Как воспитать космонавта?

Накануне праздника 8 Марта мы встретились с одной из самых известных мам Приангарья — мамой космонавта-иркутянина Анатолия Иванишина

Нина Николаевна в курсе последних новостей Центра управления полетами. Она отлично ориентируется на сайте Роскосмоса. Раз в неделю в ее квартире раздается необычный телефонный звонок — с орбиты Международной космической станции. По спутниковой связи Нине Николаевне звонит ее сын — космонавт-испытатель, полковник ВВС Анатолий Иванишин. Звонит, чтобы сказать: «Мама, не волнуйся, у меня все хорошо».

Впрочем, к житейским тревогам и волнениям Нина Николаевна — человек привычный. Да и как иначе, если супруг, Алексей Анатольевич, двадцать с лишним лет отдал службе в уголовном розыске, а единственный сын, мальчик весьма самостоятельный и очень целеустремленный, в 15 лет уже прыгал с парашютом.

— Толя действительно с детства был очень самостоятельным, ответственным мальчиком. Он всегда говорил: «Мама, я сам». И даже в школу, в первый класс, он ходил один. Не разрешал провожать. Я еще одеваюсь, а его и след простыл.

— Папино воспитание?

— Да, папа его стремления поддерживал. Видит, что я уроки с Толей делаю, говорит: «Ну что ты с ним нянчишься?» Ну а сын папу просто обожал. Его авторитет был для него как звезда.

— А ваш муж, Алексей Анатольевич, тоже ведь человек военный?

— В прошлом — сотрудник милиции. Более 30 лет он прослужил на оперативной работе в органах МВД СССР. Порядочный, ответственный, дисциплинированный. А его отец, Толин дедушка, был профессором, ученым. Помню, как муж говорил Анатолию: «Ты должен нести честь семьи высоко!»

— Получается, сын справился. Так высоко редко кому удается.

— Да, Толя всегда старался сделать все, только бы папа был горд за него. Если отец говорил: «Дружище, я тобой недоволен». Все. Это было страшнее всяких наказаний.

— А как родилась его мечта о небе?

— Папа рассказывал сыну, что хотел летать, но не получилось. Толя класса с третьего увлекся авиацией. Помню, в 80-м году мы были в Москве. И уже тогда мы смотрели авиамодели, ездили на ВДНХ в павильон космонавтики.

— И уже тогда сын говорил, что хочет стать космонавтом?

— Нет, никогда не говорил! Он не из тех, кто кричит: «Я все смогу, у меня все получится». Это не в его характере. Он поставил цель и планомерно к ней шел. Молча, настойчиво. Толя ведь только через много лет признался нам, что поступал именно в Черниговское авиационное училище, потому что вычитал в журнале, что 75% советских космонавтов были выпускниками именно этого летного училища.

— А вы от этой затеи его не отговаривали?

— В истребительной авиации ведь сумасшедшие скорости. Анатолий 11 лет отлетал на Су-27. Да, мы отговаривали, но не были категоричны. Анатолий в данном случае остался верен своему решению, которое мы не могли не уважать.

— Читала, что в достижении поставленной задачи Анатолий проявил немалое упорство.

— Да, он всегда четко знал, к какой цели идет. И я не знаю, откуда в нем такие качества. Правда, не знаю. Он уже в 8-м классе твердо решил, куда будет поступать. И наперед зная каким жестким требованиям должны отвечать потенциальные курсанты, Толя планомерно над собой работал. Память, выносливость, выдержка... Он закалялся, ходил к логопеду, работал над дикцией. Помню, он все убеждал меня: «Мама, мне нужны скобы». А я где-то читала, что вследствие скоб зубы в большей степени подвергаются кариесу. Но в итоге он сам все решил, не стал меня ждать — пошел и поставил.

— И все-таки с первого раза в лучшее летное училище страны поступить не удалось.

— Да, медицинская комиссия поставила вердикт: мол, зрение хорошее, но все же недостаточное. Возможно, дело было в том, что у них и без сибиряков из далекого Иркутска хватало своих не менее бравых, крепких мальчишек.

— Значит, не на того напали...

— Да, не на того! Толя вернулся в Иркутск, обошел всех офтальмологов. Городская больница, студенческая поликлиника, военный госпиталь... И везде ответ один: стопроцентное зрение.

— В одной из статей упоминалось о ведре черники. Это правда?

— Конечно, правда. Отец купил ведро черники, Толя исправно ее ел и каждый день выполнял специальную гимнастику для глаз. Параллельно, чтобы не терять даром время, поступил в политех. Ну а на следующий год стал курсантом Черниговского летного училища.

— Муж — сотрудник уголовного розыска, сын — летчик-истребитель, а теперь и космонавт. С мужчинам столь героических профессий, наверное, нелегко?

— Да, нелегко. Помню, Толя был еще школьником, занимался в секции парашютного спорта. Вечер. За окном тьма кромешная. Сына нет. Волнуюсь, звоню, а мне говорят: «Да не тревожьтесь, все хорошо. Все приземлились, сейчас явится». И чуть позже приходит Толя. На часах почти полночь, а он счастливый и довольный! Ну, в целом в период волнений и тревог я всегда умела взять себя в руки, чтобы не мешать им, а напротив, поддерживать.

— Семья для вас всегда была на первом месте?

