Конец света Иркутску не страшен

Известный путешественник уверен, что Сибирь устоит при любых катаклизмах

Валентин Ефремов, известный во всем мире путешественник и воздухоплаватель, в Иркутске бывал неоднократно. Самый известный его приезд случился в сентябре 2007 года, когда он вместе с пилотом-исследователем Владимиром Исайчевым совершил перелет через Байкал на воздушном шаре «Святая Русь» — впервые в истории. Нынешний визит Валентина Ефремова в Иркутск во многом связан с тем событием: на Ольхоне устанавливают знак в память о легендарном перелете, и понятно, что без его участников здесь не обойтись. Наш разговор со знаменитым путешественником начался с воспоминаний о том полете.

Через Байкал

— Некоторые говорят: «Иду на покорение Эвереста, Байкала, Северного или
Южного полюса». Я считаю эту формулировку неправильной, — говорит Валентин
Ефремов. — Как человек — песчинка мироздания — может чего-то там покорять? Когда
я иду в то или иное путешествие, то прошу окружающий мир, чтобы он меня принял;
объясняю, кто я и с какими целями пришел. В общем, совершаю определенный обряд,
и мир мне платит добром. Взять мое путешествие на воздушном шаре на Северный
полюс в 2005 году. Многие пытались, но ни у кого не получилось. А мне удалось.
38 дней длилась экспедиция, но мы достигли цели. Вот и на Байкале... Собрались
мы на берегу 9 сентября. Погода чудная, много прессы, телевидения. Все хотят
быстрее отснять старт и уехать. А я чувствую, что сегодня у меня удачи не будет.
Говорю всем: «Сейчас мы здесь поставим палатки, поговорим, пообщаемся с
Байкалом, а с утра будем смотреть».

— На следующий день и ветер какой-то не такой, и не так он дует. Но часов в
11 наступило мгновение, когда мне открылся проход. Я быстро все загружаю — и мы
полетели. Потом я общался с людьми, которые увлекаются сакральной энергетикой и
экстрасенсорикой. И мне сказали, что единственный день, когда можно было
совершить такой перелет, — это именно 10 сентября.

— И тем не менее полет, насколько я помню, проходил не слишком гладко. Были
нештатные ситуации, особенно при посадке...

— По-другому и быть не могло. Это же Байкал — сильнейший энергетический
организм. Когда мы летели, было очень много внешних воздействий. Едва мы прошли
Ольхон, как оказались над местом, где самая большая глубина. Что в этих глубинах
происходит, непонятно. Кто-то видит светящиеся круги, кто-то — вихревые
потоки... Когда мы влетели в эту зону, вдруг появились встречные и поперечные
ветра. Мне Владимир Николаевич (Владимир Исайчев, заместитель председателя
Высшего арбитражного суда России, пилот-исследователь на аэростате «Святая
Русь». — Прим. ред.) говорит: «Валентин, оболочку сдавливает». Я ему отвечаю:
«Спокойно, все нормально», а сам понимаю: если полностью оболочку сдавит, воздух
выйдет — камнем вниз упадем. И высоту потихоньку набираю. Пять тысяч метров —
ничего не меняется, ухожу на 6 тысяч метров, и только здесь полет стал
относительно устойчивым. Все приборы, которые у нас были, отказали.

Нас сопровождал вертолет Ми-8. Смотрю, он где-то внизу молотит, прямой связи
нет. Вижу, Владимиру Николаевичу эта ситуация не сильно нравится: холодно стало,
ощущается нехватка кислорода. Говорю ему: «Сейчас мы эту проблему разрешим». Я
взял в полет воду из святого источника князя Владимирского в Нижнем Новгороде. И
вот я эту водичку беру и обращаюсь к великому духу Байкала: «Великий дух, помоги
нам совершить полет! Прими наши подношения, наш подарок, нашу воду
нижегородскую». С шести тысяч метров выливаю воду в Байкал. Потом по бурятскому
обычаю наливаю водочки, Владимиру Николаевичу говорю: «И ты прими рюмочку».
Выпили — и тут же приборы заработали, связь появилась.

