Когда достроят онкодиспансер?

Пациенты ракового корпуса продолжают находиться в крайне некомфортных условиях

Иркутянка Зоя Олейник обратилась к нам в газету со своей бедой. У Зоиной бабушки диагностировали рак. И после столкновения лицом к лицу с российской системой здравоохранения семья пребывает, мягко говоря, в горьком недоумении. И на их вопросы словно бы нет ответов. Мы решили поделиться этой историей с нашими читателями, поскольку она довольно типична. Любой человек, в чей дом приходила беда под названием «онкология», узнает в ней до боли знакомые черты.

Пять часов в коридоре

Зоя Олейник поделилась с нами грустной историей, конец которой еще не
положен.

— У моей 75-летней бабушки начал болеть живот, и она обратилась к врачу. Тот
направил ее на УЗИ, во время которого и была диагностирована опухоль. Нам
рекомендовали обратиться в онкологический диспансер. И уже первая встреча с этим
заведением пробудила в нас очень много негативных эмоций. Толпы народу, теснота
и духота... Представьте себе маленький, узкий коридор и очереди буквально во все
кабинеты. Если в коридоре кого-то везут на коляске, вся очередь встает, потому
что иначе коляска не проедет. Если два человека идут по коридору навстречу друг
другу, то разойтись им невозможно, кому-то нужно уступить дорогу. Бабушке
пришлось отсидеть в очереди несколько часов, после чего она услышала от врача:
«Что вы к нам пришли с одним лишь результатом УЗИ и без всяких анализов?» Но о
том, что нам нужны какие-то дополнительные обследования, мы не знали. Когда
человек приходит на первичный прием, логично, что порядок действий ему непонятен
и неизвестен. Откуда мы о них вообще должны были знать? Мы и без того пребывали
в полной растерянности и панике. В результате бабушку направили на специальное
обследование, которое помогло бы определить характер патологичных клеток.

Ну разве это нормально — провести в очереди к врачу 3—5 часов? Людям средних
лет для этого приходится отпрашиваться с работы или брать отгул, пенсионерам
просто физически тяжело столько времени провести в больнице.

— Что вас ждало после сдачи этого анализа?

— Ждать результата нам пришлось две недели, после чего мы отправились на
вторичный прием. Нас ждала повторная очередь к тому же самому врачу. У бабушки
оказалась злокачественная опухоль. Мы ждали рекомендаций, плана лечения,
направления на операцию, но вместо этого получили направление еще на два
обследования — ФГС и колоноскопию. Мне непонятно, почему направления на анализы
нельзя было дать сразу? В результате на это у нас ушел примерно месяц.

Очередь на операцию

— Когда же решился вопрос с госпитализацией?

— Нас направили к заведующему отделением, чтобы решить вопрос госпитализации.
Оказывается, на операции существует очередь, и нас записали на госпитализацию
лишь через месяц. Очереди на операции по удалению раковой опухоли могут говорить
лишь об одном: поток нуждающихся в этом велик. Но ведь это та болезнь, где
промедление действительно смерти подобно. И как же люди со второй и третьей
степенью рака? Тоже ждут?

Уже после госпитализации нас ждал очередной виток странностей. Мы искренне
полагали, что если в понедельник бабушку кладут в больницу, то в среду или в
четверг будет операция. Но бабушке пришлось сдать еще целую кучу анализов,
которые вполне можно было бы сдать амбулаторно: общий анализ крови и мочи,
кардиограмму, кровь на сахар. Причем брали по одному анализу в день. На это ушла
целая неделя. Палата на 4 человек, неудобные кровати, расположенные впритык друг
к другу, один туалет на этаж — все это и без того малокомфортное пребывание в
больнице делает очень тяжелым, как физически, так и психологически. В
понедельник бабушку ждал еще один анализ, который выявил наличие воспалительного
процесса, и нас отправили домой. Операция перенесена.

— Как себя бабушка сейчас чувствует?

— Она в шоке. Мы стараемся не накручивать себе, гоним дурные мысли, но очень
хочется забыть все это как страшный сон. Вся наша семья сейчас пребывает в
растерянности, мы оказались один на один с бедой и не чувствуем опоры в лице
государства. Может быть, если бы у нас были нужные связи, процесс можно было бы
и ускорить. Но мы не чьи-то друзья, не чьи-то родственники... И таких людей
много. У нас прекрасный лечащий врач в самой больнице. Он производит впечатление
умного и адекватного человека, внимательно относится к пациентам, идет на
контакт, отвечает на вопросы. Но у меня есть несколько важных вопросов к
вышестоящим лицам: неужели нельзя ускорить процесс диагностики — как в
поликлинике, так и в больнице?

Почему пациентам сразу не выдается весь список необходимых анализов? Почему
при дикой очереди на госпитализацию первую неделю пациенты сдают простейшие
анализы и только на вторую неделю получают необходимую помощь? Ну и самое,
пожалуй, главное: из СМИ жители Иркутской области примерно раз в квартал слышат
про новое здание областного онкологического диспансера. Я была уверена, что оно
уже сдано и именно там ведется прием. Оказалось, это совсем не так.

Действительно, в средствах массовой информации, в том числе и в нашей газете,
с немалой помпой сообщалось о скором запуске нового здания. Рассказывали о
закупках нового оборудования, стажировках врачей. Озвучивалось, что новый
диспансер откроется в декабре 2011 года, потом — в начале 2012 года. Однако
первая треть года давно позади, но в онкодиспансере так ничего и не изменилось.

Онкодиспансер в последние годы был, без преувеличения, главным медицинским
объектом области. И если с запуском главного объекта наблюдаются такие
трудности, то что тогда говорить о рядовых районных поликлиниках?

Между тем

Аудиторами Контрольно-счетной палаты Иркутской области в результате проверки
целевого и эффективного использования средств программы модернизации
здравоохранения Иркутской области на 2011—2012 годы, направленных на завершение
строительства хирургического корпуса с пансионатом для больных
Восточно-Сибирского регионального онкологического центра, было выявлено, что из
717 млн рублей, предусмотренных на эти мероприятия в 2011 г., использовано лишь
409 млн рублей, что составляет 57% от обозначенной суммы.

Как рассказала на заседании комиссии по контрольной деятельности
Законодательного собрания Иркутской области аудитор КСП Ольга Ризман, по
результатам проверки всего было выявлено нарушений на сумму 555 млн рублей, в
том числе средств, использованных с нарушением действующего законодательства, на
сумму 478 млн рублей. Ко всему прочему, были нарушены все сроки сдачи
долгостроя, который должны были ввести в эксплуатацию еще в декабре 2011 года.

По словам депутата ЗС, главного врача онкодиспансера Виктории Дворниченко,
качество работ, которые провел подрядчик, ОАО «Иркутскгипродорнии», также
оставляет желать лучшего. Не были устранены замечания экспертной комиссии,
которая проверяла качество строительства крыши онкоцентра еще в 2009 году. За
многочисленные нарушения КСП было предложено наложить штраф на ОАО
«Иркутскгипродорнии» в размере 17 млн рублей, на что Виктория Дворниченко
заметила, что на данный момент первоочередной задачей является завершение
строительства онкоцентра, после чего можно вести дальнейшие разбирательства с
подрядчиком и возвращать в бюджет использованные не по назначению
средства.

Метки:
Загрузка...