Иркутск: доморощенные вандалы атакуют город

Уличное хулиганство и беспощадный вандализм все чаще приобретают в областном центре массовый характер

Изуродованные памятники и скульптуры, разбитые фонари, сломанные лавочки... Мы уже не замечаем истерзанных сидений в маршрутках и автобусах и неприглядных надписей на стенах и фасадах зданий. А между тем разрушительные действия варваров и хулиганов ежегодно влекут сотни тысяч рублей ущерба.

Улицы разбитых фонарей

Не так давно в Центральном парке культуры и отдыха Иркутска установили 300
уличных светильников. Итог, увы, плачевный. В общей сложности больше сотни
фонарей беспощадные вандалы привели в негодность. Ушлые мародеры сняли провода,
окрестная шпана разбила плафоны. Остальные, во избежание дальнейших убытков,
городские службы сняли и увезли на склад.

— Такие ситуации не единичны. Очень часто уличные фонари становятся объектами
актов вандализма, — говорит Евгений Ветров, заместитель начальника управления
жилищного хозяйства и инженерных коммуникаций администрации города. — В итоге
вместо того, чтобы ставить новые объекты освещения, мы тратим муниципальные
деньги на восстановление старых. Ну что тут скажешь? Безобразие!

Так, первое место в печальном хит-параде занимают фонари на объездной дороге
между микрорайонами Первомайским и Университетским. Светильники меняют там с
завидной регулярностью. На второй и третьей строчках значатся микрорайоны
Синюшина Гора и Ново-Ленино. Ежегодно действия вандалов приносят убытки в сотни
тысяч рублей.

— Часто бьют фонари и на конечной остановке микрорайона Первомайского, —
добавляет Евгений Ветров. — Одно время, дабы предотвратить акты вандализма,
сотрудники организации, которая эксплуатирует уличное освещение, даже
собственными силами патрулировали остановку.

Яйцо красят, Александра калечат

Еще один яркий факт вандализма — виолончель на Урицкого, в самом центре
города. Памятник уличным музыкантам установили в прошлом году в первых числах
августа, а уже в декабре, через четыре месяца, вандалы отломили гриф каменного
инструмента. Сейчас на месте виолончели лишь одиноко торчит металлический штырь.
Впрочем, буквально на днях восстановленный памятник вновь вернут на прежнее
место. Все расходы на реконструкцию взял на себя автор проекта Илья Ставский.

Немногим дольше радовала иркутян и позитивная розетка — нетривиальный
арт-объект, сулящий горожанам энергию денег. Минувшей зимой ее оторвали. Зачем —
остается только гадать. Есть у местных вандалов и особо любимые архитектурные
объекты. Например, скульптуру Вампилова в сквере у драмтеатра и постамент бюста
Юрия Гагарина на набережной Ангары не раз разукрашивали и обливали гудроном.
Однако все рекорды по количеству беспощадных актов вандализма побивает памятник
императору Александру III. За 11 лет новейшей истории объект десятки раз
подвергался нападениям. В иных случаях вандалы срывали с металлической ограды
гербы, в других — спиливали короны с двуглавого орла. Однажды объектом наживы
стали даже пенопластовые буквы с постамента памятника императору.

С завидной регулярностью хулиганы-шутники красят на Пасху и гранитное яйцо —
часть памятника русско-японской дружбе, что стоит на углу Канадзавы и Марата.

— И это было бы смешно, если б не было так грустно, — говорит Андрей
Маркелов, ответственный секретарь административной комиссии Кировского и
Куйбышевского районов Иркутска. — Вы только представьте, скольких трудов стоит
сотрудникам коммунальных служб привести памятник в первозданный вид!

Ломают, разбивают, мусорят, гадят...

Еще одна боль города — подземные переходы, в особенности на улице Лермонтова.
Разбитые фонари и плитки, изрисованные стены, мусор, грязь, обрывки объявлений —
нравам современной молодежи местный дворник только диву дается.

