«Беременная? Сиди дома!»

Поездки в транспорте для женщин в положении — адский ад

Интернет-ресурсы достаточно объективно и наглядно демонстрируют все срезы жизни современного общества. И довольно часто в последнее время стали обсуждать тему прав беременных женщин. Это не только выплата декретного пособия в достаточном объеме, вопрос выбора родильного дома и врача-акушера, но и более простая и очевидная проблема — поездки в общественном транспорте. Это тяжелое испытание, особенно для женщин на последних сроках беременности. Почему? Да потому что всю дорогу приходится стоять. Джентльмены, готовые уступить женщине в интересном положении место, похоже, перевелись. Корреспондент «СМ Номер один» испытал это на себе.

Нет машины? Нечего и рожать

Иркутянка Анна Трифонова ждет малыша. Срок беременности — шесть месяцев, то
есть до законного декретного отпуска работать еще целый месяц. Таковы правила,
таков закон. Машины в молодой семье нет, не заработали они еще на личный
автотранспорт. Поэтому каждое утро Анна выходит из своего дома в микрорайоне
Приморском, идет на остановку, садится на маршрут № 80 и 30—40 минут едет до
центра города. Если ей повезет, то в автобусе будет свободное место. Если
повезет чуть меньше — то место уступит кто-то из пассажиров. Если не повезет
вообще — всю дорогу придется стоять. С довольно-таки внушительным животом, с
начинающимся варикозом на ногах, с не всегда хорошим самочувствием. Доработать
этот месяц до официального декретного отпуска ей очень важно — материальное
положение в семье такое, что женщина вынуждена работать — ежемесячные ипотечные
взносы, да и приданое ребенку нужно собирать. Уступить место она никогда не
просит — гордость и чувство собственного достоинства не позволяют.

— Я еду и стараюсь выглядеть спокойно и независимо. Наверное, сказалась
прочитанная в юности литература, — улыбается Анна. — Помните, у Булгакова:
«Никогда и ничего не просите. Сами предложат и сами все дадут». Только вот
ошибся герой знаменитого романа — никто ничего не предлагает. Сидят мужчины,
слушают музыку, читают книги, а то и просто в окно смотрят. Не замечают ничего.
Или делают вид, что не замечают. Впрочем, врать не буду — порой место мне
все-таки уступают. Обычно женщины средних лет, те, что уже родили и помнят,
каково это — ехать беременной в автобусе. Мужчины тоже встают. Но редко.

Так и ездит Анна со спокойным и независимым лицом в общественном транспорте.
И даже улыбается дорогой. Только однажды не выдержала и расплакалась. Когда
кто-то холодно и зло бросил ей: «Что же вы ребенка рожаете, если у вас даже на
машину средств нет? Как же вы его растить-то будете?» Это было очень обидно. И
больно. И несправедливо. Давайте будем объективными — машина в нашей стране,
особенно в регионах, по-прежнему остается роскошью, а не средством передвижения.
Редко в какой молодой семье есть автомобиль. Если только родители на свадьбу
подарят. Но ведь и такие обеспеченные родители есть далеко не у всех. Что же
теперь, детей не рожать?

Один из ста

Каждое явление может быть интересным с точки зрения социального ракурса. И
почти любое может стать поводом для журналистского эксперимента. Наши
мужчины-журналисты могут все — работать на месте авиакатастроф, выезжать с
бригадами пожарных и эмчеэсников, уезжать на неделю в тайгу с экспедициями. Но
ни один из корреспондентов мужского пола не может прикинуться беременной
женщиной.

Беременность моя протекала девять лет назад, и ощущения эти были столь
острыми, что при первой же необходимости вспомнилось все. Тело не забыло эту
неторопливую, мягкую, чуть неловкую походку. Это стремление прикрыть живот
руками при малейшем намеке на опасность. Эту манеру ходить, немного выставив
корпус вперед. Это выражение праздничного ожидания и тайны на лице.

Платье свободного покроя, небольшая подушка под него, обувь без высокого
каблука — и журналистка «СМ Номер один» была готова исполнить роль беременной.
Хотелось лично убедиться в том, что «измельчал современный мужчина, стал таким
заурядным и пресным». Строки эти, кстати, были написаны 100 лет назад. Но
актуальности не потеряли.

9 утра, остановка «Академгородок». Автобус, конечно же, полон. Продавцы,
офис-менеджеры, бухгалтеры, системные администраторы (впрочем, у этих должны
быть машины) торопятся на работу. Как и положено беременной, избегаю толкучки и
захожу последней. Требуется хотя бы несколько минут, чтобы войти в роль, чтобы
почувствовать: «Я беременная, живот носить уже нелегко, ноги ноют, несмотря на
начало дня. Пожалейте меня, дайте мне сесть, мне еще целый день работать».
Мужчина лет 45, видимо, поймав волну моих отчаянных призывов, встает со словами:
«Садитесь». «О, все не так уж плохо». Напрасно я так подумала. Как сглазила.
Потому что это был единственный за все время эксперимента мужчина, который
уступил мне место.

На пути из Академгородка до остановки «Художественный музей» я выходила
каждые три остановки — для чистоты эксперимента. Я заносила свой живот в
общественный транспорт как праздник. Как личное достижение всей своей жизни. Я
делала лицо как можно проще и приветливее. Я демонстративно вставала рядом с
молодыми и немолодыми мужчинами в надежде: «Это он. Джентльмен. Рыцарь. Мужчина
с большой буквы». И каждый раз я ошибалась.