Сесть хотели в районе Турки, но не получилось — ветер отгонял шар в тайгу.
Летим над деревьями. Газ кончается, солнце заходит, а садиться некуда. «Да, —
думаю, — ситуация сложная». И тут вижу гору. Деревьев на ней немного, по склонам
— огромнейшие камни. Но это был наш единственный шанс. Я понимал: если не сядем
— дальше тайга, а посадка на деревья — это мизерный процент выжить при таком
сильном ветре. Разорвет, разнесет в клочья. И я начал посадку на эту гору.
Метров 150 нас тащило, крутило. Просеку шаром сделали. Баллоны оторвались,
болтаются, о камни бьются. Как они не взорвались, до сих пор не могу понять. И
вдруг тишина. Корзина зацепилась за что-то и замерла. Спрашиваю Владимира
Николаевича: «Живой?» «Живой, — отвечает, — только баллонами придавило». В
общем, отделались царапинами. Корзина разорвана, оболочка порвана, но мы
совершили этот полет.

— Главная цель полета — получить адреналин, поставить рекорд или что-то
другое?

— Главная цель — защитить Байкал. После нашего полета мировая общественность
снова заговорила о Байкале, о необходимости его защиты. Связано это с нами или
нет, но БЦБК на некоторое время закрыли. Сейчас, правда, он опять работает — и
это преступление. Байкал — наша жемчужина, а мы так к нему относимся. Не так
давно я уже был здесь, и рыбаки жаловались мне, что раньше они воду пили, а
сейчас нельзя — воняет, привкусы какие-то...

Жизнь пришла из космоса

— Когда про Байкал говорят разные необычные вещи — например, что он
привлекает НЛО, — вы верите в это?

— Я не то чтобы верю — я думаю, что так оно и есть. Байкал — это живая
чистейшая энергия. Такой энергии в нашей галактике очень мало. Поэтому сюда
прилетают инопланетяне. Они забирают из Байкала воду, затариваются, заправляются
ею и разносят эту энергию для развития новой жизни на другие галактики и
планеты. Эту энергию они используют и для полетов. Это энергия воды, энергия
расщепления. Но это лично мое представление, и большинство ученых со мной,
конечно, не согласятся.

— Вы всерьез считаете, что инопланетяне периодически посещают Землю?

— Более того, я считаю, что жизнь на Землю пришла из космоса. Недавно меня
пригласили на форум, посвященный остановке Гольфстрима, и я там в присутствии
ученых со всего мира высказал свою гипотезу. А заключается она вот в чем. Раньше
на нашей планете жили высшие существа — гиперборейцы, земли их находились на
Северном полюсе. Упоминание об этом, кстати, есть у древних греков. Гиперборейцы
пришли на Землю с созвездия Ориона. Когда случилась война богов, Гиперборея
начала опускаться в воду. После себя гиперборейцы оставили каменные фигуры
высотой 20—40 метров и в них вложили информацию о человечестве. Я эти столбы
видел, они стоят на берегу Северного Ледовитого океана, а местами уходят в
океан. Когда туда попадаешь, то оказываешься в совсем другом мире. Там есть
фигура инопланетянина, летописца. Эти фигуры до сих пор служат для связи с
высшей цивилизацией.

Так вот. Моя гипотеза заключается в том, что гиперборейцы по огромному
подземному каналу, который шел под Байкалом, Гималаями, пустили воду из
Северного Ледовитого океана в Антарктиду. Оттуда вода возвращалась на север, и
это известное всем теплое течение Гольфстрим. Это был некий реактор, придуманный
гиперборейцами, который обогревал Антарктиду. Но когда эта раса исчезла, канал
начал затухать. Это как трубы в доме: если их не чистишь, то рано или поздно они
забьются. Поэтому Гольфстрим сейчас и останавливается. Это чисто мое видение
проблемы. Но когда я выступил на том форуме, не было ни одного оппонента,
который сказал бы, что это все ерунда. А ведь остановка Гольфстрима — это на
самом деле очень серьезная проблема.