— Ломают, разбивают, мусорят, гадят, — негодует дворник Сергей Николаевич,
подметая переход на улице Лермонтова. — Зачем, ради чего? Я не понимаю.

Между тем коммунальные службы регулярно меняют в переходе светильники и
плитки, драят стены специальными моющими средствами. Обслуживание лишь одного
подземного перехода на остановке «Технический университет» ежегодно обходится в
500 тысяч рублей. И даже антивандальные светильники, которые установили три года
назад, оказались по плечу окрестному хулиганью.

— Да, переходы по улице Лермонтова самые проблемные, — подтверждает Дмитрий
Бондарчук, начальник отдела содержания улично-дорожной сети администрации
Иркутска. — Такие статьи расходов, как замена светильников и керамической
плитки, давно включены в смету обслуживания. Ежегодно действия вандалов
обходятся городской казне в сотни тысяч рублей.

В настоящий момент, по словам сотрудников городской администрации, решается
вопрос о передаче подземного перехода на политехе в ведение частной
автопарковки, расположенной рядом. Обязательным условием договора аренды будет
обслуживание перехода и установка камер видеонаблюдения.

— Не так давно в переходе по улице Сергеева на Синюшиной Горе были
установлены видеокамеры с выходом на пункт охраны, — добавляет Дмитрий
Бондарчук. — Если не считать единичных случаев краж самих видеокамер, то система
работает. Мы в этом убедились.

Достается и автобусам, и электричкам

К камерам, а если быть точнее — к видеорегистраторам, планируют прибегнуть и
автопредприятия. Уж кто-кто, а водители городского общественного транспорта о
вандализме знают не понаслышке. — На спинках рисуют, сиденья режут. Смотрите,
что творится! — возмущается водитель автобуса № 24, демонстрируя «подвиги»
бескультурной шпаны. — И ведь пассажиры молчат, им хоть бы что! В общем,
свинство да и только!

Подтверждает ситуацию и Алексей Колмаков, депутат городской думы, заместитель
председателя Ассоциации автотранспортных предприятий Иркутска.

— И частному, и муниципальному общественному транспорту вандализм доставляет
массу проблем. Грязные салоны, истерзанные сиденья, неприличные надписи,
дурацкие рисунки, — отмечает Алексей Колмаков. — Мы даже планируем оборудовать
автобусы видеорегистраторами, которые будут фиксировать происходящее в салоне.
Надеюсь, такая мера принесет результат.

Достается от вандалов и троллейбусам, и трамваям, и даже пригородным
электричкам. Так, по данным Байкальской пригородной пассажирской компании,
только за прошлый год с мая по декабрь в электричках было зафиксировано почти 30
случаев вандализма, в том числе 1 поджог салона, 12 порезов сидений, 8 фактов
поломки дверей, 5 — битья стекол, 3 — нанесения граффити. Словом, кто на что
горазд.

Ущерб большой, а вот штрафы не очень

Вандализм и хулиганство влекут за собой огромные убытки. Для наглядности еще
пара цифр: стоимость покраски одного вагона, разукрашенного граффити, — 100
тысяч рублей, цена светоопоры и электрооборудования на один фонарь — порядка 30
тысяч, а замена обшивки в салоне автобуса стоит не меньше 25 тысяч. Зато штрафы,
надо сказать, куда более гуманны. Например, согласно 107-му областному закону от
17 ноября 2007 года, такие злодеяния, как порча лавочек и каруселей,
предусматривает штраф в размере от 1000 до 3000 рублей, а самовольные надписи и
рисунки пристойного содержания — от 500 до 1500 рублей. Кстати, аналогичное
творчество из разряда похабщины относится уже к другому, 98-му областному закону
о нарушении общественного правопорядка и предусматривает штраф до 1000 рублей.
То есть материальная расплата за нецензурное словечко обходится дешевле, чем
портрет любимой девушки или признание в любви. Впрочем, это не так уж и важно,
ведь на деле до санкций, увы, редко доходит.

