В селении Маншута не разводятся

В Кукунутах мечтают о новом клубе и хранят память об улигершине

Деревня Кукунуты, расположенная в Эхирит-Булагатском районе, немногим отличается от других небольших населенных пунктов. Здесь те же проблемы, заботы и хлопоты. Однако вместе с тем жители селения твердо уверены в том, что у них очень дружное и крепкое село. Они сообща решают все вопросы, помогают друг другу в беде и даже не дают разрушиться молодым семьям. «У нас нет такой традиции — разводиться. Мы все одна семья и все друг другу родственники», — говорят они.

«Синий цвет» или «вымя животного»?

Проезжая по окрестностям близ Усть-Орды, то и дело попадаются похожие друг на друга деревеньки. Несколько улиц, ухабистая дорога, пара магазинов и свободно пасущийся скот. Местные жители в основном занимаются личным подсобным хозяйством. В каждом домашнем подворье имеется не одна буренка. Кто-то живет чуть лучше, кто-то немного похуже — одним словом, кто как может.

В деревне Кукунуты первым делом в глаза бросается большое количество старых бревенчатых домов. Улицы здесь довольно просторные и длинные, а вот населения практически не видно. Каждый занят своими домашними делами. Центральное место традиционно занимает школа. Поэтому со всеми вопросами об истории деревни, ее житье-бытье всех направляют именно сюда, как к главному источнику информации. В начальной школе хранятся книги об истории родного края, собраны материалы о выходцах земли. Старожилов в Кукунутах почти не осталось.

Известно, что о происхождении деревни, равно как и о ее названии, имеется сразу несколько версий. Так, по одной из них, название Кукунуты, которое звучит по-бурятски как «хухэнэ», обозначает «синий цвет». Сама легенда повествует следующее: «В семье Буха-ноена было семь сыновей. Пять из них разъехались в Забайкалье и в Приангарье, а два оставшихся Байдля и Тэлгэн остались в здешних местах. Либо во время охоты, либо в поисках лучших пастбищ братья заехали на сопку Зурхэн, что переводится как «сердце», и увидели обширную панораму западной стороны. Указывая на запад, Байдля сказал Тэлгэну: «Братишка Тэлгэн, братья наши ушли безвозвратно. Мы с тобой, оставаясь на отцовской земле, не должны забывать, что мы ашаабагадцы, и обязаны сохранить имя своего рода и приумножить его. Ты поедешь на местность, похожую на выпуклую косую равнину, назовешь ее Хухэнэ и будешь там жить. Я поселюсь рядом, слева от тебя, и назову ее Хаара-Азарга». Эту фразу передают из поколения в поколение кукунутцы и харазаргайцы. Возможно, что так и были основаны села Кукунуты и Харазаргай.

Согласно другой версии, слово «хухэн» в переводе с бурятского означает сосок груди или вымени животного. Тогда на сопке Зурхэн, когда братья решали свою судьбу, под седлом Тэлгэна была кобыла, у которой был маленький жеребенок, и в момент разговора братьев он решил подкрепиться и припал к вымени матери. Возможно, что, когда братья называли местность, они думали именно о лошадях.

Урожай — свыше 100 центнеров с гектара

Издревле кукунутцы вели полукочевой образ жизни. У них имелись так называемые зимники, где находились дома, амбары, строения для скота. А на расстоянии километра и более, в местах пастбищ, располагались летники-юрты, куда они со скотом перебирались в жаркое время года.

В основном жители занимались сельским хозяйством. Разводили скот, сеяли рожь, ячмень, пшеницу, овес. Орудиями труда были деревянная соха с железными лемехами, серпы, косы, лукошко, цеп. Так же активно они занимались охотой и рыбалкой. В свое время кукунутцы не только поставляли сельхозпродукцию в близлежащие города и поселки, но и отправляли на север, в Якутию.

История Кукунут мало чем отличается от истории других деревень. В1928 году было организовано машинное товарищество, затем сельскохозяйственная коммуна и артель. После наступило время совхоза «Харазаргайский». В Кукунутах в то время располагались начальная школа, клуб, библиотека, детский сад, фельдшерский пункт. Урожайность зерновых составляла 16—17 центнеров с гектара, а в урожайные годы доходила до 25. В отделении совхоза держали около тысячи голов скота, 2,5 тысячи овец. Кукунутцы придумали и создали простейшую систему орошения лугов, и благодаря их смекалке хозяйство до войны являлось участником Всесоюзной сельскохозяйственной выставки в Москве. На поливных землях Кукунут урожай достигал от 100 и выше центнеров с гектара.

