Сотрудники ГИБДД, избившие до смерти водителя, получили по 3 и 6 лет колонии

Это уголовное дело вообще могло не дойти до суда, так как обвиняемыми по нему проходили два действующих сотрудника МВД.

О том, что судиться с представителями правоохранительных органов — задача не из легких, иркутянки Наталья Джубабо и Елена Левина узнали на собственном опыте. Пять лет своей жизни эти женщины положили на то, чтобы преступники, лишившие жизни их родственника, понесли заслуженное наказание.

Выглядели как бандиты

21 мая 2010 года 56-летний житель поселка Молодежного Александр Джубабо возвращался домой вместе с женой и падчерицей из Иркутска. По пути пришлось заехать на автозаправку на 12-м километре Байкальского тракта. Перед тем как снова повернуть на трассу, Александр обратил внимание на две иномарки без номеров и опознавательных знаков, которые мчались на огромной скорости со стороны Листвянки. «Смотри, что творят», — сказал он жене. Водитель первой машины, увидев автомобиль Джубабо, стал притормаживать, а второй, видимо, не справился с управлением, и его выбросило в кювет. Александр посмотрел, что случилось. Оказалось, все живы, автомобиль не пострадал. Казалось, инцидент исчерпан, Джубабо поехал дальше. Но водитель второй машины неожиданно бросился за ним в погоню и неподалеку от остановки ИСХИ перегородил дорогу. Из салона вышли два молодых человека в гражданской одежде.

— Первое впечатление было, что это бандиты, — вспоминает Наталья Джубабо. — Выглядели они очень агрессивно, глаза бешеные. Слов я не слышала, видела только, что они заломили мужу руки, натянули куртку на голову и стали избивать.

В ход пошли не только кулаки, но и ноги, обутые в берцы. Наталья Георгиевна и ее дочь позвонили в полицию. Патруль приехал, когда драка уже закончилась.

— Я была в шоке, — говорит Наталья Георгиевна, — но уже тогда удивилась, почему полицейские не стали никого задерживать, не повезли освидетельствовать на состояние алкогольного опьянения.

И еще интересный момент. Во время происшествия кругом были люди: рядом остановка, стояли таксисты — это же живые свидетели. Однако дознаватель почему-то не попытался установить личности этих людей, не опросил их.

Теперь понятно, почему: Константин Авдеев и Бато Басагадаев, те самые молодые люди, напавшие на водителя, сами являлись сотрудниками ГУ МВД ГИБДД Иркутского района. В тот день они возвращались с шашлыков. По их версии, Джубабо сам нарушил правила дорожной безопасности, а потом еще и полез драться. Они лишь отбивались.

Коллеги отреагировали на инцидент более чем лояльно. Всех участников драки просто отпустили по домам, сказав, чтобы утром приехали в ОМВД России по Иркутскому району.

Виновники стали свидетелями

У каждого человека свой резерв сил. Александр Джубабо был физически крепким мужчиной и последствия от побоев почувствовал не сразу. С огромным трудом супруге удалось уговорить его съездить в травмпункт. От госпитализации он категорически отказался. Думал, ничего страшного, само пройдет.

— Потом он стал жаловаться, что очень сильно болит голова, — рассказывает Наталья Георгиевна, — стали путаться мысли. А 28 мая Саша потерял сознание.

В коматозном состоянии мужчину увезли в 3-ю Кировскую больницу с диагнозом «закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга тяжелой степени». Нейрохирурги сделали несколько операций, но состояние неумолимо ухудшалось.

— 31-го его увезли в реанимацию, и больше мы его живым не видели, — Наталья Джубабо — очень выдержанный человек, но при этих словах ее голос начинает дрожать. — Все случилось внезапно, я даже не успела осознать до конца.

Через некоторое время Наталью Георгиевну вызвали в морг для следственного эксперимента. Следователю нужны были понятые, и он попытался обратиться к прохожим на улице. Две женщины сразу отказались, объяснив, что их дети пострадали от рук полицейских. И в этот момент Наталья Георгиевна твердо решила, что это дело нельзя оставлять безнаказанным. Да и повода сомневаться в справедливом расследовании у нее поначалу не было. Следователь Следственного комитета Иркутского района Матвеев уверял, что вина Авдеева и Басагадаева практически доказана и что они окажутся на скамье подсудимых всенепременно.

Между тем оба сотрудника ГИБДД продолжали оставаться на свободе. Чуть позже Наталья Джубабо с изумлением узнала, что они вообще проходят по делу в качестве… свидетелей.

Но это оказались только предвестники предстоящих испытаний, главные были впереди. Забегая вперед, скажу, что дело не развалилось и дошло до суда благодаря титаническим усилиям трех женщин: Натальи Георгиевны, Елены Анатольевны Левиной, сестры погибшего, и их адвоката Анастасии Зотт.

