Там, где авиация — царица...

В иркутской истории АЛСИБа осталось лишь одно белое пятно

11 ноября 1942 года над городом послышался грозный гул. Встревоженные красноярцы вглядывались в морозное небо: шла война, всякое могло быть. Но волнение отпустило, когда на незнакомых самолетах люди разглядели звезды. Правда, звезды были белыми, и еще мало кто знал, что это американская эмблема. Так 70 лет тому назад из Аляски, преодолев за месяц почти 6500 километров, сюда прибыла первая группа истребителей, ведомых бомбардировщиком «Бостон». Во время перелета (через Уэлькаль, Марково, Сеймчан, Якутск и Киренск) погибли два летчика, случились аварии, вынужденные посадки. Но путь уже был проложен. И по нему за три года советские летчики доставили из США для фронта около 8000 самолетов.

Не везде стоят обелиски

А между Якутском и Красноярском базовым аэродромом был определен приленский
городок Киренск, где разместился 5-й перегоночный полк, замыкавший большую
эстафету: мы принимали самолеты и переправляли их далее. К сожалению, и на нашем
участке трассы не обошлось без человеческих жертв.

Первая трагедия произошла 7 декабря 1942 года: у деревни Марково
Усть-Кутского района на льду реки Лены разбился бомбардировщик А-20 «Бостон».
Марковчане похоронили на местном кладбище пилота Дудина, штурмана Гутафеля и
стрелка-радиста Исмагилова. Через два месяца, 22 февраля 1943 года, в районе
аэродрома Киренск разбился лейтенант Иванов на истребителе П-39 «Эйркобра».
Летчика похоронили в городском мемориальном парке.

24 марта 1943 года из Якутска в Киренск вылетела группа самолетов, которую
замыкал «А-двадцатый» капитана Лобарева. Этот «Бостон» бесследно исчез на 44
года.

12 июля 1943 года из Киренска на Красноярск стартовали четыре «Бостона». В
пути самолеты попали в сильную грозу и потеряли друг друга. Две машины добрались
до места назначения. «Бостон» лейтенанта Иванова разбился в окрестностях
Усть-Кута (тела командира и стрелка-радиста Шабурова были обнаружены только
через месяц и захоронены на месте гибели). А экипаж Заломина стали считать
пропавшим без вести.

24 октября 1943 года на участке Нижнеилимск — Красноярск будто растворился в
воздухе истребитель, который пилотировал капитан Чуйко.

6 ноября того же года, уже миновав границу Якутии и Иркутской области, в
воздухе столкнулись «кобры» майора Морозова и лейтенанта Федотова, которому
удалось выброситься с парашютом. Морозов погиб и похоронен в Олекминске или в
Витиме. Последняя катастрофа на территории Иркутской области произошла 16 мая
1944 года: бомбардировщик А-20 упал в Лену на глазах жителей деревни Никулино
Киренского района. Тела лейтенанта Глушцова и старшины Шевчука река забрала
навсегда...

Поиск — дело благодарное, но нескорое

За 32 месяца перегонки на трассе погибли 112 летчиков, из них 15 — на
территории Иркутской области. При этом останки шестерых тогда, в 40-х годах, не
были обнаружены. Их предстояло найти лишь спустя десятилетия.

В конце июля 1987 года молодые авиаторы Киренска обнаружили в тайге обломки
самолета. На месте катастрофы с трудом собрали людские косточки. В той
экспедиции участвовал и я. И никто из нас еще не знал, что архивы перегоночной
дивизии засекречены, а потому установить имена погибших будет непросто. Но все
же удалось. Даже родственников отыскали. И 1 сентября 1988 года при большом
стечении киренчан останки экипажа с воинскими почестями были торжественно
преданы земле. Под старыми соснами в центре города навсегда упокоились командир
«Бостона» капитан Лобарев, штурман капитан Ершов и стрелок-радист Нечепуренко
(подробнее об этом — в «СМ Номер один» за 9 августа 2012 года).

Увы, поисковая работа — дело нескорое, требует терпения, настойчивости, а
главное, неизбывного желания раскрыть тайну гибели людей и вернуть им доброе
имя.

Уже Россия погрузилась в пучину рыночных реформ. Уже не стало Киренского
авиаотряда, и ребята-поисковики разъехались по стране. А след экипажа Заломина,
пропавшего в июле 43-го, все еще не был взят...