— Да, конечно. Я 30 лет занималась проектированием и всегда считала, что лучше этой работы ничего нет. Однако дилеммы не стояло. Ну как можно бросить своих мужчин ради карьеры, оставить их без тыла? Да, они сильнее, но в трудные минуты жизни именно на их плечи ложатся основные тяготы.

— Вы верили, что мечта сына осуществится?

— Анатолий был зачислен в отряд космонавтов еще в 2003 году, а в первый полет на космическом корабле отправился только в ноябре 2011-го. И до этого момента до конца было неясно, полетит или нет. Ведь есть немало космонавтов, которым так ни разу и не довелось побывать на орбите.

— А не закрадывалась мысль: ну, не полетит — и ладно, так спокойнее?

— Нет, конечно. Недостигнутая цель — это грустно. Если человек идет к своей мечте, он должен ее реализовать.

— И все же. Как воспитать космонавта? Как воспитать настоящего мужчину? Стойкого, сильного, целеустремленного...

— Не знаю. Думаю, главное — это внимание и соучастие. И неважно, космонавт — не космонавт. Дети, они ведь по природе своей любознательны. И главная задача родителей — поддержать их интерес. А если не расспрашивать, не быть собеседником — детям становится скучно. Им все очень быстро надоедает.

— Сегодня вы интересуетесь новостями из космоса?

— Конечно. Я регулярно захожу на сайт Роскосмоса. Читаю, что пишут сами космонавты, смотрю видеосюжеты, как ребята работают, как проводят опыты. Вот буквально недавно смотрела ролик, где они проводили опыт с каплей воды: как она ведет себя в невесомости. Антон работал, а Толя снимал.

— И как ведет себя капля воды?

— Висит в пространстве. Не разливается, не падает, а просто висит. Кстати, чуть больше недели назад было ровно 100 дней, как их международный экипаж пребывает на орбите.

— Сын звонит вам регулярно?

— Да, конечно, каждую неделю. Звонит, присылает фотоснимки.

— И все же жутко любопытно, каково там, в космосе?

— С позиции рядового человека, конечно, все очень необычно, все очень удивительно. Еда в тюбиках, спальные мешки, прикрепленные к стенам... Сам Анатолий говорит, что самое потрясающее в космосе — это шикарные виды. Только оттуда, из иллюминатора, можно увидеть, как необычайно красива, как удивительна наша планета.

— А чем занимаются космонавты в свободные часы? Читают книги, играют в шахматы?

— Знаю, что у американских астронавтов есть на борту гитара. Еще знаю, что Анатолий взял с собой книги, но для чтения времени мало. У них много работы, они очень загружены.

— Вы гордитесь сыном?

— Гордимся, но и тревожимся. Очень ждем, когда их экипаж возвратится на Землю.

Прямая речь

(Отрывки из интернет-бесед космонавтов с рядовыми россиянами) — Как можно позвонить по телефону или отправить электронное письмо из космоса?

— Позвонить с борта МКС в любую точку Земли можно по спутниковому телефону. Главное — наличие свободного времени и спутниковой связи. Также мы можем работать с Интернетом. Скорость небольшая, но новости просмотреть можно. Для удобства на борту есть и почтовая программа. Перед стартом мы подаем списки электронных адресов, от которых во время полета будем получать письма на специальный адрес NASA. В ходе миссии списки могут быть откорректированы. Почту нам забрасывают во время так называемой синхронизации, 3—4 раза в день.

— Есть ли на МКС газировка?

— На борту нет напитков с газом. На заре пилотируемой космонавтики американские астронавты брали с собой колу и пепси, но употребить так и не смогли, только отсек выпачкали. При открытии напитков из бутылок выделялась только пена. Поэтому Новый год мы встречали с соком и, конечно же, без свечей и бенгальских огней.

— Уважаемые космонавты! А какие запахи витают на станции? Используете ли вы ароматизаторы воздуха?

— На станции особых запахов нет. Если находишься около обеденного стола во время приема пищи, то чувствуешь запахи еды. Никакие ароматизаторы воздуха на станции не используются. Думаю, это связанно с тем, что людей много, а вот вкусы разные.

— Мы поспорили с друзьями: видно ли из космоса падение метеоритов? Вам лучше их видно, чем с Земли, или хуже? Сообщаете ли вы о своих наблюдениях в комитет по метеоритам?

— Падение метеоритов нам с борта МКС видно почти так же, как вам с Земли. А вот больших и мощных телескопов у нас нет. Так что специалисты по небесным телам раньше нас увидят приближение метеоритов и вычислят их орбиты.

— Огромный привет вам и всему экипажу с острова Сахалин! Моему сыну Никите 7 лет. Пару месяцев назад мы обнаружили в Интернете видео, где вы проходите подготовку к полету на МКС. Теперь сын засыпает и просыпается с мыслями о полетах, космосе, ракетах. Подскажите, пожалуйста, как помочь ребенку сохранить мечту во время учебы в школе. Юристов, экономистов и переводчиков в стране и так хватает. Александра.

— Здравствуйте, Александра! Привет, Никита! Никита, старайся быть любопытным, чтобы много знать и уметь, и никогда не сдавайся. Тогда у тебя все получится. Пиши мне о том, что ты делаешь для того, чтобы стать космонавтом. Я думаю, что именно ты и твои сверстники полетят на Луну, построят поселения на Марсе и сделают нашу цивилизацию по-настоящему космической.

Выдержки со страниц орбитального блога, размещенного на сайте www.federalspace.ru

Метки:
baikalpress_id:  16 216
Загрузка...