Спецкомендатура: условники и условницы

Ровно полвека в Шелехов прибыли первые заключенные

Труд заключенных использовался во все времена. В царской России из каторжан Иркутской губернии формировались специальные рабочие команды для строительства Транссибирской магистрали и работ на соляных и угольных копях. В самом Иркутске осужденные возводили дома и мостили улицы.

БАМ, Байкальск, Осетрово

Труд заключенных использовался и в последующем. В 1930—1950-х годах прошлого века осужденные построили весь Западный участок БАМа — от Тайшета до Усть-Кута. В 1960—1970-е годы в столице Приангарья силами спецконтингента возведен целый ряд крупных объектов: Ново-Иркутская ТЭЦ, пожарно-техническое училище, областная больница, завод по розливу вин.

Осужденные колоний Ангарского куста строили городское тепличное хозяйство, птицефабрику, а позднее были этапированы в Байкальск на возведение целлюлозно-бумажного комбината. Речной порт Осетрово и аэропорт в Усть-Куте также построили осужденные, а в Зиминском районе силами спецконтингента были возведены объекты Зиминского химического завода.

Производственный потенциал всей уголовно-исполнительной системы в 1970-е — начале 1980-х годов был таков, что она занимала пятое место в стране по объемам товарной продукции, уступая только оборонным отраслям.

Условно-досрочно

В Шелехове самые первые осужденные, привлеченные в массовом порядке на объекты народного хозяйства, появились в середине 1960-х годов. Для этого создали спецкомендатуру. На попечении ее сотрудников находились осужденные, которых освободили условно-досрочно с обязательным привлечением к труду.

Спецконтингент работал на ЖБИ, в строительном управлении № 5, деревообрабатывающем заводе, автобазе, а также на строительстве ИркАЗа. Всего по спискам комендатуры за год проходило до 700 осужденных, в основном жителей других регионов. Но очень многие, отбыв срок, оставались в Шелехове, женились и продолжали работать на тех же предприятиях.

Регулярно в Шелехов приходили новые этапы. Спецвагоны, прозванные в народе «столыпины», привозили по 10—20 человек. Но случалось, что осужденных доставляли в город металлургов автобусами из иркутских и ангарских колоний.

Проживал спецконтингент в пятиэтажном общежитии № 1 в шестом квартале. На первом этаже располагались административно-хозяйственные службы: дежурная часть, спецчасть, химчистка, столовая, а также ленинская комната и библиотека. Остальные четыре этажа занимали осужденные. Покидая общежитие, каждый получал в дежурной части специальную карточку — табель учета рабочего времени. До работы добирались самостоятельно. После окончания смены в табелях расписывались мастера. Возвращаясь «домой», осужденные сдавали табеля обратно в дежурную часть.

По законам зоны

В народе условников называли «химики». Повелось это с того времени, когда самых первых досрочно освобожденных направляли на строительство объектов химпрома. Позднее их стали задействовать и в других отраслях народного хозяйства, но слово «химики» так и закрепилось за всеми условниками.

В Шелехове весь спецконтингент поделили на три отряда, каждым руководил начальник — сотрудник комендатуры. Вечером проводилась поверка осужденных. После отбоя любое передвижение по общежитию считалось нарушением режима.

Так же как и в исправительной колонии, при спецкомендатуре было помещение для краткосрочных и длительных свиданий осужденных с родственниками. Однако некоторым заключенным в виде поощрения за ударный труд разрешалось снимать квартиру, где они проживали вместе с семьями.

Кровью и потом

Штат спецкомендатуры был небольшой: начальник, два заместителя, три начальника отрядов, сотрудники дежурной части, два работника спецчасти, секретарь, два инспектора уголовного розыска. По воспоминаниям офицеров, их подопечных не отделяли от остальных работников строек, осужденные получали такую же зарплату, премии, им шел трудовой стаж, но… Нередко обнаруживалось, что тот или иной «химик» никогда в жизни и не трудился. У иных за плечами был совсем другой стаж — криминальный, включавший по 2—3 судимости. И эти «работники» под всякими предлогами пытались уклоняться от работы.

Но за прогулы без уважительной причины могли наказать рублем. Поэтому осужденные нашли вполне законный способ увиливать от работы — регулярно сдавали кровь, за что и получали выходные дни. Впрочем, большинство осужденных честно отрабатывали свой хлеб. Наряду с вольнонаемными им предоставлялись отпуска. Однако, чтобы покинуть Шелехов, требовалось разрешение. Существовали и нюансы с зарплатой: на руки многие получали меньше заработанного, поскольку у них шли выплаты по судебным искам.

Женский вопрос

Работали заключенные и на лесозаготовках. В середине 1960-х годов около ста человек были этапированы в Большой Луг для работы на лесоучастках местного ЛПХ. И в первые же дни случилось ЧП: осужденные устроили драку, перед тем приняв на грудь. Разбираться направили сотрудников Шелеховского ГОВД. На месте выяснилось: в конфликт оказались втянутыми и местные женщины. Среди «химиков», еще вчера мотавших срок за колючкой, возникла конкуренция в борьбе за право на общение с женским полом. Употребив спиртное и почувствовав себя героями, они стали разбираться друг с другом.