— В моей практике, а я работаю здесь свыше 15 лет, привлечений к
административной от-ветственности за такие правонарушения, как повреждение
лавочек или порча сидений в салонах автобусов, встречалось крайне мало. И если
уж говорить откровенно, то даже эти единичные случаи я ставлю под сомнение.
Очень часто предъявление подобных обвинений — это не более чем галочка.

Вместе с тем кроме законов об административных правонарушениях есть у властей
и более жесткие инструменты воздействия, например такие статьи УК РФ, как
«Вандализм» и «Умышленное уничтожение, разрушение или повреждение памятников
истории и культуры». И хотя даже столь рядовое злодеяние, как нанесение рисунков
на городские скульптуры и памятники архитектуры, можно с успехом отнести к любой
из названных статей, похвастаться здесь, к сожалению, нечем. К уголовной
ответственности за подобные правонарушения ежегодно привлекаются лишь единицы.

— Как правило, акты вандализма совершают с осторожностью, под покровом ночи.
И зачастую поймать за руку злостных нарушителей не представляется возможным. В
этом и состоит главная сложность, — комментирует ситуацию Дмитрий Забродин,
сотрудник пресс-службы УМВД по городу Иркутску. — Лишь 10—15% подобных
преступлений удается раскрыть по горячим следам.

Пьянству — бой!

Запрет на распитие спиртных напитков в общественных местах — это еще один
закон, который мог бы уберечь и фонари, и скверы, и детские площадки. Для
примера — один из рядовых дворов в Студгородке, по улице Ивана Франко. Еще
несколько лет назад на площадке стояли тренажеры, теннисный стол, шесть скамеек
и яркое спортивное сооружение с канатами, веревочными лестницами, кольцами...
Сейчас остатки былой роскоши более чем скромные. Металлические тренажеры и урны
спилили, теннисный стол бесследно исчез. А вот скамейки и лавочки убрали сами
жители. Аргумент один: нет больше сил терпеть безобразия.

— С раннего утра и до самого вечера молодежь сидит и пьет спиртные напитки. И
здесь же пустые пивные бутылки, здесь же окурки и всяческий мусор, —
рассказывает жительница Студгородка, молодая мама Юлия Тунч. — В итоге все, что
не спилили и не унесли, сломали и испортили. Теперь и старикам не выйти, и с
детьми не погулять. Кстати, представители управляющих компаний подтверждают:
дворы, расположенные рядом с колледжами и вузами, числятся в списке особо
проблемных.

— Да, есть определенные районы и дворы, где детские площадки и лавки у
подъездов становятся любимым местом сбора окрестной молодежи, — комментирует
гендиректор ОАО «Западное управление жилищно-коммунальными системами» Александр
Барташов. — Часто праздный отдых сопровождается употреблением спиртных напитков,
после чего дворовые объекты — урны, лавочки, качели — нередко, к сожалению,
приходят в негодность. В итоге территория теряет внешний вид, а жители,
соответственно, теряют нервы.

Вместе с тем, по информации Александра Барташова, не так давно три крупные
иркутские управляющие компании — Северное, Западное и Южное управления
жилищно-коммунальными системами — заключили контракт с одним из иркутских
охранных агентств. Теперь, став свидетелями пьяных сборищ или актов вандализма,
жители могут обратиться не только в полицию, но и вызвать экипаж ЧОП. По
условиям договора, сотрудники охранного агентства должны незамедлительно
реагировать на все подобные звонки.

Закон есть, но работает плохо

Между тем, по данным городской полиции, любителей выпить в общественных
местах к административной ответственности все же привлекают. В среднем по 10
человек за сутки. А значит, если закон и работает, то явно не в полную силу. И,
прогулявшись вечером в Студгородке, мы лично в этом убедились. Например, на
территории роликодрома, расположенного рядом с детским садом по улице Игошина,
мы насчитали четыре шумные компании, которые абсолютно открыто, ничего не боясь,
коротали вечер, попивая пиво. На роликах, понятное дело, никто не катался.

