«Дом можно было спасти!»

Иркутянка судится с пожарными из-за сгоревшего дома

Елена Синькова подала в суд на пожарных. В прошлом году у нее случилось несчастье — сгорел только что построенный дом. Женщина обвинила пожарных в халатности и в судебном иске потребовала компенсировать ущерб. К слову, стоимость дома и участка оценивается в более чем 2,5 млн рублей. Причем больше половины этой суммы составляет кредит, который Елена и ее муж взяли на строительство дома. По словам Елены, у пожарных была возможность потушить пожар, но из-за халатности дом все-таки сгорел. По версии пожарных, шансов потушить дом у них было мало; по их словам, огонь на момент их приезда охватил большую часть дома. В суде, ознакомившись с делом, было принято решение не удовлетворять иск иркутянки.

«Один шланг, один пожарный»

Свою историю Елена Синькова рассказывает со слезами на глазах. Деревянный
благоустроенный дом в четырех километрах от Иркутска они с мужем строили четыре
года. Не успели до конца завершить внутреннюю отделку, как случился пожар. ЧП
произошло 20 ноября 2011 года. В то время женщина была в командировке, дети — у
бабушки, в доме находился только муж Елены.

— Возгорание началось в 15.54, но в доме сначала дыма не было, так как горел
небольшой участок гаража. Естественно, муж не заметил, что начался пожар. В то
время наш сосед, увидев, что горит дом, вызвал пожарных. Муж заметил из окна,
как к дому бегут соседи с лопатами, вышел на улицу и, увидев, как начал гореть и
дымится гараж, который находился в доме, вместе с соседями стал выгонять машины,
выносить имущество из гаража, пытаться тушить огонь снегом. Пожарные заверяют, и
об этом говорилось на суде, что они приехали в 16.10, но соседи могут
подтвердить, что прибыли они только в 16.20, — рассказывает женщина. — Когда они
подъехали, горел небольшой участок одной стены гаража снаружи, примерно 15 кв.
м, и дом можно было потушить буквально за 15 минут.

Как дальше развивались события, Елена Синькова знает со слов соседей и мужа.
По их словам, несколько минут пожарные готовились и к тушению приступили в
16.25, почти через полчаса после поступления заявки диспетчеру. К тому времени
пожар уже охватил значительную часть дома. Из толстой папки, заполненной
многочисленными справками, документами, рапортами, Елена достала распечатку
объяснений одного из свидетелей пожара на суде. По словам соседа, несмотря на то
что к месту происшествия вначале подъехали две пожарных машины, в которых было
несколько человек, занимался тушением огня только один пожарный — из одного
ствола.

— Хотя везде по документам они указывают, что было подано два ствола и
осуществлялась бесперебойная перекачка воды в первую машину от другой пожарной
машины, — говорит Елена Синькова. — Никакой перекачки воды не осуществлялось
вообще. Об этом сообщили на суде все свидетели. Когда в стволе закончилась вода
и ее не оказалось и во втором автомобиле, подъехала третья машина, к которой
подцепили шланг, и один пожарный продолжил ликвидировать огонь. Один из соседей
слышал фразу, брошенную пожарными: «Мы это не потушим». Я думаю, у них просто не
было цели тушить. Ходил один пожарный и даже не лил воду, а брызгал, как цветы
опрыскивают.

Елена Синькова убеждена — ее дом сгорел из-за неорганизованности и
неоперативности пожарных. В чем же причина возгорания, женщина не знает,
предполагает, что, возможно, это был поджог. Однако пожарные выдвигают другую
версию. По их мнению, пожар произошел из-за замыкания электропроводки или из-за
неисправности электрогенератора. Елена Синькова не согласна с этой версией,
говорит, что электропроводка была исправна, к тому же с 15 ноября во всем
поселке не было света, а генератор в этот день не работал.

Проведенная для установления причины пожара экспертиза проходила, по мнению
женщины, не совсем компетентно. — Без нашего ведома сотрудники подразделения,
которое проводило экспертизу, прибыли на наш участок, хотя это частная
собственность. Когда я узнала об этом, приехала туда, и нам стали показали
найденную на месте пожара обугленную проводку. Я не специалист, поэтому
попросила, чтобы они подождали мужа, но мне отказали. Ее и посчитали
доказательством того, что пожар произошел из-за замыкания электропроводки. Когда
я показала эту проводку мужу, он сказал, что это медный провод и он вообще не
имеет никакого отношения к электропроводам в доме. И тем не менее пожарные
говорят, что мы сами виноваты, поэтому они не обязаны нам выплачивать
компенсацию.

