«Акулы дайверов не едят!»

Иркутянин плавал вместе с акулами и совершил рекордное погружение в Байкал

Геннадий Мисан, руководитель клуба подводного плавания «БайкалТек», — человек во всех смыслах уникальный. Он первый из любителей подводного плавания совершил рекордное погружение в Байкал на глубину 154 метра. Вместе со своей спутницей Татьяной Опариной составил первую карту мест погружений на Байкале, объездил фактически весь мир, занимаясь дайвингом в самых экзотических местах, и даже собственную свадьбу отпраздновал под водой на глубине 100 метров, тоже первый из иркутских дайверов. Мы встретились в его дайвцентре, который больше похож на музей. В нем и раритетные находки, привезенные из разных стран, и снаряжения водолазов времен чуть ли не Великой Отечественной.

Заморская экзотика

— Как вы увлеклись дайвингом?

— Я как-то всегда с водой был на «ты», хорошо плавал. Можно сказать, что в
детстве я был хорошим фридайвером. Поэтому когда начал заниматься дайвингом, я
как-то сразу вошел в эту тему, для меня это было легко. Я совершил примерно 5—6
тысяч погружений — казалось бы, за это время дайвинг мне должен надоесть, но мне
по-прежнему он нравится.

— Вы бывали в разных странах, погружались в экзотических местах, расскажите о
самых ярких впечатлениях от поездок.

— Я совершал погружения на Красном море в Египте, на Балтийском и Черном
морях, на островах Таиланда, Филиппин, Индонезии, Тихого океана. Да всех мест и
не перечислишь. Вот сейчас мы вернулись с Палау, это остров в Тихом океане. Нас
покорило то, что там фактически ничего не изменилось с тех пор, когда мы
приезжали туда в первый раз, семь лет назад. Красивые разнообразные кораллы,
много живности. А вот на Красном море, напротив, в течение двух десятков лет
подводный мир, можно сказать, превратился в пустыню. Это результат постоянной
рыбалки и подводной охоты.

После Палау мы побывали на полинезийском острове Яп, это место еще называют
островом каменных денег. Так вот, там есть банк, где стоят огромные каменные
деньги. Это большие плиты, которые местные жители носят на плечах. Вообще-то
валюта у них доллар, хотя это независимое государство, но в ритуальных
взаиморасчетах между племенами, кланами эти деньги имеют реальную силу.

Дайвинг там тоже имеет свои особенности, в основном за счет невероятного
красивого подводного мира. А вообще во время поездок видели массу всего
интересного. Поразило Черное море обилием затонувших кораблей. Помню, однажды
спустились на глубину 85 метров и увидели совершенно нереальную картину — на
ровном песчаном дне стоит красивый огромный парусник, совершенно не
поврежденный, как будто он плыл по песку. Это был легендарный английский
парусник «Агнесс Блейк», затопленный в годы Крымской войны в 1855 году.

Наверное, самые необычные впечатления остались от подводного мира
Галапагосских островов. Однажды мы увидели, что вокруг нас плавают сотни акул.
Хотя понимаешь, что акулы в принципе безопасны и нападают крайне редко, но когда
такая машина, вооруженная большими зубами, движется на тебя и пристально
смотрит, а в последний момент отворачивается и уходит в сторону, то становится,
мягко говоря, не по себе. Кстати, среди них были китовые акулы (китовые акулы не
хищные, а питаются планктоном), длина которых примерно 15 метров. Когда мимо
тебя проплывает такая «подводная лодка», это впечатляет.

— Но ведь считается, что акулы — хищные и коварные животные, которые нападают
на людей?

— Нет, они практически безопасны. Просто благодаря фильмам возникла такая
нервозная обстановка вокруг акул. Вот смотрите, за несколько лет от акул
пострадали два человека в Красном море, а каждый год от терактов, преступности
погибают десятки туристов. А сколько жизней уносят ДТП и авиакатастрофы? Акула
нападает только в самых исключительных случаях, тогда, когда может перепутать
человека с морским животным. В той ситуации на Красном море, скорее всего,
возникло много факторов, в общем ситуация малореальная. Так что дайверами акулы
не питаются!

— Вы неоднократно погружались в экстремальных условиях, в местах с обилием
экзотической хищной живности. Не было чувства страха?

— Если соблюдаешь правила безопасности и ничего не трогаешь, то бояться
нечего. Но в воде, конечно, бывало всякое. Как-то на тех же Галапагосах меня
укусил морской лев. Не сильно, слегка прихватил. Это было первое погружение —
проверочное, мы под водой подошли близко к лежбищу, и в какой-то момент я
почувствовал, как меня кто-то мягко так схватил за ногу. Я развернулся и увидел
перед собой огромного морского льва. Он был невероятно большой. Видимо, это был
вожак, хозяин лежбища. Он так укоризненно на меня посмотрел, как будто
пригрозил: «Ты близко не подходи!» Поступил он, можно сказать, деликатно, по
идее мог бы вообще ногу откусить.

Золото Колчака пока не нашли

— Вы имеете более чем двадцатилетний опыт подводного плавания. Наверное, для
вас Байкал как родной дом, или еще есть неизведанные места?

