В истории семьи иркутянина Егора Касперовича отразилась целая эпоха

Нынешний рассказчик семейных преданий — Егор Касперович, молодой инженер по проектированию систем водоснабжения. Он представитель третьего поколения строителей.

Его отец Борис Станиславович в строительной сфере трудится не один десяток лет, бабушка Надежда Афанасьевна Жеглова всю жизнь проработала на разных стройках, много чего повидала и узнала.

— О своей родословной я как-то не задумывался раньше, сведения о ближайших и дальних родственниках не так давно начала собирать моя мама, а для нее главным источником информации стала ее мама. Бабушке Наде сейчас 82 года, она хорошо помнит семейные истории и с удовольствием рассказывает о родителях, тетях и дядях. Я люблю слушать ее неспешные повествования, будто попадаю в прошлое, в смоленские небольшие хуторки начала прошлого века, откуда родом бабушка, — говорит Егор Касперович.

Надежда Афанасьевна родилась в ноябре 1931 года в семье Афанасия и Анны Чуркиных, она стала первым ребенком у молодоженов из деревни Курдымово, что в Смоленской области. Спустя 6 лет у них родился сын Александр. Чуркины, как это было тогда принято, жили своим хутором, держали небольшое хозяйство, трудились на огороде. В 30-х годах, когда началась коллективизация, людей в колхозы сгоняли насильно: приходили в дом, сбрасывали всю солому с крыши, полностью оголяя ее и вынуждая хозяев перебираться в другое жилище. То же произошло и с Чуркиными, но они решили с колхозом повременить: жаль было отдавать кормилицу-корову Малышку, от нее с одного удоя набиралось 2 ведра молока. Сначала перебрались в дом отца Филиппа, а когда и к нему пришли идеологически правильно настроенные земляки, стали снимать квартиру в деревне. Вскоре Чуркиным все-таки пришлось вступить в колхоз, Афанасий работал пастухом, пас в том числе и свою буренку. Работа тяжелая и, как выяснилось, опасная.

— Вместе с прадедом смотрели за скотом еще 3 пастуха. Когда началась Великая Отечественная война, стадо — в нем насчитывалось 700 голов — решили спрятать в тылу. На перегоне возле Днепра их нагнал истребитель, при бомбежке стадо разбежалось, а пастухов взяли в плен. Афанасия Филипповича продержали под Москвой в каком-то сарае с лета 1941-го до весны 1942 года. Там он заболел астмой, больного пленника немцы отпустили домой, и он пешком добрался до деревни. Но и там его встретили захватчики, — рассказывает Егор. — Пока прадед был в плену, немцы оккупировали деревню Межники, в которой жили Чуркины. Зверств никаких не учиняли, но съели почти всех кур, так что местные жители прятали оставшихся подальше от голодных мародеров. Старостой назначили дядю прабабушки Анны — Григория. Он хорошо говорил по-немецки, выучил язык в плену еще в Первую мировую.

Война закончилась, и все вернулось на круги своя.

Чуркины вновь трудились на колхозных полях. Подросшая Надежда зарабатывала на жизнь в дорожном ремонтно-строительном управлении. Как-то раз подруга-почтальонка предложила ей заочное знакомство с другом и сослуживцем своего мужа, Надежда согласилась. Немного погодя пришло письмо с фотографией от Николая Жеглова, служившего связистом в авиации. Надежде молодой человек понравился, завязалась переписка. А через 3,5 года он демобилизовался и приехал с далекоидущими планами к своей эпистолярной подруге.

Николай прислал телеграмму, попросил, чтобы встретили на вокзале, но, как это бывает в фильмах и в жизни, Надежда телеграмму не увидела — как раз была на выездных работах. Ее родители, посовещавшись, распределили обязанности. Отец начал готовиться к знакомству с дорогим гостем: заколол козленка, купил красного вина в магазине, а мать пошла за 7 километров на станцию встречать будущего зятя. Чтобы узнать Николая, она взяла с собой фото и на вокзале, выглядывая его в толпе, сверялась со снимком — тот, не тот, но все никак не могла найти. А Николай в это время стоял напротив нее и смотрел на суетливую бабушку. Наконец подошел к ней и спросил: «Не меня ищете?». Тут-то и выяснилось, что его. Обратно поехали на автобусе, причем вместе с Надеждой — она как раз возвращалась с работ. Девушка своего суженого тоже не сразу узнала. Лишь после небольшой беседы поняла, кто с ней разговаривает. На той же неделе Надежда и Николай расписались в сельсовете и прожили вместе больше 20 лет.

