Усть-Уда: прошлое и настоящее

По сибирским меркам Усть-Уда — довольно крупный населенный пункт, расположенный на берегу залива Братского водохранилища.

Его начали строить в начале 1960-х годов. Поэтому большинству домов поселка от силы лет пятьдесят. Но попадаются и редкие долгожители, которые сразу обращают на себя внимание внешним кондовым видом. Их возраст — век, а то и больше. Эти постройки были в свое время перевезены из старого села, ушедшего на дно водохранилища.

Примерно в 1690 году в среднем течении Ангары гуляла ватага казаков во главе с атаманом Петром Бекетовым. Два казака из этого отряда — Орефий Шипицын и Иван Распута — поднялись вверх по течению реки и нашли очень хорошие земли.

Чем же были замечательны эти места? Прежде всего тут сходились плодородные поймы рек Ангары, Уды и Еловки. Земли под пашню и заливных лугов было вдоволь. От ветров с севера они защищены были Ефимовской горой, с востока — Красной горой, с юго-запада — Подкаменской горой, и с западной стороны — хребтами.

Возникновение села начиналось от устья реки Уды (по-бурятски — вода). Первые поселенцы строили дома и заимки по старой сибирской технологии — без гвоздей, используя преимущественно лиственницу. Это были пришедшие с отрядом казаков Литвиновы, Лбовы, Молоковы, стрельцы — Толстоуховы и Перетолчины. Они занимались охотой и рыбной ловлей, держали скотину и немного сеяли ярицу.

Так как большой Московский тракт еще не был освоен, то в первое столетие своего существования Усть-Уда стала перевалочным пунктом, через который по Ангаре шло движение людей и товаров на Иркутск, Байкал и дальше. Центральная часть поселения называлась Базаром. Главная улица располагалась вдоль Уды, через которую построили мост. Вскоре возникли другие улицы, названные по-местному — Зарекой, Замостом, Заболотом. Заимки, Петухово, Поеловка и Молоково. Они разрослись, и все это вместе составило Усть-Уду.

Усть-Уда постепенно расширяла свои границы. Через нее, как транзитный пункт на Ангаре, проходило немало народу. Некоторые из пришлых оседали. Особенно земледельцы. Урожаи пшеницы для того времени были хорошими, рожь поднималась в человеческий рост, заливные луга и многочисленные ангарские острова, расположенные рядом с селом, представляли собой отличные сенокосные угодья.

На реке Еловке крутили жернова пять мельниц. На Уде их было еще больше. В ее излучине около Сухого ручья стояла даже двухэтажная мельница. На промысловую охоту за особо ценным черным соболем устьудинцы, вооруженные кремневыми ружьями и дробовиками, отправлялись на реку Илим.

В 1816 году в Усть-Уде построили белокаменную Богоявленскую церковь.

Стояла она на самом лобном месте села, и ее пять куполов были видны за десятки километров.

В 1934 году Богоявленскую церковь взорвали. От нее ничего не осталось, кроме нескольких метрических книг, в которых можно обнаружить записи, указывающие на то, что часть жителей села имела темное прошлое, была сослана в Усть-Уду на поселение или попала сюда по политическим статьям. Поэтому первыми госучреждениями, которые возникли в поселке, стали полиция и жандармерия. Здания, в которых размещались правоохранительные службы, не сохранились, а вот дом казачьего атамана в свое время был перевезен в новую Усть-Уду.

Поляк Петровский открыл в Усть-Уде первый кондитерский магазин. Вслед за ним появились в поселке магазины Остермана и Кильштока. Чтобы не отстать от конкурентов, купец Очередин перестроил свою лавку-лабаз в более приличное заведение торговли. Местный купец 2-й гильдии Михеев развернулся еще шире и помимо привычных товаров стал завозить так называемые колониальные — из Китая и Индии.

Ко второму веку существования Усть-Уды там начала появляться малая промышленность. Все тот же купец Михеев привез локомобиль, и после этого каждый день на весь поселок разносился пронзительный паровозный гудок. В топку паросиловой установки подбрасывали березовые чурки, и она крутила пилораму. Три брата Лбовых открыли столярный цех, там они мастерили диваны, стулья и, выражаясь современным языком, мебельные гарнитуры.

