Вспомнить все

Выставка советского искусства «Время наших отцов»: добрая ностальгия по СССР 

Иркутская интеллигенция: врачи, художники, ювелиры, философы и историки, фотографы и тележурналисты — словом, все те, кто может сказать о себе — «рожденные в СССР», собрались на открытии выставки «Время наших отцов» в Иркутском художественном музее. Знакомые с детства картины — «Ужин тракториста» художника Аркадия Пластова, «Дочь советской Киргизии» Семена Чуйкова, «Доярка» Александра Дейнеки… Когда-то все они были на цветных вкладках в учебнике русского языка, и в школе мы (те, кому за 30) писали о них сочинения. Чем же так притягательно советское искусство и в чем секрет его неувядающей молодости? 

Один из шедевров выставки — «Ужин тракториста» Аркадия Пластова. Доподлинно известно, что это оригинал, а в Третьяковской галерее находится лишь копия. Как и почему это произошло, рассказывал Алексей Дементьевич Фатьянов, легендарный директор художественного музея, собиратель бесценных полотен. История эта случилась в 50-х годах ХХ века. Талантливейший художник Аркадий Александрович Пластов в 1951 году выступал на съезде Союза художников. Человек он был уже пожилой (еще в 1917 году он убрался подобру-поздорову в свою деревню Прислониху, где и писал свои гениальные вещи). Выступая с высокой трибуны, старик-художник обратился к залу: «Дорогие мои! Если вы хотите написать что-то по-настоящему стоящее, уезжайте в лес, в поле, в деревню! А в Москве (и с этими своими словами он обернулся к красному длинному столу, за которым заседали солидные москвичи — корифеи от искусства, партийные деятели) в Москве правды нет!»… И все!

Казалось, конец карьере художника...

Аркадий Пластов в 1951 году как раз закончил большую картину «Ужин тракториста», которую потом напечатают во всех школьных учебниках русского языка как образец социалистического реализма. И уже заказчик (Третьяковская галерея) был готов заплатить деньги за полотно. Но после скандала на съезде все от Пластова отвернулись. И первым резко высказался как раз директор Третьяковки. «Картина бездарная! — безапелляционно изрек он, и все рядом стоящие закивали головами, — Нет здесь никакого социалистического реализма! И музей покупать ее не будет!» Рядом стоял директор художественного музея из братской Белоруссии — ему и предложили купить картину. Но директор из Минска словно бы даже обиделся: «Ну, и как я такую громадину повезу? Вы об этом подумали?» И тут раздался робкий голос директора Иркутского художественного музея Алексея Дементьевича Фатьянова: «А можно я ее возьму?». Все столичные директора музеев поморщились с досадой и замахали руками: бери-бери, с глаз долой — из сердца вон! Так пластовский шедевр вскоре оказался у нас в Иркутске.

А через два года, в 1953-м, когда умер Сталин, Пластова простили. Больше того, неожиданно его признали борцом со сталинизмом, талант художника-деревенщика оценили и опять вознесли на пьедестал. И вот директор Третьяковки опомнился, словно бы очнулся от наваждения, и стал энергично требовать картину обратно. Дескать, мы были заказчиками, нам и должна она принадлежать! И вообще, не какому-то там Иркутску заштатному владеть шедевром социалистического реализма! Алексею Дементьевичу пришлось вновь ехать в Москву на ковер, обивать пороги Министерства культуры, чтобы доказать: художник сам отдал ее в Иркутск. И Фатьянову поверили. Так подлинник остался у нас, а в Третьяковке появилась лишь копия, написанная Пластовым.

Но вернемся к выставке в Иркутском художественном музее. Самыми большими знатоками и самыми верными ценителями творчества художников являются, пожалуй, смотрительницы музея. Именно им приходится не час, не два, а дни и недели, а порой даже и месяцы находиться среди полотен, из которых собираются выставки. И оценивают они живопись по-своему…

— «От этих картин голова не болит!» — говорили мне смотрительницы музея, когда здесь поместили выставку моего отца, — рассказывает дочь художника Ольга Симонова. — Еще они сказали, что все полотна удивительно светлые: в каждой картине есть солнышко… Мой отец — иркутский художник Евтей Семенович Симонов писал всю жизнь в стиле социалистического реализма. Он был другом Алексея Дементьевича Фатьянова, хотя по возрасту был намного младше его. Они часто приходили к нам домой, особенно накануне выставок. Я помню, как они часами сидели на кухне, курили, спорили, разговаривали. 

Когда в выставочном зале художественного музея проходят выставки советских художников, смотрительницы довольны. Ведь все советские художники были, как правило, романтиками. 

— Раньше художники работали не для того, чтобы прославиться, — уверена дочь художника Ольга Симонова. — Вот и мой отец был бессребреником. Сам покупал кисти, краски, холсты, на это уходила львиная доля его зарплаты. А мама моя пахала с утра до ночи врачом, чтобы вырастить нас, детей. Но при этом авторитет отца в доме был непререкаемым! У меня были две косы, и я очень хотела их обрезать. «Вот приедет папа из командировки, — говорила мне мама. — Если он разрешит, тогда и обрежешь!» В результате я обрезала косы только тогда, когда вышла замуж… 

Почему же народ так изголодался по «Ужину тракториста», по «Дочери советской Киргизии», по цветам и фруктам Сарьяна и другим картинам соцреализма, посетители выставки говорят напрямую.