— Байкал — это одно из лучших мест для погружений в мире. Более того, когда
мы были в Монте-Карло, в музее океанологии, видели экспозицию — 50 фотографий из
лучших в мире мест для погружения, и там был Байкал. Мы провели детальное
исследование подводного мира Байкала, открыли места погружений и составили схемы
этих участков. В плане исследования это, конечно, колоссальная работа. До нас в
таком масштабе никто не проводил детального изучения озера. Сегодня по этим
схемам проводится исследование Байкала, погружаются дайверы. Проходит так
называемое дайвинг-сафари, когда люди приезжают, садятся на корабль, идут по
всему Байкалу, по конкретным точкам, которые нами уже исследованы, описаны. Эта
работа проводилась в течение 10 лет и ведется до сих пор, и сейчас белых мест на
Байкале для нас почти не осталось.

— Я знаю, что вы даже поставили рекорд на Байкале.

— Да, я совершил погружение на 154 метра, глубже на Байкале еще никто не
нырял. Мы пригласили журналистов, чтобы запечатлеть этот момент. Но мы же ныряем
не ради таких достижений; для того чтобы сделать рекорд, люди отъезжают подальше
от берега на глубокое место, опускаю веревку с грузом и погружаются вдоль нее.
Мы же погружаемся туда, где есть интересные стенки, глубоководные каньоны, чтобы
увидеть своими глазами красоту подводного мира.

— А золото Колчака по-прежнему дайверы ищут на Байкале?

— Историю про золото Колчака придумал я примерно в 1997 году. Мы нашли на
Байкале в районе КБЖД глубокий дайв-сайт (место погружения. — Прим. ред.), на
котором лежат разрушенные вагоны. Понятно, предположили, что на этом поезде мог
ехать Колчак, и три года назад мы впервые на этой истории заработали деньги. Мы
участвовали в съемках фильма, предоставили съемочной группе корабль, ныряли,
были моделями. Фильм снимала киностудия Роскосмоса, его часто показывают по
центральным каналам. Если не ошибаюсь, он называется «В поисках золотого
эшелона». То, что на дне Байкала остатки именно военного эшелона, говорят наши
находки. Мы обнаружили там патроны, бутылки старинные, раритетные, интересные
остатки крушения, например латунный клапан паровоза, оружие находили, к примеру
нашли штык, половину ружья. Так что золото Колчака вполне может быть и на дне
Байкала.

— Для дайвинга на Байкале к нам часто приезжают знаменитости. С кем удалось
познакомиться, поработать?

— Несколько раз погружались с Андреем Макаревичем, а еще к нам приезжала
уникальный московский фотограф Ольга Каменская, создавшая единственный в России
фотоальбом, рассказывающий о подводном мире Байкала. Сейчас по России
гастролирует ее выставка «Байкал — царство воды и льда», планируются гастроли по
Европе. Но, к сожалению, когда эта выставка была в Иркутске, никто из власть
имущих не проявил к ней никакого интереса. Хотя то, чем Ольга занимается — это
огромнейшая реклама Байкала. А Иркутская область — это тот регион, который по
идее должен жить туризмом, а не нефтехимией, к примеру. В идеале Ольге нужно
было присудить звание почетного гражданина Иркутской области, потому что она
реально очень много делает для прославления Байкала.

В Листвянке воду пить нельзя

— Вы погружались в Байкал и десять, и двадцать лет назад. Как изменилось
озеро за последние годы?

— Кардинальные экологические изменения произошли в Листвянке. Там сейчас воду
пить нельзя. Все дно Байкала в этом месте покрывают бурые водоросли, из-за того
что происходит слив воды, связанный с использованием местными жителями большого
количества моющих средств. Люди сливают мыльную воду в ручьи, которые впадают в
Байкал. Кроме того, у нас неразвита служба приема вод у кораблей. К тому же
корабли моют порошком свои палубы. Нужно просто проводить экологическую работу
среди капитанов и жителей Листвянки, ведь нет никакого разъяснения по этому
поводу. В нашем дайвцентре работают дайверы-лимнологи, они принесли образцы воды
в Лимнологический институт, где ее проверили, и оказалось, что концентрация
вредных веществ там превышает норму в несколько раз. Кстати, сами бурые
водоросли тоже наносят вред Байкалу. Они уничтожают все живое, а потом они сами
отмирают, и продукты отмирания портят воду. Вообще, бурые водоросли — это
признак некачественного водоема.

В целом мы увидели, что наша наука не знает многих вещей. Например, в прошлом
году мы выяснили, что ученые не в курсе, что у нас на Байкале есть красная
губка. Сама по себе губка зеленая, но от болезни она становится красной. Для них
это было в новинку, что есть такая болезнь. Или вот еще — у нас есть уникальное
видео со спящей под водой нерпой. Рассказали об этом лимнологам, они сказали,
что этого не может быть, в общем не поверили. Видео спящей нерпы мы сделали в
1996 году, и это стало действительно новостью для ученых.

— О чем вы сегодня мечтаете?

— Мечтаю в Антарктиду съездить понырять. Но это очень затратная поездка,
стоимостью примерно миллион рублей на человека, пока для меня это дорого. А если
говорить о ближайших планах, то у нас планируется сафари «В погоне за льдами». В
течение недели мы будем идти по Байкалу на кораблях, нырять среди льдов и
снимать нерпу. В сафари примут участие несколько фотографов, в том числе Ольга
Каменская. Планируем понырять в мексиканских пещерах, в подводных пещерах
Флориды, хотим съездить на Атолл Бикини (остров около экватора), там, где
производили атомные взрывы. В то время там стояли корабли, они, естественно,
утонули, и сейчас там очень интересный дайвинг — на затонувшие суда. Причем
погружения глубокие, технические, сложные, на течениях, на большой глубине. Так
что планов много. Надеемся, все они сбудутся.

Загрузка...