— Дед выучился на тракториста, построил дом в деревне, вскоре у них с бабушкой родилась дочь Галина, это моя мама. Они переехали в город Ярцево, недалеко от Смоленска. Там дедушка работал слесарем по ремонту техники — руки у него были золотые, все умел делать. А бабушка трудилась штукатуром-маляром на стройке, — пересказывает историю семьи Егор Касперович. — Она говорила, что очень хотела сменить фамилию Чуркина. Когда вышла замуж и стала Жегловой, порадовалась, что желание сбылось.

Но передать фамилию дальше не получилось: после мамы у бабушки Нади родился сын, но прожил недолго, а у дедушки братьев не было, только 3 сестры. Одна из них, Валентина Алексеевна, из деревни Гущино Тверской области, где жила семья Жегловых, переехала в Ленинград, там вышла замуж и родила дочь Екатерину. С тетей Катей сейчас общается моя мама, даже как-то навещала ее. Две другие сестры деда всю жизнь прожили в Гущино, свою судьбу не встретили и умерли одинокими.

Галина Николаевна после школы училась в Смоленском экономическом техникуме Госснаба СССР. В нем распределение давали по всему Союзу, а девушке очень хотелось посмотреть страну. После окончания техникума Галина вместе с подругами решила поехать в Сибирь.

Находке, Перми и Кемерово предпочли Иркутск.

Здесь девушка жила и работала в Ново-Ленино, занималась бальными танцами в клубе Дзержинского и записалась в городской клуб туристов «Саяны». Это была серьезная молодежная организация, наборы в нее проходили каждую весну и осень. После подготовки туристы сдавали экзамены, ходили в походы и получали категории.

После двух лет в «Саянах» Галина познакомилась с будущим мужем — Борисом Касперовичем, он пришел в клуб с новым весенним набором в 1983 году. Молодые люди вместе ходили в походы выходного дня на Хамар-Дабан, поднимались на пик Черского. В 1987 году Галина и Борис расписались в иркутском загсе. Вскоре, с разницей в 3 года, у них родились сыновья Егор и Илья. Мальчики были так похожи в детстве, что их часто путали, причем сходны они оказались не только внешне. Братья в разные годы отслужили в армии, окончили ИрГТУ по строительным специальностям. Теперь оба устраивают свою жизнь в Иркутске.

Иллюстрации: 