Аналогичное веселье царило и на площади у одного из супермаркетов — самом
оживленном месте в районе. Жителям рядом стоящего дома остается посочувствовать.
Музыка и пьяный ор раздаются под балконами до самой полуночи.

— То есть закон есть, а работает плохо. В этом-то, собственно, и наша беда, —
комментирует ситуацию Андрей Маркелов. — Неотвратимость наказания — это
непреложный принцип юриспруденции. А если же он не соблюдается, то и система,
соответственно, уже не работает.

В чем причина?

И все же откуда эта дикость и беспощадный вандализм? Чем продиктована
потребность неких весьма сомнительных личностей все ломать, уничтожать,
разбивать и портить? Что это — способ самовыражения или просто издержки дурного
воспитания? По мнению Ольги Лобановой, медицинского психолога терапевтического
отделения Иркутского областного психоневрологического диспансера, дело обстоит
так.

— Если говорить о молодежи, то нарушение неких правил и норм — это прежде
всего попытка самовыражения. Вы, наверное, не раз замечали, что молодые девушки
и парни любят сидеть на спинках скамеек. Кстати, учитывая данный факт, в ряде
российских городов давно ставят скамейки с острыми или очень высокими спинками.
И, по-моему, это отличное решение проблемы. В целом же всплеск вандализма, то
есть умышленного уничтожения и разрушения, — это еще и признак некоторой
нестабильности. В одних случаях столь сомнительным образом люди выражают свой
протест власти, в других же это реакция на социальное неравенство, на царящий
произвол, на безысходность. — И, конечно, вандализм и хулиганство — это еще и
своеобразный барометр, который наглядно демонстрирует общий уровень культуры. А
таковой, к сожалению, оставляет желать лучшего.

Что же делать, как же быть?

И все же как бороться с уличным хулиганством и повсеместным варварством?
Какие меры помогут усмирить шпану, сохранить целостность скульптур и скамеек,
избавить городские службы от материальных издержек? «Камеры видеонаблюдения»,
«Увеличение количества нарядов ППС», «Бдительное родительское око и работа с
молодежью» — вот основные варианты ответов наших собеседников.

— Надо воспитывать самих себя и воспитывать подрастающее поколение горожан, в
том числе и вовлекая молодежь в процесс благоустройства города, — считает
директор одного из крупных охранных агентств, депутат городской думы Сергей
Юдин. — Ведь даже такие общественные акции, как субботники или посадка деревьев,
не только воспитывают в молодежи социальную ответственность, но и в полной мере
позволяют ощутить свою причастность к жизни города.

А вот по мнению Андрея Маркелова, победить вандализм и уличное хулиганство
можно лишь при условии соблюдения главного принципа — неотвратимости наказания.

— А что для этого нужно? Первое и самое главное — активность и неравнодушие
самих горожан. У нас, к сожалению, еще с советского времени считается, что
заявить о правонарушении — это значит донести, настучать, настрочить кляузу. А
между тем за рубежом, в странах с высоким уровнем общественной безопасности,
заявить о правонарушении случайного прохожего или даже соседа, который бросил
окурок или, скажем, ударил домашнего питомца, — это в порядке вещей. И я считаю,
что это правильно. Ведь если ты соблюдаешь закон, то почему кто-то его нарушает?
Ну и второй обязательный фактор, который напрямую влияет на соблюдение норм
законности, — это должная работа правоохранительных органов и увеличение
количества нарядов ППС. Я не знаю, с чем связана нехватка полицейских на
иркутских улицах. Возможно, это результат сокращения штатов в рамках масштабной
реформы МВД, а возможно, и просто невнимание к вопросу правопорядка и
общественной безопасности. И тем не менее нарядов ППС на улицах сегодня остро не
хватает.

Метки:
baikalpress_id:  24 641