Шаль княгини Волконской

Единственный сохранившийся предмет гардероба, принадлежавший декабристам, вернулся в музей

О том, что шаль, принадлежавшая княгине Марии Волконской, когда-нибудь вернется туда, откуда была наглым образом похищена, сотрудники Дома-музея Волконских и не мечтали. Старинный предмет женского гардероба был украден в 1975 году во время экскурсии. Как видно из сегодняшнего состояния реликвии, похитители с ней не церемонились, а когда шаль окончательно пришла в негодность, решили ее продать. Покупать вещь, имеющую криминальное прошлое, не в правилах музейщиков, но, боясь потерять уникальный предмет, они пошли на риск.

Семейное предание

— В противовес многочисленным заявлениям прессы, что в музеях воруют, мы теперь можем сказать: реликвии имеют свойство возвращаться в музейные коллекции, — с этих слов Елена Добрынина, директор Дома-музея Волконских, начала презентацию. — Шаль для нас — предмет одушевленный, он чудом сохранился на протяжении двух веков.

Кстати говоря, шали, которые набрасывали на плечи модницы в XIX веке, имеет нечто общее с платками и одеждой, которые носят современные женщины. Вещи прошлого и настоящего объединяет орнамент под названием «Огурец».

Шаль княгини поступила в музей, когда он только-только начал работать — в самом начале 70-х годов. Принять мемориальную реликвию в состав коллекции довелось сотруднице тогдашнего музея декабристов, который входил в состав Иркутского областного краеведческого музея, Нине Струк.

— Когда была организована первая экспозиция, очень не хватало подлинных экспонатов, — рассказывает Нина Степановна, — но в то же время было много людей, которые хотели, чтобы музей декабристов выглядел не хуже, чем столичные музеи. Хочется сказать слова благодарности дарителям, которые задерживались после экскурсии и предлагали передать в наш фонд предметы, так или иначе связанные с декабристами.

После одной из экскурсий к Нине Струк подошла немолодая женщина и сказала: «Вы знаете, у нас есть фрагмент ткани, который, по семейной легенде, является шалью Марии Николаевны Волконской. Можно мы вам ее передадим?

— Она назвала адрес. Я приехала, — вспоминает Нина Степановна. — Мы тогда читали всю литературу, которая касалась той эпохи. Увидев шаль, я сразу поняла, что она старинная. Это не выдумка, что часто случалось в нашей практике, это подлинная вещь XIX века. Мария Волконская любила крестить детей своих крепостных, быть поручителем при бракосочетании крестьян в селе Урик. Очень часто имя княгини встречается в метрических книгах иркутских церквей. Помогать беднякам было для нее делом естественным. По семейной легенде дарительницы, княгиня подарила свою шаль сироте Варваре Родионовой на свадьбу. У Варвары было две дочери. Чтобы никого не обидеть, она поделила шаль между ними, разрезав ее на две части, одна из которых сохранилась до сегодняшнего дня.

Почему такая яркая?

Частью экспозиции иркутского музея шаль была недолго. После кражи этот предмет считался утерянным. Об истории его возвращения рассказывает Ольга Акулич, заместитель директора по научной работе:

— До того момента, как шаль была украдена, у нас побывала сотрудница Читинского областного музея Мария Алферина. На одном из всесоюзных семинаров она услышала о похищении. И вспомнила об этом, когда в читинский музей пришли некие люди и предложили купить шаль жены декабриста.

Продавцы не захотели, чтобы их имена были внесены в журнал регистрации. Они принесли шаль, чтобы выручить небольшую сумму — полторы тысячи рублей. Передавая предмет старины, который к тому времени уже превратился в ветхую тряпочку, перейдя на шепот, они сообщили, что это шаль Волконских.

— Оснований, чтобы принять эту шаль в фонды музея, у Марии Алфериной, тогда уже главного хранителя, не было, — продолжает Ольга Акулич. — Она знала, что вещь краденая, к тому же шаль была очень изношена. Хранить ее, а тем более экспонировать, было нельзя. Но вопреки всем обстоятельствам Алферина настояла, чтобы шаль купили. И отдали деньги этим людям, даже не спросив их фамилий. Если бы она предприняла расследование, если бы сказала: «Подождите, мы сейчас позвоним в Иркутск», продавцы забрали бы шаль и она исчезла бы навсегда.

После долгих перипетий шаль все же обрела свое законное место в Иркутском доме-музее декабристов.

— В акте шаль записана как шелковая, но мы провели собственное расследование и выяснили, что изготовлена она из тонкой шерсти, — рассказывает Елена Добрынина. — Мы провели эксперимент с маленьким фрагментом ниточки, который буквально упал к нам в руки. Мы его подожгли и ощутили ярко выраженный запах жженого рога. Очевидно, бывшие владельцы шаль носили и неоднократно стирали. Главная задача, которая стоит сейчас перед нами, — это реставрация артефакта. Процедура сама по себе длительная, займет несколько лет.

В начале презентации зрители могли видеть лишь фотографическое изображении шали. Даже будучи в хорошем разрешении, фото оказалось бессильно передать художественные достоинства старинного аксессуара.

— Я даже сомневалась, что это та самая шаль, — в шутку сказала Нина Струк.

Но когда приподняли ткань, а потом стекло деревянного ящика, где реликвия ждала часа быть представленной зрителям, у Нины Степановны не осталось никаких сомнений. Несмотря на двухсотлетний возраст, шаль сохранила свои краски в первозданном виде.

— Это все благодаря тому, что при ее изготовлении использовались натуральные минеральные красители, — объяснила Ольга Акулич. — Очевидно, после похищения шаль нещадно эксплуатировали. Моющие средства не повлияли на краски, но разрушили волокно. Сейчас шаль просто рассыпается, мы боимся к ней прикасаться.

Обретенный экспонат можно увидеть в музее декабристов еще в течение недели. Потом артефакт отправят на реставрацию. Шаль покроют тонким материалом, который никак не повлияет на ее внешний вид, но сохранит форму и не позволит реликвии рассыпаться.

Метки:
baikalpress_id:  24 517