Смена полюсов

— А в чем ее серьезность?

— Грядет катаклизм, связанный с нашей планетой. Если о чем-то говорит один
человек — ладно, он или сумасшедший, или что-то придумал. Если говорят два
человека, то стоит, наверное, обратить на это внимание. Но когда об этом говорит
весь мир, то нужно крепко призадуматься. Остановка Гольфстрима — это один из
предвестников катастрофы. Периодически на нашей планете происходит смена
полюсов, и каждый раз это сопровождается бурными событиями. Посмотрите на
Антарктиду — это большой субматерик. Там скопилась огромнейшая масса льда, в
данное время около четырех километров в толщину. И из-за этой массы льда
происходит дисбаланс кругового вращения планеты. Ее начинает бить — так же, как
бьет машину при разбалансированных колесах. Все знают, что при такой ситуации
надо ехать в шиномонтаж и вешать на колесо грузик. А что с Землей делать? Ведь
Земля подвержена тем же физическим законам, что и любое тело. А так как земное
ядро находится в расплавленной магме, то оно начинает смещаться. В итоге
происходит кувырок нашей планеты, смена полюсов. Понятно, что последствия такого
явления катастрофические.

— Мамонты от этого погибли?

— Возможно. Не исключено, что были какие-то другие высшие катаклизмы: вокруг
Земли образовалась дыра, и космический холод пронзил наше пространство. Вот
смотрите: в Якутии вечная мерзлота глубиной до километра. Нигде на планете
ничего подобного нет. Есть четыре, пять метров, но не более. Как смогла наша
планета так промерзнуть, что случилось? И почему именно Якутия? Говорят, что
мамонты умирали постепенно, что у них были даже свои кладбища, куда они уходили,
предчувствуя смерть. Мне кажется, мамонты вымерли внезапно, причем практически
одномоментно. Я как-то стоял на Колыме — охотился, рыбу ловил. У меня была
упряжка из 25 собак. Весной уже ехали... Год плохой был, собакам корма не
хватало. И вот уже ехать надо, а собак нет. Пошел искать. Вижу: обрывистый
берег, они копошатся там. Подхожу ближе — а там вымыло тушу мамонта. Собаки в
его задней части целые норы прорыли и едят его, мамонта этого. Я тоже
полюбопытствовал, отрубил кусок мамонта, сварил его.

— Ну и как?

— Есть можно. Он не протухший, хоть и пролежал тысячелетия. Это примерно как
моржа съесть. Ведь моржа свежим никогда не едят. Чукчи его убивают, закапывают,
и он в яме лежит. Через некоторое время его достают и едят. Потому что его
свежим есть невозможно — он очень жесткий, жирный. А как созреет — можно. Его
так и называют: не протухший, а созревший...

— Возвращаясь к теме глобального катаклизма, хочу спросить, можно ли, на ваш
взгляд, в нем выжить.

— Можно.

— И где надо находиться в тот момент, когда это случится?

— Здесь.

— В смысле — здесь?

— В Сибири. Ведь самая крепкая на сегодняшний день геологическая плита — это
Сибирское плато. У меня есть знакомые, которые на Алтае, в Хакасии строят себе
убежища, где их не достанут ни километровые волны, ни разломы Земли. Многие
говорят: за Россией будущее. Кажется, какое будущее — жизнь тяжелая, социальная
сфера завалена... А на самом деле это означает, что после катастрофы останется
наша Россия, русский народ.

Комментарии

Нажмите "Отправить". В раcкрывшейся форме введите свое имя, нажмите "Войти". Вы представились сайту. Можете представиться через свои аккаунты в соцсетях. После этого пишите комментарий и снова жмите "Отправить" .

Система комментирования SigComments