Трубы унесло, крыша на очереди

Капитальный ремонт испортил жизнь жителям усольского поселка 

Бывшие военные поселки — те, откуда ушли части, оставив после себя жилой фонд и пенсионеров, — как правило, оказываются в положении сложном. Их общая черта — заброшенность. Люди растеряны после отбытия военных, а когда приходят в себя, то оказывается, что кругом наступила вдруг такая разруха, о которой они не могли и помыслить. Жители поселка 506 Усольского района — три пятиэтажки, по четыре подъезда каждая — как раз в таком положении. Очередным свидетельством того, что они никому не нужны, стал капитальный ремонт двух домов поселка: он был сделан настолько спустя рукава, будто жителей в 506-м больше нет. 

Белореченский, 1, 2, 3

— На самом деле мы уже не 506-й поселок, а поселок Белореченский, дома № 1, 2 и 3. Только глава муниципального образования делает вид, что нас нет, — возмущаются жители.

В понедельник они собрались на сход, пригласили прессу. Последней каплей стал капитальный ремонт, за который с населения активно собирают взносы: крыши на двух пятиэтажках ремонтировали двое гастарбайтеров, которые не смогли даже водосточные трубы закрепить — их унесло первым же ветром.

Дома № 1, 2, 3 находятся в паре километров от поселка. Не так давно здесь стоял 63-й топогеодезический отряд Минобороны, подразделение со славной 90-летней историей. Его топографы проводили демаркацию границ с Китаем и Монголией, работали на Крайнем Севере и на Дальнем Востоке. Секретный поселок имел название объект 506, или почта Усолье-Сибирское-17. Когда началась реформа Минобороны, топографы отбыли в Звенигород. Остались штатские, обслуживавшие социальные объекты части и военные пенсионеры, получившие здесь квартиру. Городок, состоящий из пяти жилых домов, передали на попечение Белореченского МО.

— Городок был загляденье! Белореченские любоваться им приезжали. Были здесь клуб, танцплощадка, отличное кафе, — вспоминает пенсионер, гвардии старший прапорщик Евгений Волков.

— Мы сами все делали: дерн клали, тополя высаживали, — подхватывает соседка.

Женщины в основном работали на объектах соцкультбыта, в офицерском клубе, детском саду.

— А в 2012 году нас уволили — и в один день все сразу бросили. Дети стали бить окна в покинутом детском саду, а потом приехали «специалисты» и срезали металл. Это был лучший садик в округе, в него белореченских детей возили, — рассказывает Лариса Анатольевна.

27 лет она отработала в детском учреждении на 75 мест, носившем бодрое название «Винни-Пух». Куда они только не писали, даже «славянке» Васильевой (бывший начальник департамента имущественных отношений Минобороны РФ Евгения Васильева, в ведении которой находилась УК «Славянка», обслуживающая жилой фонд Минобороны).

«Мы же не знали, что она такая!» — возмущаются жители городка, вспоминая последующий арест Васильевой и море скандалов, связанных с ее именем.

Администрация «Белореченского» приняла дома на условии, что и земля — 87 гектаров — будет передана в собственность. Вместе с землей Белореченскому в общей сложности передали 36 объектов, в том числе детский сад, санчасть, узел связи, типографию, авторемонтные и токарные мастерские, гаражи, узел связи, столовую, астрономо-геодезический полигон. Плюс к этому 12 км асфальтированных дорог.

Передан без жильцов?

— Когда Белореченский стал хозяином здесь, нам заявили: «Городок передан нам без жильцов». Была такая ругань! Всех обещали выселить! — рассказывает один из местных жителей.

Когда-то командир части не допускал, чтобы квартиры стояли бесхозными, разумно полагая, что пустое жилье неминуемо разграбят, как это произошло в поселке Среднем. А когда пришли гражданские власти, то оказалось, что не у всех есть документы на жилье, и людей попросили освободить квартиры.

Жители 506-го видят ситуацию в несколько ином свете.

— Мы были брошены, с нами договоры не хотели заключать. Администрация сначала ни в какую договор соцнайма не давала. Кто-то договор этот так и не получил. На наши претензии отвечают так: «Подавайте в суд».

Однако же жители прекрасно понимают, что такое суд. В первую очередь это немалые деньги на юристов, а также время, которое потребует процесс. А им, простым людям, надо семью кормить, у них в семейном штате юристов нет.