Попытки развалить дело

— Женщины обратилась ко мне в 2011 году, — рассказывает Анастасия Зотт, адвокат потерпевших, — после того как получили результаты повторной комиссионной экспертизы, из которой следовало, что Джубабо умер в результате «неизвестной этимологии», а ребра переломаны из-за реанимационных действий.

История с экспертизой заслуживает отдельного рассказа. Всего их было несколько, и все они четко связывали смерть Джубабо с черепно-мозговой травмой, полученной от удара твердым предметом. Однако незадолго до увольнения из органов следователь назначил комиссионную экспертизу в другом составе. Выводы этой комиссии практически перечеркивали все предыдущие исследования. Получалось, что Джубабо умер вовсе не потому, что ему проломили голову, а потому что у него была аневризма. Так уж совпало.

Все это могло означать только одно: кто-то заинтересован, чтобы потерпевшие отступились, махнули рукой, ведь все равно ничего не докажешь.

— Дело было принципиальным, — говорит адвокат, — и надо было действовать решительно, иначе виновники вообще могли уйти от ответственности. Поэтому мы сразу же потребовали назначить еще одну экспертизу, на этот раз в Российском центре судебно-медицинской экспертизы в Москве.

Однако дело почему-то было отправлено не в Москву, а в Новосибирское областное бюро судебно-медицинской экспертизы. Потерпевшим об этом сообщили уже постфактум. Наталья Георгиевна неоднократно пыталась выяснить, как двигается экспертиза, но безуспешно. Сотрудники СК просто игнорировали ее просьбы, а иногда и вовсе закрывали дверь перед носом несчастной женщины. Мол, не мешайте, гражданка, работать.

— Затем мне стало известно, что производство по уголовному делу вообще каким-то образом было приостановлено, — продолжает Анастасия Зотт, — а когда я позвонила в Новосибирск, мне сообщили, что экспертиза до сих пор не проводилась, так как не была произведена оплата. То есть целый год дело лежало без движения.

Почему и зачем — догадаться нетрудно. Обычно так и происходит, когда расследование спускается на тормозах, в надежде, что потерпевшие устанут бороться. Но здесь явно был не тот случай. Анастасия Зотт написала жалобу на имя нового начальника Следственного комитета Юрия Дина, и дело оперативно вернулось в Иркутск. Был назначен новый следователь, который сразу же вынес постановление о назначении экспертизы в Москве.

Спустя год из столицы пришло заключение, в котором четко и недвусмысленно подтвердились выводы первых экспертиз: смерть Александра Джубабо наступила в результате черепно-мозговой травмы, полученной 21 мая 2010 года.
Носил погоны до упора

В начале 2014 года материалы уголовного дела были направлены в Иркутский районный суд. Интересно, что Константин Авдеев до самого последнего момента продолжал работать в органах правопорядка. После возбуждения уголовного дела оба сотрудника ГИБДД были уволены из органов, но практически сразу восстановились по решению суда. Позже Басагадаев тихо уволился «по собственному желанию», а Авдеев так и продолжал гордо носить погоны.

Кстати, Басагадаев первым понял тщетность попыток уйти от наказания.

— Было видно, что он чувствовал себя виноватым, ему было стыдно, — вспоминает Наталья Джубабо. — На суд приходили его родные, просили прощения, предлагали загладить вину. А Авдеев не признал своей вины до самого конца. Последние его слова были: «На вас, Наталья Георгиевна, я зла не держу».

Авдеев — вообще особая статья. На протяжении всего процесса он вел себя вызывающе дерзко, заявляя, что дело против него сфабриковано и сфальсифицировано. Анастасия Зотт показывает толстую пачку документов:

— Вот это все — апелляционные жалобы Авдеева. Он пытался опровергать доказательства, затянуть рассмотрение бесчисленными ходатайствами, требовал отправить дело на дополнительное расследование, обвинял следователей, что они вклеивают в дело какие-то дополнительные листы.

Константина Авдеева заключили под стражу только после жалобы бывшего следователя Матвеева на угрозы в его адрес. Как оказалось, Авдеев требовал от него дать в суде «нужные» показания, иначе у его жены и ребенка возникнут неприятности, да и квартира может ненароком сгореть.

В октябре прошлого года Иркутский районный суд вынес приговор. Бывших сотрудников ГИБДД Иркутского района признали виновными по части 4 статьи 111 УК РФ «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть человека». Суд приговорил обоих к реальным срокам заключения: Авдееву дали шесть лет, Басагадаеву — три года колонии строгого режима. 24 февраля состоялось заседание судебной коллегии Иркутского областного суда, которая полностью подтвердила предыдущий вердикт. Оснований для отмены или смягчения приговора нет — так сказано в апелляционном определении судебной коллегии по уголовным делам. Решение вступило в законную силу.

