Вершина: польская столица сибирской тайги

Жители селения разговаривают на родном языке, готовят национальные блюда и топят в полынье Мажанну

Больше века назад в Боханском районе появилась небольшая деревня Вершина. Ее основали поляки, которые во времена столыпинской реформы отправились покорять Сибирь. Впрочем, смириться с суровыми природными условиями смогли далеко не все, часть переселенцев вернулась на родину. А те, кто остался, обосновались здесь прочно и навсегда. На месте глухой, дремучей тайги они выстроили свою маленькую Польшу. Удивительно, но потомки первых поляков до сих пор не обрусели, они по-прежнему придерживаются своей исконной культуры: сохраняют самобытный уклад, традиции и обычаи своего народа, готовят блюда национальной кухни и говорят на польском языке. «Дзень добры, пане!» — так приветливо и сердечно обращаются жители деревушки Вершины к своим гостям. К незнакомым людям, решившим посетить этот сибирский таежный уголок, здесь относятся с широким польским добродушием. Чистые просторные улицы, опрятные бревенчатые дома в окружении гор, покрытых густым лесом, чистая река — это место, по словам местных, обладает особым магнетизмом и потому притягивает сюда людей. Даже молодежь зачастую предпочитает мегаполису это тихое и спокойное селение.

От морозов спасали одеяла 

Вершина ведет свою летопись с 1910 года. Именно тогда на станции Черемхово высадились из поезда 59 польских семей, которым и предстояло стать основателями нового сибирского селения. Известно, что царское правительство предоставляло для переселенцев некоторые льготы: бесплатную землю, пособие в наличных деньгах и лес для строительства жилья. Участок выделялся в 15 десятин. Многие тогда решились испытать судьбу и отправились в незнакомые для себя земли. Однако не всех здесь принимали приветливо.

Место, которое им выделили для освоения, называлось Трубачеевским — по фамилии местного купца. Он здесь жил один посреди глухой тайги. Усадьба и хозяйственные постройки были окружены вековыми лиственницами. К тому времени, когда сюда пришли поляки, он решил продать свое имение, и один из переселенцев выкупил его за золотые польские деньги. Сразу по приезде на место первопроходцы принялись рыть землянки, поскольку впереди их ждала неизвестная суровая зима. Для этого они копали в земле котлованы, затем внутри них, по углам, закапывали столбы, обвязывали их перекладинами поверх балок и настилали потолок из круглого леса, после чего засыпали землей. Лишь для печной трубы оставляли отверстие. В торцевой стороне землянки меж столбами врубалась дверь, а сбоку окошечко на одну-две стеклины. В центре жилища ставили печь из камня.

У большинства поселенцев не было зимней одежды. С собой из Польши они привезли только зипуны, сделанные без ваты и какой-либо подкладки, и кожаную обувь, которая никак не смогла бы уберечь их от лютых морозов. Вся надежда спастись от холода в зимние ночи была на пуховые одеяла и подушки. Так им и пришлось зимовать.

60 соток картошки на семью 

Постепенно сюда прибыли новые семьи. Однако остались здесь далеко не все. Кто-то не выдерживал суровых условий и возвращался на родину, а самые стойкие принялись обустраиваться основательно. Благо, что под боком был лес.

— Наши предки рассказывали, что у местных бурят в те времена дома были округлой формы. Они все были огорожены высоким забором с козырьком и широкими воротами. Стаек у них в ту пору не было, и из всех хозяйственных построек были только сараи для сена и соломы. У нас первые дома были совсем простые, небольшие, бедные: толстые стены, окна и двери. Даже ставни стали ставить позже, когда появились мастера, — рассказывает Антонина Мельник, жительница Вершины.

Поляки всегда были трудолюбивым народом. Одновременно с возведением домов они обрабатывали землю, разводили хозяйство. Они научили местных обрабатывать землю плугом, на конях. Каждая семья во все годы сажала по 40—60 соток картошки, чтобы всем хватало вдоволь. Взрослые вспоминают, как, будучи еще ребятишками, они неделю не ходили в школу, чтобы помочь родителям собрать урожай. Даже сейчас местные стараются сажать по 40 кулей картошки. Этого хватает и для корма скоту, и на продажу. Поляки бочками засаливали огурцы, капусту.

Одаривала их своим богатством и тайга. Зимой у местных всегда были соленые грибы и варенье из лесных ягод. Неизменным атрибутом домашнего уюта считались пуховые перины, подушки, одеяла. Поэтому в каждом подворье польские семьи держали по 30—40 домашних птиц: гусей, уток, индюков. Длинными зимними вечерами женщины собирались по домам и под народные песни работали с птичьими перьями.

Дома со временем стали украшать резьбой. Жители даже устраивали между собой соревнования, чья изба будет краше. Строго здесь следят за чистотой и порядком. Поэтому в Вершине всегда чистые улицы, ухоженные дома.