Массовая драка не на шутку перепугала население. Кое-кто из местных охотников, сбегав домой за ружьем, готов был устроить пришлым самый настоящий бой. Но кровопролития удалось избежать. Всех осужденных в спешном порядке развезли по лесозаготовительным участкам — в поселки Добат, Ола, Половина. Однако 18 заключенных, узнав, что в Большой Луг едет милиция, кинулись в бега. Их объявили в розыск и впоследствии вылавливали по всему Приангарью.

«Привезли таких отморозков…»

В начале 70-х годов начальником Шелеховской спецкомендатуры был назначен Владимир Анатольевич Сивохин. Он вспоминает, что его подопечные отбывали наказание по самым разным статьям — за убийства, грабежи, кражи. Но, даже отбывая наказание, некоторые осужденные не свернули с криминальной дорожки.

Однажды в Иркутске произошла серия изнасилований. Со слов потерпевших составили фоторобот. И вскоре вышли на маньяка, который оказался условно освобожденным и отбывавшим на тот момент срок в Шелеховской спецкомендатуре. Днем он исправно трудился на одном из городских объектов, а свои преступления совершал по ночам, выбираясь на улицу из общежития через окно.

Был и такой случай. В районе 7-го квартала под утро нашли труп девушки. Экспертиза показала, что перед убийством девушку изнасиловали. В ходе последующего расследования выяснилось, что накануне жертва встречалась с кем-то из условников. А за несколько дней до этого ЧП в Шелехов прибыл очередной этап заключенных из западных регионов страны. Ветераны спецкомендатуры до сих пор вспоминают о том этапе: «Привезли таких отморозков…»

В те же дни из общежития спецкомендатуры участились ночные побеги осужденных. Если со второго этажа просто спрыгивали, то с третьего спускались на связанных простынях. Бороться с самоволками стали самым радикальным способом: нарушителей возвращали туда, откуда они прибыли по этапу, — за колючую проволоку.

Иногда условники устраивали и между собой разборки. В одном из подъездов хрущевки в центре Шелехова однажды натолкнулись на труп мужчины с многочисленными кровоподтеками. Погибший оказался осужденным, которого накануне жестоко избили в общежитии спецкомендатуры другие заключенные. Выйдя на свежий воздух, он зашел в ближайший подъезд, где и скончался.

Спецконтингент в юбках

В 1969 году в Шелехов из колоний поселков Бозой и Плишкино привезли больше ста условно освобожденных женщин. Их общежитие находилось в 7-м квартале. Работали они на городских объектах малярами, штукатурами, техничками. Однако вскоре на женщин-осужденных посыпались жалобы от жителей 7-го квартала — по вечерам в районе женского общежития стало опасно ходить: под окнами собирались «химики», все время кого-нибудь выкрикивали, отпускали сальные шутки. Иногда между «кавалерами» возникали потасовки. Обеспокоенное население квартала обратилось в горисполком, который принял решение переселить женщин-осужденных на одну из городских окраин. А в здание их бывшего общежития в 7-м квартале переехал отдел милиции.

Среди условно освобожденных женщин были нарушительницы, которых так же, как мужчин, отправляли обратно на зону. Одна из них, вернувшись в колонию, вскоре родила и в графе «Отец» записала фамилию одного из шелеховских… милиционеров.

Так или иначе, но спецконтингент в юбках оказался миной замедленного действия. Пошли пересуды, что от условниц в городе одни проблемы. Поэтому через пару лет женское отделение спецкомендатуры закрыли.

На свободу — с чистой совестью

Следует отметить, что большинство заключенных твердо вставали на путь исправления. По словам Владимира Сивохина, многие из его подопечных впоследствии стали знаменитыми бригадирами, прорабами, заслуженными работниками. Сейчас они уважаемые в Шелехове люди и свое криминальное прошлое стараются не афишировать.

Сколько же всего условно освобожденных работало в городе металлургов? Спецкомендатура просуществовала до 1989 года. И если ежегодно по ее учетам проходило до 700 человек, то получается, что за четверть века на стройках Шелехова трудилось не менее 17 500 осужденных — фактически половина всех горожан (в 1975 году в Шелехове проживало 36 000 человек).

Ветераны МВД, под чьим контролем находились условники, подчеркивают большой вклад своих подопечных в развитие экономики Шелехова. Нередко спецконтингент использовали на самых тяжелых работах. Следует отметить и тот факт, что Шелеховская спецкомендатура была крупнейшим пенитенциарным учреждением Иркутской области наряду с комендатурами Иркутска, Ангарска и Тулуна.

Метки: Жизнь, Шелехов

Иллюстрации: 

Личный состав спецкомендатуры. Фото 1980 года.
Личный состав спецкомендатуры. Фото 1980 года.
Здание бывшей спецкомендатуры в 6-м квартале Шелехова. Сейчас это обычный жилой дом. Новое поколение жильцов даже не догадывается, какие страсти разыгрывались здесь полвека назад. С верхних этажей регулярно спускались самодельные канаты, связанные из простыней, по которым осужденные выбирались в город в поисках приключений.
Здание бывшей спецкомендатуры в 6-м квартале Шелехова. Сейчас это обычный жилой дом. Новое поколение жильцов даже не догадывается, какие страсти разыгрывались здесь полвека назад. С верхних этажей регулярно спускались самодельные канаты, связанные из простыней, по которым осужденные выбирались в город в поисках приключений.
baikalpress_id:  108 502