Сегодня многие поля заброшены, да и домашний скот в больших количествах уже не держат — для кукунутцев это стало довольно затратным и хлопотливым удовольствием. Кроме того, жители сетуют и на то, что в Кукунутах уже давно нет своего клуба. Вопрос о его строительстве решается уже долгое время. Между тем молодежи здесь хватает. Студенты на выходные дни и на каникулы приезжают домой.

— Летом нашим детям негде провести время, да и мы ездим в Харазаргай, чтобы провести сходы. Иногда собираемся в школе, но праздники там не организуешь. Для этого должен быть свой клуб. Кроме того, нет у нас и детского сада. Ребятишки находятся с родителями дома, — говорит учительница начальных классов Ольга Капитонова.

Второй раз не женятся

Единственное централизованное учреждение, которое сохранилось в деревне, — это школа. Здесь находится сердце Кукунут. Первое учебное заведение располагалось в крестьянском доме, а в 1905 году методом народной стройки специально под него было построено здание. Количество детей с каждым годом увеличивалось, и со временем на территорию школы перевезли еще три дома местных середняков, изъятых в годы коллективизации. Два дома выделили учителям для жилья, один — как учебный корпус. Школа во все годы была начальной, вот только ребятишек стало совсем немного. Средние и старшие классы на уроки каждый день возят в соседний поселок.

Всего в Кукунутах сегодня проживает около 400 человек. Часть населения работает в Бозое и Усть-Орде. Как отмечают селяне, их земли богаты грибами и ягодами. Немало здесь и священных мест. Одно из них жители чуть не потеряли из-за лесорубов. Место находится за деревней, в тайге. Когда лес стали интенсивно вырубать, старейшины и шаманы обратились за помощью к администрации. В итоге им удалось добиться полного запрета на вырубку леса в тех местах. В целом, как признаются селяне, они живут дружно и сплоченно. По словам Галины Васильевой, жительницы Кукунут, все помогают друг другу.

— Можно сказать, что у нас все родственники между собой: кто брат, кто сват. Раньше так говорили, что кукунутские между собой женятся. У нас и семьи все крепкие живут, нет такого, чтобы разводились. Если у кого-то случится беда, другие придут на помощь. Родственники не дают разрушиться молодым семьям, помогают где словом, где делом. У нас уже традиция, что второй раз никто не женится и замуж не выходит. Все живут только одной семьей, — говорит Галина Сергеевна.

Народный сказитель и певец Гэсэра

Испокон веков кукунутцы гордятся выходцами из своей деревни. Среди них ученые, заслуженные труженики, педагоги и многие другие. Однако самую большую известность приобрел местный сказитель, улигершин, певец Гэсэра — Маншут Имигеев. Это был один из самых известных и популярных сказителей у эхирит-булагатцев. Даже деревню порой называли селением Маншута. С детства он с увлечением слушал сказителей легенд, сказок, улигеров, с каждым годом запоминая все больше устных произведений.

Впервые в научной литературе имя Маншута Имигеева стало известно в Лондоне. Англичанин Жеремей Куртен, искусствовед, этнограф и фольклорист, побывав в Сибири, записал у него несколько улигеров. Затем выпустил книгу «Путешествие в Южную Сибирь», куда включил и образцы бурятского фольклора. Маншут Имигеев вдохновенно рассказывал легенды, его речь напоминала песню. Многие приходили и приезжали его послушать. Его дети, внуки рассказывали своим потомкам о том, как он рассказывал им сказки, качал в колыбели и пел песни.

Его легенды есть в энциклопедии «Гэсэриада». Как утверждают в Кукунутах, из шести певцов округа он рассказал самую правильную версию о Гэсэре. Он был безграмотным человеком, однако, как говорил сам Маншут своим детям, ему будто кто-то шептал на ушко все сказания, предания. Незадолго до его смерти к нему приезжал земляк и соотечественник Цыбен Жамцарано, доктор наук, профессор, советский ученый. Он записывал образцы устного народного творчества. Рассказывали, что они вместе со сказителем сели писать 2 ноября и закончили только 20 ноября. Они работали почти безотрывно. Профессор успел записать несколько поэм о Гэсэре.

Умер сказитель далеко не старым человеком, на нем сказались батрацкая жизнь, лишения и невзгоды, волнения и переживания. Вместо отдыха после изнурительного труда он пел улигеры, огромные по своим размерам.

Недавно в Кукунуты приезжала и съемочная группа из Москвы. Они сняли деревню, место, где сказитель родился, старинные обычаи, которые до сих пор проводят его потомки. Почетным гостям подносили голову барана, продемонстрировали ритуал капания водкой. Сейчас в деревне живут его непрямые потомки, которые с гордостью рассказывают о Маншуте Имигееве.

Метки:
baikalpress_id:  25 328