Наравне с тяжелым сельским трудом поляки всегда находили время и для отдыха. В воскресные дни считалось большим грехом брать в руки топор или пилу, копать землю, стирать, прибираться.

Пани Хенрика из Польши

В первый год жизни на новом месте поляки решили построить и школу. Работа продвигалась споро, и уже осенью ребятишки вновь взялись за учебу. К слову, обучались они на двух языках: польском и русском. Школа была бедной. Долгие годы дети не знали, что такое белая бумага. В старших классах ученики писали чернильными ручками. Чернильницы были чугунные и назывались черепками. В партах для них были специальные углубления. Писали дети на старых книгах, обрывках бумаги. С годами появилась желтоватая бумага в рулонах. Ее резали по форме тетради, сшивали и писали. В тяжелые 30-е годы польская школа была закрыта, а преподавание польского языка — запрещено. Тем не менее поляки не собирались отходить от своих традиций и дома с детьми по-прежнему говорили на родном языке.

Сегодня польский язык в вершининской школе снова является обязательным предметом. Для преподавания туда приглашают учителей из Польши. Пани Хенрика Яхимович приехала в Вершину в этом году, и, по ее словам, здесь она абсолютна счастлива.

— Мне интересно наблюдать за тем, как дети постепенно осваивают родную речь. Они говорят по-польски, читают и начинают писать. И это очень хорошо. Ребятишки очень любознательные, доброжелательные и смышленые. Они любят участвовать в театрализованных представлениях. И свои реплики на польском языке заучивают наизусть.

По словам учительницы, она сама вызвалась ехать в Россию. Ей очень хотелось попасть именно туда, в Вершину. Хенрике пришлось довольно долго адаптироваться к местному климату, она часто замерзала. И, возможно, именно поэтому больше всего ей полюбилась русская баня. До сих пор она с улыбкой вспоминает о том, как удивительно ей было выходить из жарко натопленной бани в 40-градусный мороз и не чувствовать холода.

Храм скрывали за клубом

К маленькой таежной деревушке прикипел и отец Карл, настоятель римско-католического храма в Вершине. Здесь он служит уже семь лет. По словам священнослужителя, он попал туда случайно, по воле судьбы.

— Я прослужил в Польше 39 лет. Однажды был в гостях у своего знакомого, и во время разговора раздался телефонный звонок. Ему звонил епископ из Иркутска, который сообщил, что в Вершину требуется священник. Я долго не раздумывал, собрался и приехал сюда. Думал, что на один год, а сейчас уже седьмой идет, — рассказывает отец Карл.

Благодаря ему каплица (небольшая католическая часовня) за последние годы заметно преобразилась: обновлен придел, в окна вставлены красивые витражи, выполненные иркутскими мастерами, и появились новые иконы. В прошлом году здесь провели капитальный ремонт — поменяли опору фундамента. Церковь открыта каждый день, поэтому жители могут прийти сюда в любое время. Самое примечательное для гостей храма — это его часы. Они звонко отбивают каждый час, сопровождая его польской мелодией. Отец Карл сам настраивает музыку, регулярно обновляя репертуар. Совсем недавно в храме отпраздновали католическую Пасху, поэтому сейчас там звучат пасхальные мелодии.

Это красивое старинное здание является гордостью жителей. Поэтому сегодня даже сложно представить, что когда-то его хотели уничтожить. В годы советской власти, когда начались религиозные гонения, храм хотели снести. Однако жители решили пойти на хитрость и прикрыли его от постороннего взгляда отстроенным клубом. На молитвы собирались тайно, по домам. Также скрыто продолжали проводить религиозные обряды, учить детей.

За время запустения от каплицы по большому счету остались только стены, и только в 1992 году жителям удалось отреставрировать храм. В нем заменили пол, покрыли жестью крышу, вставили окна, а колокол специально привезли из Пенсильвании. Полякам удалось вернуть церкви былое великолепие.

Впрочем, по словам отца Карла, и сейчас работы невпроворот. Рядом с храмом идут работы по возведению трапезной, да и в самой каплице нужно починить крышу. Посильную помощь Вершине оказывает представительство Польши в Иркутске. Высокопоставленные лица также любят навещать этот польский уголок.

«Пальма» приносит здоровье 

Несмотря на то что полякам по воле судьбы пришлось перебраться в чужую для них страну, они никогда не забывали свои корни и спустя век по-прежнему соблюдают обычаи и традиции своего народа. Здесь по-особому отмечают каждый праздник. Например, Пасху. К этому знаменательному событию взрослые и дети изготавливают специальную пальму — украшение из цветной бумаги, цветов, ярких лент. Наверху к ней обязательно крепятся вербные веточки. Затем ее уносят в костел. Существует поверье, что освященная «пальма» изгоняет болезни и приносит здоровье. В Страстную субботу прихожане несут в храм продукты, которые нужно освятить. В день Пасхи в самом начале застолья принято делиться пасхальными яйцами. 

