радует, что с семьей у меня все хорошо.

— Тогда о себе подробнее расскажите. Каков Алексей Козюра вне депутатской работы? Есть ли какие-то увлечения?

— Увлечений у меня нет. И это, наверное, плохо. К сожалению, получается так, что почти все мое время, в том числе свободное, посвящается работе. Дело не в том, что я не умею переключаться. Просто работы очень много. Для того чтобы принять правильное решение, нужно его проанализировать со всех сторон. Во всех вещах разбираться невозможно, и часто мне приходится что-то дополнительно изучать, читать: от комментариев к какому-либо кодексу до обычных учебников. И так постоянно. Единственное, на что я стараюсь выкроить хоть немного времени, — это стихи. Я сильно люблю поэзию и готов читать стихи часами. Но времени на это остается немного, и я читаю ночами. Очень нравятся Пастернак, Есенин.

— Сами стихи не пишете?

— Нет. Думаю, есть немало людей, которые делают это лучше меня.

«Не вижу смысла что-то изменять»

— Ну и, наверное, уже в завершение нашей беседы у меня немного философский вопрос: если бы в жизни можно было бы что-то переиграть, переделать, вы бы воспользовались такой возможностью?

— Если мы говорим об исправлении собственных ошибок, то никогда не поздно это сделать. Однажды у меня было интервью на ИГТРК. И там мне был задан примерно такой же вопрос, только он по-другому был сформулирован. Меня спросили: случалось ли что-то в моей жизни, за что мне было стыдно? И я тогда сказал, что мне было стыдно за один очень малодушный поступок, который я совершил полтора года назад, когда внес десять или даже более поправок в закон о ежемесячной выплате семьям в случае рождения третьего и последующего детей, а потом отозвал их. Я считал, что этот закон несовершенен, что там очень много пробелов. Например, рождается в семье двойня — третий и четвертый ребенок, — а выплаты считаются по одному. Как так? Людей же двое появилось… Ну и много было таких вопросов. Я внес эти поправки, но правительство категорически выступило против этого. И они склонили меня к тому, чтобы я эти поправки отозвал. Отвратительная была ситуация. Вместо того чтобы настоять, доказать свою правоту, я согласился, что денег на все не хватает и что надо на чем-то экономить. И вот прямо на эфире я сказал, что поступил малодушно, и пообещал, что выйду с передачи и сразу же вернусь к вопросу о поправках. Так и поступил. Пришел в комитет, снова внес эти поправки. Начали их обсуждать. В итоге вышло так, что их приняли практически без какого-либо противодействия со стороны правительства и мы получили измененный закон о выплатах за третьего и последующего ребенка с моими поправками и предложениями депутатов комитета по здравоохранению и социальной защите.

— Задавая предыдущий вопрос, я имел в виду более глобальные вещи, связанные с кардинальными изменениями в жизни…

— Тогда ответ отрицательный. Во-первых, я не верю, что в жизни человека что-то можно переиграть или переделать. Во-вторых, не вижу в этом смысла. Я уже говорил, что еще в детстве настроил себя на то, что надо уметь быть благодарным тому, что имеешь, и получать радость от того, что ты можешь сделать. Я, конечно, выдумываю себе много работы, постоянно ищу ее, но делаю это с удовольствием. Я даже получаю удовольствие от того, что не получается, поскольку я понимаю, что работал, старался, какой-то опыт для себя получил и на сколько-то продвинулся в направлении того, чтобы решить поставленную задачу или помочь конкретным людям.

Загрузка...