— Наелись уже абстрактных треугольников и квадратов, — считает художник-камнерез Наталья Алексеевна Бакут. — Эти картины хотя бы грамотно нарисованы: и перспектива здесь на месте, и анатомия. Я была в начале двухтысячных проездом в Москве. Сразу же поехала в Центральный Дом художника, зная, что там всегда проходят интересные вернисажи. И, на мое счастье, там была выставка советского искусства. Меня поразило огромное количество народа: в залах, в буквальном смысле этого слова, яблоку некуда было упасть. А внизу, в других залах, параллельно шла выставка авангарда: инсталляции, кубы-треугольники. И там не было ни одного человека! Видимо, в девяностые годы люди насытились этим «искусством». Вы думаете, почему Сальвадора Дали смотрят во всем мире? Потому что он правильно писал: перспектива и анатомия у него в идеальном виде. Поэтому от его картин не оторвать глаз. Ведь художников учат по времени даже дольше, чем врачей: четыре года в училище, потом еще шесть в Академии художеств. Советское искусство как раз и демонстрирует академическую школу рисунка и живописи. 

 — В основе этих работ лежит школа, настоящая школа живописи, — поддержал разговор Александр Белобородов, иркутский ювелир. — Я специально привел на выставку свою дочь Катю, чтобы мой ребенок с детских лет впитывал настоящее искусство. Я жил в эту эпоху, я застал годы расцвета советского искусства. 

Я помню, как мой отец из Германии привез большую книгу, она называлась «Дрезденская галерея». Я часами как завороженный рассматривал репродукции великих шедевров мирового искусства, и, можно сказать, это определило мою будущую профессию.

Дочь Александра Белобородова семилетняя Катя внимательно рассматривала картины выставки «Время наших отцов» и расспрашивала папу о том, что ей было непонятно. Пожалуй, советское время — это такой период в русской живописи, который не стыдно показать детям. Военные сцены, жизнь советской семьи, хорошо написанные классические портреты… Даже доярки здесь не идут, а словно летят в бело­снежных халатах с серебряными ведерками на фоне бесконечно синих небес. 

Одним словом, есть на что посмотреть. И есть что вспомнить.

  • Где посмотреть

Выставка открыта до 31 октября 2015 года по адресу: ул. Ленина, 5 (Иркутский областной художественный музей). Посетить музей можно ежедневно, кроме понедельника, с 10.00 до 18.00. Стоимость билетов — по прейскуранту музея. Телефон для справок: (3952) 34-01-46.

Иллюстрации: 

Иркутянин Александр Белобородов привел на выставку семилетнюю дочь Катю, «чтобы ребенок с детских лет впитывал настоящее искусство». Александр, ювелир по профессии, гордится тем, что «жил в эту эпоху и застал годы расцвета советского искусства»
Иркутянин Александр Белобородов привел на выставку семилетнюю дочь Катю, «чтобы ребенок с детских лет впитывал настоящее искусство». Александр, ювелир по профессии, гордится тем, что «жил в эту эпоху и застал годы расцвета советского искусства»
«Ужин трактористов» (1951) Аркадия Пластова. У картины удивительная история: после того как автор впал в немилость власти после прямолинейного выступления на съезде Союза художников в 1951 году, картину отказался покупать заказчик — Третьяковская галерея. Благодаря стараниям директора Иркутского художественного музея Алексея Фатьянова полотно оказалось в нашем музее. А двумя годами позже, после смерти Сталина, политическая ситуация поменялась и художник Пластов, ярчайший представитель соцреализма, был вновь вознесен на пьедестал. И Третьяковка потребовала вернуть произведение. Фатьянов картину отстоял. Теперь в Иркутске хранится подлинник, а в Москве — авторская копия
«Ужин трактористов» (1951) Аркадия Пластова. У картины удивительная история: после того как автор впал в немилость власти после прямолинейного выступления на съезде Союза художников в 1951 году, картину отказался покупать заказчик — Третьяковская галерея. Благодаря стараниям директора Иркутского художественного музея Алексея Фатьянова полотно оказалось в нашем музее. А двумя годами позже, после смерти Сталина, политическая ситуация поменялась и художник Пластов, ярчайший представитель соцреализма, был вновь вознесен на пьедестал. И Третьяковка потребовала вернуть произведение. Фатьянов картину отстоял. Теперь в Иркутске хранится подлинник, а в Москве — авторская копия
Иркутянка Наталья Бакут — художник-камнерез, ее журналист «Пятницы» встретил на выставке «Время наших отцов» в Иркутском областном художественном музее. Наталья Алексеевна убеждена, что советское искусство наилучшим образом демонстрирует академическую школу рисунка и живописи
Иркутянка Наталья Бакут — художник-камнерез, ее журналист «Пятницы» встретил на выставке «Время наших отцов» в Иркутском областном художественном музее. Наталья Алексеевна убеждена, что советское искусство наилучшим образом демонстрирует академическую школу рисунка и живописи
«Доярка» (1959) Александра Дейнеки. Александр Александрович — советский живописец, художник-монументалист, график, иллюстратор, скульптор. Автор знаменитой «Обороны Севастополя» (1942). Основные темы, к которым обращался художник на протяжении всей своей творческой деятельности, — воспевание героического труда, спорт, индустриализация, техника
«Доярка» (1959) Александра Дейнеки. Александр Александрович — советский живописец, художник-монументалист, график, иллюстратор, скульптор. Автор знаменитой «Обороны Севастополя» (1942). Основные темы, к которым обращался художник на протяжении всей своей творческой деятельности, — воспевание героического труда, спорт, индустриализация, техника
baikalpress_id:  109 485