Охота на педофила

Молодые иркутяне ловят извращенцев и записывают разоблачающее видео

«Сломав жизнь одному педофилу, можно спасти десятки судеб детей, которые при «общении» с такими «товарищами» в свою очередь не вырастут и не станут такими же, как они» — под этим лозунгом работает небольшая группа молодых иркутян, которые называют себя местным отделением транснационального движения «Оккупай-Педофиляй». При помощи сайта знакомств они находят пользователей с нездоровой тягой к мальчикам и подросткам. Вступают с ними в переписку от лица школьника, назначают встречу. Извращенец приходит в квартиру, где его действительно встречает девятиклассник. Его старшие товарищи в это время сидят в засаде. Как только за педофилом захлопывается дверь и он проходит в комнату, активисты «Оккупай-Педофиляй» выходят из укрытия, вооруженные только видеокамерой. Извращенец в это мгновение испытывает шок и трепет. Видео с его физиономией попадет в Интернет. Люди, просматривающие эти ролики, как водится, раскололись на два лагеря — на тех, кто действия активистов поддерживает, и на тех, кто инициативу молодежи категорически не одобряет.

«Бить не собираемся»

Движение «Окупай-Педофиляй», зародившееся в Киеве, быстро распространилось по
странам СНГ и крупным городам России. Основатель движения — известный в
интернет-сообществе персонаж Тесак, в миру Максим Марцинкевич. Тесак использует
довольно жесткие методы борьбы с педофилами. К примеру, уринотерапию. Любителя
нетрадиционных удовольствий лидер «Оккупая» и его сподвижники обливают мочой,
снимая сей процесс на видеокамеру.

В отличие от Тесака, иркутские ребята насилие не применяли и делать этого не
собираются. Иркутскому отделению нет и одного месяца, но активисты уже успели
поймать трех педофилов. В Иркутске проект Тесака поддержал Александр Михеев. На
сегодняшний день он является лидером движения.

— Я, можно сказать, вырос на сериале «Криминальная Россия». Там много было
историй, связанных с педофилами и маньяками, сложилось негативное отношение, —
говорит Александр. — Ролик Тесака я увидел в начале декабря, узнал о движении и
тоже решил внести свой вклад в борьбу с педофилией.

В роли наживки для педофила выступает 15-летний школьник, его страхуют
взрослые. Когда извращенец оказывается в западне, ему предлагают два варианта.

— Либо родители мальчика пишут заявление и мы сдаем его в полицию, либо он
дает интервью на камеру, — рассказывает Александр. — Двое — таксист и
под-полковник — выбрали второй вариант. Третий — студент — отказался, и мы
вызвали наряд. Задачи избить и унизить у нас нет, наша задача — их показать,
чтобы люди увидели и узнали, что по нашему городу ходят такие опасные товарищи.

На вопрос, принесут ли такие действия пользу, руководитель «Окупай-Педофиляй»
отвечает следующее:

— Мы пытаемся донести информацию. Если кто-нибудь пострадает от этого
человека, его уже узнают, все данные о нем у нас уже есть. — Многие люди, когда
узнают о нашей работе, обычно спрашивают: «А что, у нас есть педофилы?», —
говорит Елизавета Васильева, активист и психолог. — Мы отвечаем: «Да их куча
вообще-то». Люди удивляются, они не думают, что педофилы — это реальность нашей
жизни. Есть такая психологическая защита — отрицание.

Пугливые извращенцы

Едва зарегистрировав на сайте знакомств новую анкету с фото 14-летнего
подростка, активисты изумились ее мгновенной популярности. В день приходило по
20—30 писем. Еще больше поражало откровенное содержание посланий. Чтобы всю эту
грязь не читал школьник, переписку ведут взрослые.

— Приходят письма в том числе из Санкт-Петербурга и Москвы, — рассказывает
Александр, — многие даже приехать порываются. Первый «клиент» — подполковник в
запасе из Ангарска — проявил себя очень активно и примчался на встречу буквально
на следующий же день после виртуального знакомства. Он оказался самым
откровенным. — И самым наглым, — добавляет Елизавета, — он единственный, кто
кричал: «Уберите камеру». У него семья, восьмилетний ребенок. Мы ему задавали
вопрос: «А если вашему ребенку вот такой дядя встретиться предложит?», он
ответил: «Ну, я, наверное, его побью».

Свою тягу к мужчинам и мальчикам он объяснил травмой, полученной после того,
как он был изнасилован в детстве. Мама подполковника в курсе наклонностей сына и
его не порицает. «Она считает — главное, чтобы мне было удобно и комфортно», —
сказал мужчина активистам. Как отмечают активисты, извращенцы — народ пугливый.
Обычно хотят встретиться на нейтральной территории, на улице. Когда ребята
появляются из засады, шокированные дяденьки впадают в ступор. Боятся сказать
лишнее слово.