В 1957 году на собрании в райисполкоме впервые услышали, что поселок и ряд других деревень района попадают в зону затопления Братской ГЭС, многие не поверили. Но на следующий год в Усть-Уде начались мероприятия по подготовке к переселению на новое место. Сперва сломали коровник, затем двухэтажное здание райисполкома. Точно такая же участь постигла библиотеку, больницу, детские ясли, магазины и Дом культуры. Летом разобрали школу, где учился Валентин Распутин, и перевели ее в деревню Юголок, она и по сей день стоит там.

В 1959 году устьудинцы узнали, где будет располагаться новый поселок. Окончательно вопрос решили на собрании старейшин и представителей местной власти при участии начальника Ленинградской проектно-строительной экспедиции Николая Коливца. Место выбрали на 43 километра ближе к Иркутску.

Для стариков переселение обернулось настоящей трагедией. Некоторые не выдерживали и умирали, умоляя перед смертью похоронить их в родной земле.

Тем временем вступала в строй Братская ГЭС, и стремительная Ангара стала превращаться в водохранилище.

Вода поглощала берега пядь за пядью. Плодородная и сенокосная пойма реки постепенно уходила на дно. Степан Фирсович Распута до самого конца не верил, что ему придется бросить свой дом, построенный из толстенных лиственничных бревен, — то место, где почти три века назад поселился основатель рода Распуты. С землей предков он простился, лишь когда вода на подворье стала ему по колено.

На пересечении центральных улиц, Преловской и Кооперативной, в старой Усть-Уде находилась братская могила борцов революции, а рядом — И.Толстоухова, первого помощника коменданта Берлина генерала Берзарина. Эти могилы подготовили к переносу на новое место. Попытались перенести и кладбище. Перед этим специальная бригада очистила его — так полагалось: спилила кресты, деревянные оградки и тумбочки, потом все это сожгли, а место заровняли бульдозером.

К осени 1962 года деревенские улицы превратились в еле заметные, зарастающие лебедой и крапивой тропинки. За зарослями бурьяна тянулись пепелища. Над некоторыми из них длительное время вился сизый дымок. Постройки сгорели, а глиняные печки остались.

В этот год сгорел красивый деревянный мост через реку Уду, построенной деревенскими умельцами еще до войны. Он считался местной достопримечательностью. Последний свидетель его гибели, Василий Погадаев, рассказывал, что по старой привычке приехал на ЗИС-5 рыбачить. Перебрался по мосту на правый берег Уды и заглушил мотор грузовика недалеко от устья реки. Не успел разобрать рыболовные снасти, как заметил взметнувшееся пламя огня в пролете моста. Огонь, раздуваемый ветром, быстро набирал силу, охватил ажурные перила и пошел полыхать вверх по каркасу. Василий завел машину и помчался к мосту. Он успел проскочить по нему на левый берег реки сквозь бушующее пламя.

Василий не скрывал, что в тот момент у него навернулись слезы. Ждать пришлось недолго, все мгновенно рухнуло в воду реки. Люди не сомневались в том, что мост кто-то поджог, но кто — до сих пор не известно.

А потом устьудинцам пришло время навсегда прощаться с милыми с детства уголками своей малой родины. Утонули острова, стоявшие напротив поселка: Балалайка, Наратай, Конный, Сенный и Большой. Ушли под воду Широбоковские урочища и хребты Абалакино и Абалакинский спуск, Красная гора. Залило Чапаевские поля, Забор-Камень и мыс Голый Лоб. Исчезли на дне водохранилища прибрежные распадки Топчиловик, Торгонино и Услон. Пропали ручьи Мишкин, Сухой и Майоровский. Не стало больше обжитых хлебных мест, где сотни лет жили и умирали отцы, деды и прадеды.

Взрывные работы у старого моста
Взрывные работы у старого моста
Рабочие колхоза имени Чапаева в хорошем настроении — к ним приехал фотограф
Рабочие колхоза имени Чапаева в хорошем настроении — к ним приехал фотограф
Павел Степанович Москалев у комбайна «Сталинец»
Павел Степанович Москалев у комбайна «Сталинец»
Улица Поеловская. Сейчас на этом месте толща воды в 43 метра
Улица Поеловская. Сейчас на этом месте толща воды в 43 метра
Загрузка...