Почему их не уволили

На вопрос «Почему обвиняемые в тяжком преступлении Басагадаев и Авдеев продолжали работать в МВД?» «Пятнице» ответил начальник службы собственной безопасности ГУ МВД России по Иркутской области Александр Полежаев:

— В 2011 году при переназначении на должность Авдеев и Басагадаев не были рекомендованы к дальнейшей службе в органах и уволены. Но они обратились в суд с требованием восстановить их на работе, и судья принял решение его удовлетворить. Если бы они не обратились в суд, безусловно, они бы у нас не работали. Правда, Басагадаев потом уволился сам, а Авдеева мы смогли уволить только после приговора суда, признавшего его виновным. Таков закон. Виновным в совершении преступления человека может признать только суд, и пока решения нет, уволить его очень проблематично. Вплоть до вступления приговора в законную силу. Раскрытие этого преступления стало возможным в результате взаимодействия следственных органов СК и службы собственной безопасности главка. Чтобы изобличить в своих рядах предполагаемого преступника, потребовалось немало времени и усилий, тем не менее все доказательства вины были собраны.

Государевы люди

В заключение придется еще раз вернуться к теме реформирования органов МВД. Авдеев и Басагадаев в свое время были признаны годными для службы. Понятно, что сотрудники ГИБДД тоже люди, а людям свойственно ошибаться. Но где та грань, которая отделяет ошибку от преступного умысла? Начальники и коллеги, как следует из материалов уголовного дела, знали, что Авдеев — человек неуравновешенный. Непосредственный начальник характеризовал его как дерзкого, агрессивного и напористого. Имеются также результаты опроса на детекторе лжи, во время которого Авдеев подтвердил, что употреблял продукты переработки конопли, а также садился за руль в состоянии алкогольного опьянения. Басагадаев характеризовался как человек безынициативный, поддающийся влиянию, словом — идущий на поводу. Все это с трудом укладывается в голове. Как при таких характеристиках их держали в органах? Неизбежно встает вопрос об ответственности тех, кто принимает людей на службу в МВД, оказывает им доверие. Если бы Авдеева и его подельника своевременно отстранили от службы, возможно, они не рискнули бы пускать в ход кулаки и берцы.

Таким был Александр Джубабо. Жил, работал, мечтал построить дом для семьи.  Ни минуты не мог сидеть без дела. И в один день все оборвалось, так жестоко, страшно и нелепо. Двое молодых мужиков на одного. Позже выяснилось, что  Авдеев занимался рукопашным боем, его фотография даже висела в ОМВД на доске «Спортивные достижения». То есть бить он умел
Таким был Александр Джубабо. Жил, работал, мечтал построить дом для семьи. Ни минуты не мог сидеть без дела. И в один день все оборвалось, так жестоко, страшно и нелепо. Двое молодых мужиков на одного. Позже выяснилось, что Авдеев занимался рукопашным боем, его фотография даже висела в ОМВД на доске «Спортивные достижения». То есть бить он умел
Потерпевшие — вдова Наталья Джубабо (слева) и Елена Левина, родная сестра Александра. Две женщины держали ход расследования дела под постоянным контролем. Вникали во все тонкости, ходили по очереди в суд. А иначе, наверное,  в наше время невозможно. Иначе дело могло утонуть в бесполезной волоките или лечь под сукно. По словам Натальи Георгиевны, был момент, когда она была близка к отчаянию — после экспертизы, в которой говорилось, что якобы ее муж сам нанес смертельные травмы. «Видимо, они думали, что мы остановимся. Да и все знакомые говорили, мол, зря вы связались, ничего у вас не получится»
Потерпевшие — вдова Наталья Джубабо (слева) и Елена Левина, родная сестра Александра. Две женщины держали ход расследования дела под постоянным контролем. Вникали во все тонкости, ходили по очереди в суд. А иначе, наверное, в наше время невозможно. Иначе дело могло утонуть в бесполезной волоките или лечь под сукно. По словам Натальи Георгиевны, был момент, когда она была близка к отчаянию — после экспертизы, в которой говорилось, что якобы ее муж сам нанес смертельные травмы. «Видимо, они думали, что мы остановимся. Да и все знакомые говорили, мол, зря вы связались, ничего у вас не получится»
Эту фотографию сделала Юлия, дочь Натальи Джубабо, на камеру мобильного телефона. Качество неважное, но ее ценность в том, что она сделана на месте происшествия сразу после драки. Вверху стоит Бато Басагадаев, внизу говорит по телефону Константин Авдеев. Эти люди служили в ГИБДД, девиз которой — «Уважение. Профессионализм. Безопасность»
Эту фотографию сделала Юлия, дочь Натальи Джубабо, на камеру мобильного телефона. Качество неважное, но ее ценность в том, что она сделана на месте происшествия сразу после драки. Вверху стоит Бато Басагадаев, внизу говорит по телефону Константин Авдеев. Эти люди служили в ГИБДД, девиз которой — «Уважение. Профессионализм. Безопасность»
Загрузка...