Уроки прошлого

О быте жителей Приангарья XIX—XX веков расскажут школьникам в ремесленном подворье Иркутского областного Дома народного творчества 

Выставку «Традиционная культура русских старожилов Иркутской области» готовили специально для этнографических уроков. Часть экспонатов взяли из фондов музея, остальные предоставила из личной коллекции ведущий специалист Дома народного творчества по фольклору и этнографии Лидия Мельникова. Каждая вещь не просто экспонат, а маяк, который ведет нас в те далекие годы. Лидия Михайловна углубляется в историю, рассказывает о жизни людей и о том, как предметы появлялись в ее руках, поскольку многие привезла сама из экспедиции в дальние уголки Иркутской области. Первый урок истории в подворье провели для журналистов 26 января.

Челдоны и северяне 

Наших предков историки называют челдонами, что буквально можно расшифровать как «человек с Дона». Казаки из этой местности исследовали и присоединили Сибирь к Российской империи, они стали завоевателями и первыми европейскими поселенцами в Прибайкалье. Это были свободные люди, но стоит поменять всего одну букву (чалдоны) — и слово приобретет юмористический оттенок по названию реки Чалый. Людьми с реки Чалый называли каторжан, изгнанников, но тоже «вольных людей». У нас в Приангарье любой человек становился вольным, жил свободно, работал для себя, и трудолюбивые скоро наживали крепкое хозяйство, обзаводились многочисленной семьей, роднились с местными жителями.

Они создали особую культуру, которая для нового поколения так же необычна, как быт пещерных людей. Зачем нужна сетка на лице, как из шерсти получается нить и почему раньше хозяйки не выбрасывали старые рубашки — все это школьники могут узнать в ремесленном подворье.

Особенность уроков в том, что об экспонатах рассказывают не сотрудники музея, которые знают их лишь по описанию, а  Лидия Мельникова, она сама собирала старинные вещи и записывала рассказы тех, кто ими пользовался. Как говорит Лидия Михайловна, бабушка может не вспомнить, что она делала вчера, но обязательно расскажет о своем детстве, о молодости в деревне.

В начале урока мастерица берет в руки прялку: нить символизирует линию жизни, начало и конец. Этот ткацкий инструмент был в каждой избе, без него семья осталась бы голой в прямом смысле слова. У Лидии Михайловны так называемая корневая прялка, которую вырезали из цельного куска дерева, загнутого вниз: донце делалось из корня, сама прялка — из ствола. Экземпляр, который сейчас в подворье, достался Лидии Мельниковой от бабушки, которая учила ее прясть, — вещи тогда служили веками.

Прялки привезли в Приангарье женщины с Русского Севера, позже мужчины стали вырезать подобные на месте.

История в носках 

Можно было обойтись и без прялки — в коллекции есть вязаные вещи, но не из нити, а из шерсти. Такой способ называется «по-бурятски», выполняется вязка крючком, полотно плотное и мягкое.

 — Когда я надела этот носок, мне показалось, будто меня мама обнимает — такой он нежный и мягкий. А прядение делает нить грубее, — показывает Лидия Михайловна изделие из белой шерсти. — В процессе носки скатывались, и получались как бы валеночки, повторявшие форму ноги. Если они вдруг рвались, то заплатку не ставили, а просто приваливали к дырке еще шерсти.

Так русские традиции смешивались с бурятскими, вязание крючком — с валянием: местные условия диктовали моду и образ жизни. Один из самых удивительных экспонатов своей коллекции Лидия Михайловна купила в деревне Червянке Чунского района. Это крипотки — носки из конского волоса, грубые, жесткие и колючие. Крипотки надевали поверх других шерстяных носков, без них не могли обойтись охотники Приангарья. Эффект, который дает конский волос, сейчас повторяют самые супермодные зимние ткани: носки из гривы совсем не пропускают влагу, но при этом «дышат» и выводят влагу наружу, если нога вспотеет. В них можно провалиться в воду, а потом просто отряхнуться и пойти дальше.

Кстати, работать с конским волосом было непросто — материал тугой, плохо скручивается. Из него делали сита, сетки, а за москитку из конского волоса переселенцы могли отдать дорогой расшитый рушник — традиционное белое полотенце, настолько сложно было овладеть мастерством.

Лидию Мельникову, как народного мастера, всегда интересуют техники изготовления вещей, и в каждом районе, даже в некоторых отдельных деревнях Приангарья свои неповторимые способы. Как рассказала сотрудница Дома творчества, узоры для варежек и носков — «огороды» или «заборы», например, принадлежат Казачинско-Ленскому району, а «валяные» носки вяжут только в Ольхонском районе.

Собрать по лоскуткам 

 — Меньше всего из предметов старины сохранилось одежды, а почему? — задала вопрос слушателям Лидия Михайловна. — Потому что ничего не выбрасывали, все шло в дело. Старые юбки, рубахи шли на коврики из дранки.

Несколько ковров развешано по стенам Дома ремесел: традиционные, сотканные на станке, полосатые, с геометрическим узором, знакомые с детства, круглые, связанные крючком бабушкины коврики...

— Все это когда-то было одеждой. Потом, когда полы в домах начали красить и пошла мода на ковровые дорожки, ее разодрали на полоски и пустили в дело, — отметила рассказчица. — Разобрав такой ковер, мы сможем понять, из каких тканей шили одежду век назад.

Удалось добыть и совершенно эксклюзивный ковер — такого больше нет, скорее всего, нигде в России. Он сделан в технике полутканья, здесь не используется ни одного дополнительного инструмента — ни крючка, ни спиц. Сделали его мастерицы из Усть-Удинского района.

Лидия Мельникова побывала в 14 экспедициях. Больше всего она любит ездить в северные районы, куда новшества цивилизации доходят медленнее, а потому традиции сохраняются лучше. Местным хозяйкам было удивительно, что кому-то интересны столь обыкновенные, обыденные моменты их жизни, а этнограф никогда не ездила с пустыми руками — всегда привозила гостинцы, большую коробку чая.

Но кризис добрался и до музеев: экспедиции теперь непозволительная роскошь, их временно не финансируют. Когда снова можно будет отправиться в путешествие — неизвестно, но каждый год промедления фатален: вещи теряются, разрушаются, носители знаний уходят из жизни.

К счастью, сейчас интерес к культуре и истории родной земли возникает и на местах: районные учителя, библиотекари стараются собрать ценные сведения о жизни предков, сохранить и передать их потомкам вместе с вещами, собранными в музеях или исторических уголках. На них и вся надежда.