Иркутская группа Георгия Куприянова при поддержке краеведа Нины Куршевой
сужала круг поиска. Были опрошены геологи, охотники, старожилы Усть-Кута и
окрестных поселков. Несколько раз поисковики выходили в тайгу, но
безрезультатно. Наконец, летом 2003 года парни отыскали место катастрофы
«Бостона». Они уже знали, что здесь погибли Заломин и Максимов — их останки были
собраны и захоронены в Усть-Куте.

Теперь остался только Чуйко. Его ищут братчане: второй год молодежный отряд
«Сталкер» Вячеслава Тищенко методично обследует участок Нижнеилимск —
Красноярск. Найдем капитана — последнее белое пятно АЛСИБа на карте Иркутской
области будет стерто...

Наш первый «красный» самолет

О нашей поисковой работе я рассказал участникам научно-практической
конференции, посвященной 70-летию перегоночной трассы Аляска — Сибирь (в Якутске
довелось побывать по приглашению Академии наук Республики Саха (Якутия) и
благодаря Фонду Александра Битарова). Встреча была обоюдно интересной: с
якутскими ветеранами, историками и поисковиками много лет мы общались лишь
заочно, а теперь увиделись воочию. И я еще раз убедился, что здесь авиацию не
просто любят, ей поклоняются. И это неудивительно: огромный край — с тундрами,
горами и тайгой — возможно охватить только крыльями. А ведь авиация у наших
соседей зародилась не без помощи иркутян.

Пионер британской авиации Томас Сопвич сконструировал свой знаменитый биплан
«Сопвич страттер» (можно перевести как «гордец», «зазнайка») в 1915 году. Наряду
с другой удачной моделью — «Кэмэлом» («Верблюд») — «Страттер» стал одним из
самых массовых самолетов Первой мировой войны.

«Сопвичи полуторастоечные» (так знатоки авиации до сих пор зовут «Страттеры»
из-за особенностей конструкции) в России воевали и на стороне белых, и за
красных. Один из них, под № 1000, весной 1925 года был передан из ВВС Сибирскому
отделению Общества друзей воздушного флота (ОДВФ).

После полетов в Ново-Николаевске (ныне Новосибирск) самолет по железной
дороге прибыл в Иркутск, где совершил несколько полетов в Усолье, Черемхово и
Боханский аймак. Пробыв в Иркутске около 10 дней, «Сопвич» 24 июля сбросил над
городом листовки-известия о прибытии большого агитперелета из Москвы и в тот же
день, разобранный, на телегах отправился в Качуг, а оттуда на барже по Лене до
Бодайбо.

Полетав над приисками и вдохновив горняков на трудовые свершения (они на
воскреснике тут же «на развитие авиации» намыли золота на 20 тыс. рублей),
«Сопвич» 4 октября пароходом прибыл в Якутск. Тут самолет настолько стал
предметом восхищения и гордости, что правление Сибавиахима 12 ноября передало
его якутянам в полное распоряжение. А весной 1926 года комиссия по причине
изношенности аппарата запретила полеты на нем.

Потом была прокладка первых воздушных линий Иркутск — Якутск. Иркутские
летчики осваивали громадные пространства, доставляли пассажиров и почту,
вывозили пушнину и золото, столь необходимые молодому государству. Теперь путь,
прежде занимавший месяц, преодолевали за 2—3 дня. И позже, с началом Великой
Отечественной, Иркутск внес весомый вклад в работу трассы Аляска — Сибирь.

Например, в нашем учебном центре для трассовых аэродромов было подготовлено
около 300 пеленгаторщиков и радистов. И в перегоночную дивизию кроме фронтовиков
были призваны иркутские летчики из 11-го гидроотряда — те, кто уже имел
бесценный летный опыт работы на Севере и хорошо знал эту местность еще до войны.
После закрытия АЛСИБа и расформирования перегоночной дивизии республике
досталась разветвленная сеть аэродромов. Основные и запасные, они были
оборудованы добротными взлетно-посадочными полосами и необходимыми строениями.
Были радиостанции, пеленгаторы, приводные маяки, метеопункты и запасы бензина. А
главное — здесь остались специалисты и транспортные самолеты. Все это явилось
базой, на которой вырос собственный воздушный флот Якутии. Конечно, сейчас
«Боинги» и «Аэробусы» приземляются и у нас. Но среднемагистральная авиация,
столь необходимая народу, в Иркутске пока только возрождается. Заново. Наверное,
будет и у нас авиамузей. И сердца ветеранов оттают. Что ж, в добрый
час!

Метки:
baikalpress_id:  17 475