Одна из главных традиций этого праздника приходится на понедельник, следующий после Пасхи. В Польше в этот день принято обрызгиваться водой, однако в Вершине это делают одеколоном и духами. Первый день мужчины обрызгивают женщин, а на второй день уже женщины «вступают в бой». Именно поэтому два дня по Вершине разносится стойкий аромат.

Еще один не менее интересный праздник — Мажанна. Он похож на русскую Масленицу, но есть в ней своя изюминка. По словам Елены Фигуры, руководителя польского ансамбля «Яжумбек», Мажанна — это символ суровой зимы, зла и смерти. Традиционно ее изготавливают в виде соломенной куклы, одетой в женский костюм и посаженной на шест. В старину каждый крестьянин хотел, чтобы кукла заглянула в его усадьбу и забрала с собой зиму, зло и болезни. Поэтому праздничная процессия с песнями и плясками под гармонь заглядывает в хозяйские усадьбы, где совершается неотъемлемый ритуал празднества — обмакивание куклы головой в ведро с водой. За это хозяева благодарят гостей и подносят им угощение.

После обхода нескольких дворов все дружно отправляются на реку, где недобрую куклу топят в полынье. Возвращаясь, ни в коем случае нельзя оборачиваться — бытует поверье, что обряд не подействует. Обратно в деревню несут зеленый гай — еловую ветку, которая символизирует приход весны. В тех же усадьбах, где побывали гости, ветку украшают бумажными игрушками, бусами, лентами.

На свой лад здесь отмечают и дни именинников. Накануне знаменательного события местные жители вяжут нарядные венки, которые называют коронами. Для них используют зеленые ветки березы, молодых лиственниц и пихты, разнообразные цветы и яркие ленты. Поздно вечером или ночью корону вешают над входной дверью дома именинника. Это делают в темноте, чтобы именинник не увидел, кто ее повесил. Увидев утром венок, именинник должен был угадать, кто это сделал. Как правило, «виновника» всегда находят — об этом кто-то да сообщал. Вечером именинник приглашает гостей, которые были причастны к вешанию короны. Все угощаются и веселятся. Примечательно, что в том случае, когда хозяева скупятся на угощение и не приглашают в дом тех, кто навешивал им короны, на следующие именины им приколачивают над дверью сухую метлу, веник или крапиву.

К любым праздникам поляки готовят к столу и лучшую еду: стряпают сдобу, варят студень, сальтисон, крупнеку (польскую кровяную колбасу), делают полывку (отварной картофель с кислым молоком и сметаной). К угощению обязательно цедили бимбер — польский спиртной напиток. Впоследствии от бурят поляки переняли тарасун. Правда, в отличие от бурят, которые готовили его из кислого молока, поляки варили этот напиток из закваски. Ее замешивали из ржи, проса, пшеницы и добавляли мороженый картофель.

  • Национальное блюдо

Специально для нас там решили приготовить национальное польское блюдо — картофельные клецки (kluski slaskie). Его приготовление выглядит простым, но в нем есть своя изюминка. Для этого блюда понадобятся картофель, соль, картофельный крахмал, 1 яйцо, пшеничная мука.

Картофель нужно почистить, нарезать кубиками и отварить до готовности в большом количестве подсоленной воды.

Отцедите картофель и сразу пропустите через картофельный пресс или измельчите на мясорубке. Затем поместите картофель в большую миску, немного перемешайте и дайте почти полностью остыть. После того как картофель остынет, плотно утрамбуйте его. Разделите картофель в миске условно на 4 части. Выньте 1/4 часть картофеля (можно выложить на утрамбованный картофель) так, чтобы получилась ровная выемка. В то место всыпьте 2 ст. л. муки и крахмал. Крахмала должно быть столько, чтобы он полностью заполнил ту выемку. Добавьте слегка взбитое яйцо, соль и замесите однородное тесто.

Месить нужно довольно долго, 5—8 минут. Возьмите довольно большой кусок теста и сформируйте колбаску диаметром 2—3 см. Порежьте ее на кусочки толщиной 1—1,5 см. Каждый кусочек скатайте в шарик и пальцем вдавите середину, формируя дырку.  Доведите до кипения большое количество воды, посолите ее. Осторожно опустите часть клецек в воду, перемешайте и варите 1 минуту после всплывания их на поверхность. Выньте клецки на большую тарелку в один слой. В качестве дополнения сверху на клецки можно высыпать обжаренные на свином жире шкварки и лук. А можно перед подачей клецки обжарить до золотистой корочки.