Сумма ущерба была занижена

Когда дом уже догорал и было понятно, что его не спасти, к мужу Елены
Синьковой подошли сотрудники МЧС с бумагой, в которой оговаривалась стоимость
причиненного ущерба. По словам женщины, муж был в состоянии глубокого шока от
случившегося, поэтому поданный ему документ подписал не глядя. В нем было
написано, что сумма ущерба составляет 210 тысяч рублей. Каким образом была
рассчитана эта сумма, Елена не знает, поэтому первым делом иркутянка подала
судебный иск о заниженной стоимости ущерба и обжаловала в суде этот документ. В
итоге документально была подтверждена сумма ущерба в размере 1 млн 800 тысяч
рублей. Затем женщина подготовила судебный иск в Кировский районный суд о
халатности пожарных и возмещении нанесенного ущерба.

— Наше дело начали затягивать, мы ходили по судам с февраля месяца, и только
в начале июля состоялось заседание, — вспоминает Елена. — В суде вся информация,
в частности от свидетелей, была просто перевернута. Например, свидетель на суде
подтвердил, что у нас был генератор, но на вопрос: «Пользовался ли им хозяин
дома в день пожара?» ответил, что не знает. Однако в решении суда написано:
«Свидетелю известно, что у Колгина (муж Елены Синьковой. — Прим. ред.) в гараже
стоял генератор, которым он пользовался, так как в тот день и предыдущие дни в
садоводстве не было электричества».

По словам Елены, для Иркутска это прецедент, еще не было случаев, чтобы на
пожарных города подавали в суд. Мы связались с противопожарной службой, и вот
что нам рассказал по этому поводу заместитель начальника Федерального
государственного казенного учреждения «2-й отряд «Федеральной противопожарной
службы по Иркутской области» Игорь Уткин, который выступал по этому делу на
суде.

— На момент прибытия пожарных фактически весь дом был охвачен огнем, поэтому
основные силы мы направили на рядом стоящие строения. Согласно исследованиям
лаборатории отдела дознания, источник зажигания находился внутри дома, возможно
это была неисправная проводка или проблемы при работе электрогенератора. Пожар
тушили по всем существующим нормам, но стоит отметить, что садоводство, где
находился горящий дом, не было оборудовано источником наружного противопожарного
водоснабжения, поэтому, чтобы заправиться, нужно было ехать достаточно далеко,
до микрорайона Юбилейного. Наши действия на пожаре получили положительную оценку
таких квалифицированных компетентных организаций, как Главное управление МЧС
России по Иркутской области и Сибирский региональный центр МЧС России, —
рассказал Игорь Уткин.

Погорельцы удивляются странностям

Впрочем, Елена Синькова продемонстрировала нам пожарно-техническое
исследование, сделанное компанией «Байкальский экспертно-правовой сервис»,
которое подтверждает версию пострадавшей от пожара иркутянки. По ее словам, в
этом деле есть еще масса других странных несовпадений.

— Пожар произошел 20 ноября, а во всех документах, включая решение суда,
стоит дата 18 декабря, площадь одноэтажного дома 8 на 13 метров — 104 кв. метра,
а в рапортах написано: «Горел двухэтажный дом размером 5 на 8 метров», с
площадью горения 90 кв. м, — рассказывает женщина. Решение суда семья Елены
Синьковой намерена обжаловать. А еще хочет обратиться на центральное телевидение
в передачу «Пусть говорят». — Мы уже написали жалобу президенту, в центральное
управление МЧС, после чего была организована проверка пожарной части, которая
ничего не выявила, никакой халатности.

Но нам хочется, чтобы справедливость восторжествовала. Конечно, мы требуем
компенсации ущерба, но прежде всего надеемся, что решение по нашему делу будет
справедливым, — говорит Елена.

Сейчас семья Елены Синьковой не имеет своего жилья и живет в разных местах —
сама она поселилась у мамы, муж — в бане рядом с пепелищем, дети — у бабушки. На
месте сгоревшего дома уже строится новый. Елена надеется, что новое жилье не
постигнет та же участь.

Загрузка...