Как вернуть дом?

Жительница Усть-Куды доказывает, что она не продавала свое жилище

Ровно месяц назад, 8 октября, семья жительницы Усть-Куды Юлии Ивановой переехала из своего дома в маленькое зимовье, расположенное прямо за домом на территории участка. Судебные приставы аккурат перед самой зимой исполнили решение Иркутского районного суда о выселении. Хозяйка усадьбы Юлия Иванова считает, что стала жертвой мошенника, который присвоил ее дом и перепродал его. Юлия уже четыре года борется за свое единственное жилье.

«На землю»

Бухгалтер Юлия Иванова более двадцати лет прожила в Иркутске на улице Лопатина. Квартирка на двоих с сыном (Юлия — вдова) у них была маленькая, однокомнатная. И в «однушке» скоро стало тесно, сын вырос. В 2006 году женщина решила устроить свои жилищные дела.

— Мы поехали в деревню, на землю. На земле проще жить.

Сначала Юлия купила симпатичный участок с маленьким домиком за пятьсот тысяч, которые взяла в кредит. Через год, когда сын стал совершеннолетним, она продала городскую квартиру, отдала кредиты и вложила деньги в строительство. На участке выросли большой дом, баня, гараж для маленькой «Оки». «На землю» Юлия перевезла мать и отца.

В 2008 году на Юлию обрушилась куча проблем. Сын задолжал крупную сумму, сгорел гараж. Заболел и умер отец. С долгами сына Юлия кое-как рассчиталась, похоронила отца. Пока могла, занимала деньги у знакомых. Но настал момент, когда нужно было отдавать крупную сумму, а банки не хотели ее кредитовать. Пока Юлия выясняла, в чем же дело, почему ее, аккуратную заемщицу, внесли в черный список, время шло.

Хорошая знакомая предложила занять деньги под проценты у своего знакомого.

— Я подумала, что если у человека есть деньги, а мне они срочно нужны, то я займу у него и заплачу проценты за пользование. Мы встретились. Кредитор предложил мне деньги при одном условии — если на время займа я перепишу на него дом и участок.

Юлия Иванова на тот момент не знала, что этот человек по имени Анатолий Леонидович — личность известная в определенных кругах. Позже он был задержан правоохранительными органами и на данный момент выступает обвиняемым в суде по уголовному делу об убийстве и мошенничестве.

— Но в нем ничто не выдавало человека с подпорченной биографией, судимого. Про судимость я узнала позже. Больше шести лет, оказывается, отсидел человек. Я в 90-х работала бухгалтером и всяких разных людей насмотрелась, а здесь и речь правильная, и впечатление положительное. Он показался мне приличным человеком... В общем, ситуация у меня была тяжелая, и я согласилась на его условие.

Юлия и ее кредитор заключили договоры. В договоре займа было прописано, что дом и участок являются гарантом займа в 300 тысяч и на время переходят в собственность кредитора. Отдельно был заключен формальный договор купли-продажи имущества Юлии.

— Я предполагала, что договор формальный, и читать не стала. Когда я приехала в департамент, договор уже был готов — несмотря на то, что все документы находились у меня. Я только подписывала бумаги, которые мне подсовывали. Потом я прочла договор и была очень удивлена, что в договоре купли-продажи стоит вовсе не формальная цена, а целых 700 тысяч рублей.

Кредитор не хотел брать деньги

Пять месяцев Юлия отдавала кредитору по 36 тысяч рублей ежемесячно — в качестве оговоренных процентов. Потом она раздобыла 145 тысяч — немногим менее половины основного долга. Наконец, она заработала и вторую половину долга, которую хотела вручить кредитору Анатолию Леонидовичу и снова стать полновластной хозяйкой своей усадьбы. Но не тут-то было!

— Он никак не хотел со мной встречаться; говорил, что не в городе; не брал трубку. Когда наконец он позвонил, то стал спрашивать, дома я или нет. Я удивилась, конечно. Позже оказалось, что в тот день он показывал мой дом некой женщине, которой собрался его продать...

