Как живет барахолка?

Блошиный рынок становится все менее востребованным

Барахолка, или так называемый блошиный рынок, всегда пользовалась у иркутян большим спросом. Чего здесь только не было: старинные монеты, самодельные игрушки, ветхие спортивные принадлежности, запчасти для авто и многое другое. Зачастую люди ходили сюда не столько за приобретением необходимого товара, сколько посмотреть, что любопытного и интересного могут принести продавцы. Однако с того времени, когда рынок перенесли в предместье Марата, ряды бывалых торговцев заметно поредели. Да и покупателей стало значительно меньше. Как признаются местные завсегдатаи, барахолка стала неинтересной, с каждым годом ассортимент становится однообразным, а неизменным спросом пользуются только топоры и метелки.

Каждые выходные на территории близ Качугского рынка, или, как его именуют в
народе, птичьего, царит заметное оживление. Два дня в неделю сюда съезжаются
продавцы антикварного, старого и не всегда востребованного товара. Различная
кухонная утварь, часы, украшения, письменные принадлежности, книги — ассортимент
достаточно велик. Однако покупателей на эту продукцию немного.

— Место плохое, три года работаем, и особо никого нет. Приезжают только те,
кто раньше постоянно был на Свердловском рынке. Можно сказать, что в 2,5 раза
продажи упали. Покупатели жалуются, что далеко ездить. Остались только
постоянные клиенты и те, кто на дачу ездит. Правда, их интересуют только топоры
и метлы — то, что пригодится в хозяйстве, — говорит Иван Скоров, продавец. Как
признаются барахольщики, рынок стал неинтересным, прежних занятных и любопытных
вещей уже не найти. Все самое увлекательное осталось в конце 90-х и начале
2000-х, когда люди стали вытаскивать и нести из закромов, гаражей на продажу
разные старые вещи. Среди них попадались и особо ценные экземпляры. Недаром на
блошином рынке часто бывали коллекционеры и любители старины.

Наталья Ивановна торгует здесь недавно. Среди журналов за прошлый год,
потрепанных книжек и старой посуды гнездится в футляре старинный набор ювелирных
украшений: браслет, серьги и колье. От времени они почернели и поблекли.

— Три тысячи стоит комплект. Он достаточно старый, но я даже примерно не могу
сказать, какого времени, потому что достался мне от свекрови, — говорит Наталья
Ивановна.

У другого продавца, которого все называют дядя Федя, много всего сразу:
начиная от железной точилки для карандашей до самурайского меча — катаны. Часть
коллекции ему приносят на продажу, часть он заказывает своим знакомым, которые
ездят в Китай.

Среди старых вещей — радиоприемник «Сириус» 50-х годов, другой — примерно
середины 40-х годов, даже его название стерлось со временем. Как отмечает дядя
Федя, покупают люди в основном антиквариат или более-менее старые вещи для
интерьера кафе и ресторанов.

— Сейчас у меня есть пара бронзовых оленей 70-х годов. Их владельцем является
помощник посла Монголии в России. Он уезжает и, чтобы с собой не везти, попросил
продать. Один олень поднимает правую ногу, второй — левую. Говорят, что в
Улан-Баторе в центральной гостинице точно такие же стоят при входе. Многие ими
интересуются, но пока никто не купил. Может быть, потому что цена достаточно
высокая — 20 тысяч рублей, — рассказывает дядя Федя. Многие поделки покупатели
приобретают в качестве сувениров. Рядом с театральным моноклем 50-х годов стоят
аккуратные бюсты Ленина, Сталина, Дзержинского и других известных товарищей.

— В последние несколько лет самовары стали меньше востребованы, хотя раньше
многие брали, — пытается делать анализ рынка дядя Федя. — У меня есть советские,
а есть еще и царских времен, которым по 150 лет. Зато активно продаются
самогонные аппараты, особенно когда цены на алкоголь начинают расти. И покупают
у нас все: от грузчика до академика. Каждый старается найти себе вещь по
душе.

Загрузка...