После того как извращенец покидает квартиру, история обычно имеет
продолжение. На сайтах знакомств двое визитеров уже удалили свои анкеты. У
таксиста была страница «Вконтакте», активисты поделились видео с его друзьями,
коллегами. Многие из этих людей были в курсе, что мужчина — любитель однополой
любви, но о его склонности к мальчикам не подозревали. Таксист подвергся
общественному порицанию.

Иркутские активисты действуют исключительно на общественных началах. Никакой
финансовой поддержки от головной организации они не получают. На своей странице
«Вконтакте» ребята опубликовали номера интернет-кошельков. Сочувствующе могут
поддержать проект не только физически, но и материально.

— Деньги пойдут на развитие, нам нужны микрофоны, диктофоны, — говорят
ребята.

Сейчас в отделении состоит 10 активистов. Остальные участники помогают
информационно — общаются на сайтах знакомств с извращенцами и раскручивают их на
встречу.

Круглый стол: сказать не дали

Иркутскому отделению «Оккупай-Педофиляй» не успело исполниться и месяца, как
его деятельность вызвала широкий общественный резонанс. Чтобы обсудить, пользу
или вред несет движение, в Иркутске был организован круглый стол, в котором
наряду с активистами принимали участие представители полиции, психолог, юрист и
церковнослужитель. После того как ребята кратко рассказали о своем проекте,
слово взял председатель общественного совета при УМВД России по г. Иркутску
юрист Виктор Григоров.

— Вы сказали, что определенным образом наказываете. Это незаконно. Мы живем в
правовом государстве, у нас наказание должен выносить суд. — Противозаконное
наказание — это насилие, — говорит Елизавета, — мы никого не наказываем, не
мучаем. С юридической точки зрения мы ничего не нарушаем.

— После вашей деятельности он уйдет в подполье и уже не будет общаться в
социальных сетях, — обратился к активистам Кирилл Райлян, и. о. начальника
отделения уголовного розыска ГУ МВД России по Иркутской области. — Чем глубже он
будет сидеть в подполье, тем тяжелее его найти. Мы готовы работать с вами, надо
все обсудить, ведь видеоролики — это не основание для возбуждения уголовного
дела.

В защиту активистов выступил только один участник круглого стола — протоиерей
Вячеслав Пушкарев: — Американская конституция знала такое понятие, как суд
Линча. Когда недорабатывают специальные органы, дорабатывает народ. Это
естественное внутреннее движение народного сопротивления. Я не за самосуд, но и
ребят я понимаю. Молодежи хочется себя проявить, сделать что-то полезное, они
видят — вот здесь недорабатывают органы. Но и я за то, чтобы полиция и ребята
сотрудничали.

— Вы работаете с реальным 15-летним молодым человеком, — начал Виктор
Григоров. — У него сейчас происходит формирование личности, гормональная
перестройка, человек растет. Втягивая его в свою взрослую игру, вы не думаете,
что можете причинить ему моральный вред, выработать комплексы.

— Это личное желание Максима, родители не против. Все, что он делает — это
только встречает, ни переписки, ни бесед он с ними он не ведет, мы обеспечиваем
ему полную безопасность, — ответил Александр Михеев. — Ситуация в любом случае
является травмирующей для подростка, — говорит Иван Глебец, старший
преподаватель кафедры психологии Иркутского государственного университета. —
Использование детей в каких-то своих целях, даже благих, недопустимо, подросток
— это все-таки еще ребенок. Сейчас он, естественно, на подъеме эмоций — приносит
пользу обществу, борется за справедливость. Но в то же время он ведь ходит по
краю лезвия, он ведь в курсе всех дел, играет в героя. Это не принесет пользы
для дальнейшего становления личности.

На круглом столе был приведен отрывок из интервью с Максимом. — Когда я их
иду встречать, у меня есть страх внутри. Человек совсем незнакомый, тем более
таким занимается, что от него ждать? — И все-таки нельзя ребенка лишать
возможности помогать, — заметил отец Вячеслав. — Я видел огромнейшее количество
сынов полка, которые выросли приличными людьми и не заигрались, никого не
расстреливали и гранаты не бросали в Дома Советов, хотя на войне им приходилось
делать много страшных вещей.

Мероприятие активисты «Оккупай-Педофиляй» покидали с несколько обескураженным
видом. — Мы, честно говоря, не поняли, зачем нас позвали, — прокомментировали
ребята, — за все время круглого стола нам почти не давали
слова.

Метки:
baikalpress_id:  25 022