— А в освободившиеся квартиры, знаете, кого переселяли? Определенный контингент. В Белореченском есть общежитие, там живут те, кто за квартиру не платил, и так далее… Их сюда, подальше от поселка, и сослали.

Жители вынужденно рассматривают свой поселок как ссылку. Они очень обижены на гражданские власти.

— Вот как вы, например, объясните то, что администрация заасфальтировала дорогу, которая ведет к бывшим военным объектам? Там сделали какой-то полигон, развлечение для богатеньких, а починить дорогу, ведущую к жилым домам, и не подумали. Им до нас нет дела!

Детский сад, в который еще четыре года назад, при военных, возили белореченских ребятишек, превратился в развалины под названием «Винни-Пух»: потекла крыша и сгнили полы. В плачевном состоянии офицерский клуб — там поработали зловредные расхитители брошенного имущества и просто вандалы. В зрительном зале офицерского клуба пол усеян зелеными сиденьями — металлические части зрительских кресел воры отпилили и сдали на металлолом. А панно на фасаде здания, собранное солдатами из разбитой посуды, испортили просто так, ради развлечения. Не работает бассейн, который жители поселка собственноручно копали для своих детей. От магазина остался закуточек с самым необходимым.

Еще одна головная боль — подсобные хозяйства.

— Нам командир части дал добро, чтобы занять участки земли под дачи. Сейчас хотим все узаконить, организовать официальное садоводство — пенсионерам без подсобного хозяйства не прожить. А в администрации нас отпинывают. Мы оказались в какой-то бюрократической воронке, — делится несбывшимися надеждами житель 506-го Владимир Павлович, бывший сотрудник полиции.

Конечно, невозможно во всем обвинить новую администрацию. Вопросы собственности с военным министерством, как показывает практика, решать зачастую трудно. К примеру, офицерский клуб администрации поселка так и не передали.

В квартирах идет дождь

Но главной обидой для квартирантов бывшей военной части стал капремонт. То есть то, что власти попытались выдать за капитальный ремонт. В двух домах год назад начали ремонтировать крышу. Третий дом ждал ремонта в 1—2-м кварталах этого года, но так и не дождался. А первые два дома, говорят жители, уж лучше бы вообще не ремонтировали — они с трудом пережили ненастные дни с такой-то новой крышей.

По результатам ремонта, сделанного силами «бригады» из двух гастарбайтеров, жители подали жалобу в администрацию. Комиссия, выехавшая на место, сделала заключение, где есть, например, такой убедительный момент: «При сильном порыве ветра есть вероятность того, что крыша упадет». Работяги новое шиферное покрытие уложили на старые гнилые балки 1977 года производства — об этом написано на самих балках. Так что жителям приходится подпирать крышу, чтобы она не рухнула.

Шифер уложен стык в стык, сквозь щели просвечивает синее небо, а когда идет дождь, то верхние этажи топит дождевой водой, смешанной с птичьим пометом. Водосточные трубы, прилепленные косо и криво, частично сдул первый же ветер.

И так далее. При этом на ремонт крыш, согласно смете, ушла весьма значительная сумма: 1 млн 700 тысяч рублей на одну и более 1 млн рублей — на другую. Акт приема работ был подписан. Вопрос: а действительно ли эти деньги ушли на ремонт крыш?

Недочетов в ремонте множество. Их видно невооруженным глазом. Но доделывать работу, как говорят жители, подрядчик — иркутская фирма ООО «ЭнергоСтрой +» — не торопится. Приватизированных квартир в домах мало. Жители полностью возлагают коммунальные чаяния на собственника — муниципалитет. Но поскольку муниципалитет тоже никуда не торопится, а скоро осень, они подключили к решению своей проблемы общественную организацию — фонд «Достояние Сибири» во главе с генеральным директором Сергеем Ганнутиным (его квартира находится в одном из пострадавших от ремонта домов), а также вызвали из Усолья председателя Иркутского регионального отделения «Движения в поддержку армии», усольского депутата Вячеслава Назарова, который призвал жителей вступить на тропу войны с теми, кто не хочет работать. А пока суть да дело, пенсионеры, жители «отремонтированных» домов, вынуждены платить работягам, чтобы те временно замазали внешние швы на домах (в квартиры попадает дождь), а жители неотремонтированного дома — наблюдать за неисправной канализаций, чтобы не затопило.