Так или иначе, Юлия договорилась встретиться с кредитором в ближайший вечер, взяла с собой подружку и на старенькой «Оке» подъехала к месту встречи. Кредитора они ждали час. Тот приехал, но денег не взял, сказал: «Встретимся завтра в департаменте».

В департамент кредитор не пришел.

— Я всполошилась. Побежала в милицию, объяснила ситуацию. Мне сказали: «Может, загулял — выходные впереди». Но человек, которому я должна была деньги, так и не объявился. Его коллеги сказали, что пол-Иркутска его ищет, всем он должен денег.

Юлию волновал ее собственный долг — а точнее, состояние ее собственности, единственного жилья. По совету риелторов она обратилась в департамент регистрации прав на недвижимость, где ей сообщили, что по данному имуществу идет переход права собственности. Юлия поняла, что она теряет дом и землю.

— Регистратор, которой я сообщила историю этого имущества, стала звонить новой собственнице. Регистратор сообщила ей: дабы остаться добросовестным приобретателем, ей нужно написать заявление о приостановлении процедуры. Но этого не произошло. Наоборот, эта женщина приехала к моей маме и попыталась выяснить, когда мы уберемся из дома. Моя пожилая мама сказала, что это наше единственное жилье, мы его не продавали и никуда уезжать не собираемся. Странно, что новая владелица сразу заняла сторону Анатолия Леонидовича, а нас письменно и устно называла нечестными, чуть ли не мошенниками. Очень похоже на то, что они заодно, — провернут аферу с домом, а деньги поделят, — считает Юлия.

Тем временем новая собственница подсуетилась с документами, оформила все бумажки. А Юлия стала бегать по судам в надежде, что такое очевидное, как ей казалось, дело быстро решится в ее пользу. Но не тут-то было!

В судебных сетях

В судах она получила три отказных решения.

— В апреле 2010 года я написала заявление в полицию о мошенническом отобрании у меня жилья. Уголовное дело было возбуждено только через год. Девять отказов я получила! Мне говорили, что нет состава преступления. Требовали подлинник договора. Но подлинника у меня не было. Уголовное дело было приостановлено. Мне сказали, что его откроют, если найдутся нужные бумаги.

...А новая владелица переоформила к этому времени все документы на себя. И решением суда в октябре 2012 года Юлия Иванова, ее сын и ее мать лишились своего жилья. Они были выписаны. В апреле 2013 года началось исполнительное производство.

Подлинник договора нашелся позднее. В это время кредитор Юлии сидел в СИЗО по подозрению в убийстве и мошеннических действиях. Сама она с сыном готовилась покинуть свой дом, разбирала вещи.

— Чистили гараж и в бумагах нашли скрученный договор. Видимо, я его туда положила и забыла о нем.

Уголовное дело было возобновлено. На дом наложили арест.

— Мой кредитор на следствии утверждает, что договоры, которые мы заключили, отдельные. Что он сначала купил мой дом с участком за семьсот тысяч, а потом еще и занял мне 300 тысяч.

Сейчас дом Юлии стоит опечатанный. Ивановым было предложено пожить в зимовье за домом — исполнительный лист пришел только на дом, а не на весь участок. Ответственным хранителем имущества была назначена женщина, которая купила дом.

Ивановы ждут окончания следствия. Юлия подала в гражданский суд на пересмотр дела по вновь открывшимся обстоятельствам — договор ведь она нашла. Она будет подавать кассации на прежние решения, которые были не в ее пользу, и будет оспаривать право ответственного хранения своего жилья. Она, что называется, выпала из профессии — последние годы занимается только тем, что изучает законы и «выхаживает» свой дом.

— Я почти четыре года доказываю, что этот дом — мой. Смотрела тут передачу, в которой говорилось о жертвах подобных мошенничеств. Оказывается, по такой схеме уже много народу обмануто, более 80 000 уголовных дел по всей России. Так почему моей семье приходится в зимовье ютиться и убеждать всех, что я никому не продавала свой дом?..

Комментарии

Нажмите "Отправить". В раcкрывшейся форме введите свое имя, нажмите "Войти". Вы представились сайту. Можете представиться через свои аккаунты в соцсетях. После этого пишите комментарий и снова жмите "Отправить" .

Система комментирования SigComments