Справа на фото Анна Емельяновна Чуркина (в девичестве Моисеева) с подругой Солохой в деревне. Уже на пенсии Анна стала заниматься самодеятельностью — пела в деревенском хоре. Она была рукодельницей: пряла, вязала и шила, в семье хранятся ее картины, вышитые крестиком. Отец Анны Емельян тоже был хорошим портным, он прожил 106 лет. Его жена Марина оставила дочери Анне икону Богоматери, та передала ее своей дочери Надежде. Семейная реликвия до сих пор хранится у нее
Справа на фото Анна Емельяновна Чуркина (в девичестве Моисеева) с подругой Солохой в деревне. Уже на пенсии Анна стала заниматься самодеятельностью — пела в деревенском хоре. Она была рукодельницей: пряла, вязала и шила, в семье хранятся ее картины, вышитые крестиком. Отец Анны Емельян тоже был хорошим портным, он прожил 106 лет. Его жена Марина оставила дочери Анне икону Богоматери, та передала ее своей дочери Надежде. Семейная реликвия до сих пор хранится у нее
Кристина Филипповна и Афанасий Филиппович Чуркины — двоюродная прабабушка и прадед Егора Касперовича. Кроме них у Филиппа Чуркина, который запомнился родственникам тем, что хорошо играл на скрипке, хотя и был слеп, было еще двое сыновей — Афиноген и Моисей. Оба погибли на фронте во время войны
Кристина Филипповна и Афанасий Филиппович Чуркины — двоюродная прабабушка и прадед Егора Касперовича. Кроме них у Филиппа Чуркина, который запомнился родственникам тем, что хорошо играл на скрипке, хотя и был слеп, было еще двое сыновей — Афиноген и Моисей. Оба погибли на фронте во время войны
Армейское фото 50-х годов Николая Алексеевича Жеглова. Когда Николай был еще ребенком, его отца Алексея Андреевича осудили по политической статье. Уже в 80-х его реабилитировали посмертно и выплатили компенсацию семье. А в 1937 году, когда отца четырех детей отправили на верную смерть в лагерь, помощи ждать было неоткуда. Самый младший ребенок — сын Николай пошел в колхоз пасти скот, чтобы хоть как-то заработать. Затем он служил в армии связистом, говорил, что встречал самого Покрышкина — трижды Героя Советского Союза, летчика-истребителя
Армейское фото 50-х годов Николая Алексеевича Жеглова. Когда Николай был еще ребенком, его отца Алексея Андреевича осудили по политической статье. Уже в 80-х его реабилитировали посмертно и выплатили компенсацию семье. А в 1937 году, когда отца четырех детей отправили на верную смерть в лагерь, помощи ждать было неоткуда. Самый младший ребенок — сын Николай пошел в колхоз пасти скот, чтобы хоть как-то заработать. Затем он служил в армии связистом, говорил, что встречал самого Покрышкина — трижды Героя Советского Союза, летчика-истребителя
Надежда Жеглова. На фото она еще Чуркина, здесь девушке 25 лет. Это первое ее взрослое пальто и новые, по моде ботинки. Надежда Афанасьевна хорошо помнит детские годы на хуторе в деревне Межники. Родители оставляли ее одну дома, когда уходили на работу. Маленькая Надя любила выбираться на крышу, сидеть на коньке и петь песни, особенно хорошо у нее получалась «Не ходил бы ты Ванек во солдаты»
Надежда Жеглова. На фото она еще Чуркина, здесь девушке 25 лет. Это первое ее взрослое пальто и новые, по моде ботинки. Надежда Афанасьевна хорошо помнит детские годы на хуторе в деревне Межники. Родители оставляли ее одну дома, когда уходили на работу. Маленькая Надя любила выбираться на крышу, сидеть на коньке и петь песни, особенно хорошо у нее получалась «Не ходил бы ты Ванек во солдаты»
Свадебная фотография Галины Николаевны Жегловой и Бориса Станиславовича Касперовича. Недавно супруги отметили 27-ю годовщину свадьбы. У пары есть общее увлечение — путешествия. Они побывали в разных странах — от Европы до Юго-Восточной Азии. Из своих поездок Касперовичи привозят сувениры — настенные тарелочки с названиями и видами мест
Свадебная фотография Галины Николаевны Жегловой и Бориса Станиславовича Касперовича. Недавно супруги отметили 27-ю годовщину свадьбы. У пары есть общее увлечение — путешествия. Они побывали в разных странах — от Европы до Юго-Восточной Азии. Из своих поездок Касперовичи привозят сувениры — настенные тарелочки с названиями и видами мест
Иркутянину Егору Касперовичу 26 лет. Так же, как его родители, молодой человек увлекается походами, пока в пределах нашей области. В 10 лет вместе с семьей он покорил Аршанский перевал, позднее ходил на Шумак и Мунку-Сардык. У Егора есть мечта — объездить весь мир
Иркутянину Егору Касперовичу 26 лет. Так же, как его родители, молодой человек увлекается походами, пока в пределах нашей области. В 10 лет вместе с семьей он покорил Аршанский перевал, позднее ходил на Шумак и Мунку-Сардык. У Егора есть мечта — объездить весь мир
baikalpress_id:  93 427