Для кристальной чистоты эксперимента я меняла транспорт. Ведь в Иркутске
ездят и автобусы, и трамваи, и троллейбусы. В каждом из них мужчины, юные и уже
потрепанные жизнью, были заняты своими важными делами. Они отправляли
смс-сообщения. Они слушали музыку. А некоторые и вовсе смотрели кино на своих
планшетных компьютерах, они модные ребята, у них есть айпады. Кто-то погрузился
в увлекательный мир художественной литературы. Особо одаренные медитировали, и
лица у них были одухотворенные и спокойные, отрешенные от земных забот в виде
чужих беременных жен. Кто-то пристально смотрел в окно. Это очень увлекательное
занятие — смотреть в окно, особенно если ты проезжаешь по этому маршруту всего
лишь в 115-й или в 501-й раз. Дворники подметают улицы, где-то ремонтируют
дорогу, воробьи скачут по пыльным улицам, Ангара все так же неспешно и лениво
несет свои холодные воды. Смотреть на это очень любопытно. Даже в 115-й или в
501-й раз.

Мичурин сказал: «Не нужно ждать милостей от природы. Взять их — наша задача».
Вот и я, в очередной раз поменяв автобус, взяла на себя роль бойкой, не
страдающей комплексами, не обремененной рефлексиями дамы:

— Мужчина, уступите, пожалуйста, место. Тяжело стоять. В качестве объекта я
выбрала самый гибельный вариант — стрижка ежиком, жвачка, интеллектом явно не
изуродован.

— А че я вставать-то должен? Муж у тебя есть? Пусть он и встает. Ко второму
гибельному варианту относилась компания молодых парней и девушек. Разбитные,
веселые, свободные от забот и тревог. Они ехали куда-то в поход, предвкушая
веселую недельку в палатках у Байкала. Одна из девушек встала под общий гогот
присутствующих. Покраснела, но поднялась с места. А кто-то произнес тихо, но
так, чтобы я обязательно услышала: «Беременная? Сиди дома».

Что происходит? Плоды ли это эмансипации? Окончательная деградация
общества или же новый оригинальный виток равноправия? Общий упадок культуры и
нравов? Бесконечная инфантильность молодых людей? Ответов может быть много, и ни
один не является абсолютно достоверным.

Кто же уступал место? Женщины средних лет. Те, кому чуть за 30 или немного за
40. Они еще помнили, что такое беременность, и вставали. Сами, без просьб и
напоминаний. Однажды мне рассказали дивную историю, как водитель, увидев столь
вопиющую гендерную несправедливость, остановил автобус и приказал уступить место
беременной женщине. Иначе он ехать отказывался. Побольше бы нам таких водителей.
Неравнодушных и замечающих непорядок в салоне. Я была ненастоящей беременной. Но
я помню, что такое носить ребенка, страдать от токсикоза, от ноющей боли в
ногах. Есть еще такая штука — преэклампсия беременных, но это совсем тяжело, и
про это, мужчины, вам знать не нужно. И насколько бы мне было легче переносить
эти тяготы, если бы ежедневно на пути из дома на работу (или с работы домой)
мужчины уступали бы мне место в общественном транспорте. И при этом улыбались бы
тепло и с пониманием.

О чем пишут в Сети

На популярном местном интернет-ресурсе target=_blank>www.38mama.ru аж с 2008 года развернута дискуссия на тему «Мое
место» в общественном транспорте». Вот что пишут мамы-иркутянки: «Мне в
последнее время почти всегда место уступают. Правда, что больше всего меня в
этом удивляет — уступают только девушки молодые. Остальным, видно, пофиг. Один
раз только дяденька взрослый уступил».

«По личным наблюдениям, место в общественном транспорте 3 года назад уступали
гораздо чаще чем сейчас». «За всю беременность место уступили в транспорте,
вернее предложили 2 раза, обе женщины в зрелом возрасте (т. к. надо было
выходить на следующей, я отказалась, но приятно было). Живот уже реально видно,
видимо что-то с лицом не так)))) Никто не уступает, поэтому стараюсь ездить в
маленьких маршрутках, если хочется сидеть. Конечно, если будет плохо, попрошу, а
вообще стоять над душой терпеть не могу, все тупо смотрят на живот и, бедные, не
могут осмелиться встать. Такой народ сейчас добрый». «Я однажды беременной
девушке место уступила, она села и говорит, что я первая, кто ей место
предложил, за всю беременность. После такого грустно становится...»

«Мне сегодня в трамвае место бабушка!!! уступила!!! Я говорю: «Не надо,
сидите, бабулечка». Но она все равно встала. А рядом молодежь сидела, и хоть бы
кто глазом моргнул!!!»

«Ох уж этот общественный транспорт... Вчера стою возле парня, животом ему
почти в нос упираюсь, он сидит, типа не замечает даже. С конца автобуса ему уже
сказали уступить мне место, а он начал показывать на небольшой чемоданчик с
дрелью, который, видимо, весит примерно 5—7 кг. Бедный, тяжело же ему стоять-то
будет». «За всю беременность мне уступили место в общественном транспорте всего
1 раз! И то это была уже пожилая женщина!!! Ты можешь стоять и кому-нить пузом
нос тереть, а он не встанет, а только будет хмуриться, мол, мешаешь... Такое
бескультурие, такое неуважение к будущим матерям!!!»

P.S. Стиль и пунктуация сохранены авторские.

Загрузка...