Почему дети становятся маньяками?

Мама и бабушка академовского маньяка-молоточника рассказали о жизни Никиты Лыткина

Скоро предстанут перед судом академовские маньяки, юные убийцы Артем Онуфриев и Никита Лыткин. Общественность продолжает негодовать, требовать для них смертной казни. Этой радикальной мерой не вернешь погибших. Гораздо важнее понять, почему дети превратились в жестоких убийц. Где произошел сбой человеческой программы? Как зло в конкретном юном человеке умудрилось победить добро? Как нам спасти наших детей от подобного? Ведь общеизвестно, что волна насилия среди молодежи захлестнула Россию. Иркутская область не исключение: стоит вспомнить гибель девушки в Братске, которую молодые подонки замучили и заморозили, облив водой в снегу в декабре; или сопливую банду «Магия крови», которая «очищала» город от бомжей; или молодого человека, который, чтобы завладеть машиной, заказал убийцам мать и сестру... Марина, мама печально известного юного «молоточника» Никиты Лыткина, и его бабушка Ирина Арсентьевна по сей день находятся в состоянии первобытного ужаса, не понимая, как Никитой могло овладеть такое зло; как он, беззащитный и подверженный влиянию мальчик, за которого семья все время боялась, вышел на тропу кровавой войны с миром. — Он не мог сопротивляться насилию. Вообще не мог дать отпор. Он всего боялся, был трусом, — говорит Марина. И это не звучит в ее устах обидно для сына. Это теперь только факт прошлой жизни Никиты.

Детство

— Он всегда был замкнут. Никогда ни на что не жаловался. Но были депрессии, обиды. И никогда не расскажет — клещами надо вытаскивать. Никогда он не проявлял инициативу. Всего боялся. Даже по телефону боялся разговаривать. Звонит друг Артур, а он телефон брать не хочет. А когда возьмет, так ручонка вспотеет... В младшей школе Артур его опекал. Брал его за руку водил за собой. Что Артур нашел тогда в Никите? Он к нему как к вещи относился. Но и помог немало — помог адаптироваться. Никита не умел отказывать, не умел говорить «нет». У него не было своего мнения. Я учила его, что нужно уметь сказать это самое «нет». И когда он научился, то с Артуром они разошлись, не стали больше дружить.

Отец

Отец ушел, когда Никита был маленький. Однажды вернулся — и вроде бы навсегда. У него случилось горе: жена погибла, сын застрелился... Он сказал, что Марина и Никита одни у него остались. Но с отцом у Никиты все было сложно. Мужчина был в своем горе, настроение его менялось. Обещания, даваемые Никите, не выполнялись.

— Никита даже сказал как-то: «Зачем мне такой отец?» Потом тот ушел снова, но приходил к нам и говорил Никите, что теперь-то он его не бросит. Но обещания обычно не выполнял. Последний раз пришел, когда Никите было лет шестнадцать. Они посидели молча в комнате. Они оба молчали. Никита в этой замкнутости и молчаливости — вылитый отец. Он осетин по национальности... В общем, Никита считал себя ущемленным.

Учеба

В 6-м классе Никита перешел в математический класс. Но к наукам не тяготел.

— Учительница не имела педагогического образования, она программист. И общалась с детьми как со студентами, ничего им не объясняла. Ошибки исправит в тетради и говорит, что на уроках надо было слушать. Люди никогда не понимали, что он не такой, как все: никогда ничего не попросит, все молчком. В восьмом классе Никита перестал учиться. Он стал прогуливать занятия, в том числе и по профильному предмету — математике. Но тогда еще он меня слушался, — вспоминает Марина.

Но скоро Никита слушаться маму перестал. Он поучился некоторое время в энергоколледже. Оттуда его отчислили после несдачи первой сессии. На следующий год, в сентябре 2009-го, он стал ходить на занятия в строительный колледж. Через два месяца он и Артем вышли на первую охоту.

Учеба в строительном колледже обернулась неприятностями. — Сначала Никиту дразнили, издевались над ним. А потом стали вымогать у него деньги. Тогда покровительство ему оказал один из одногруппников, а взамен вместе со старшими ребятами потребовал денег — проще говоря, занялся вымогательством. Они вместе приходили к нам в квартиру и брали все, что находили. Сначала немного денег, потом взяли мой плеер, а в последний раз утащили золото. Никита ходил за ними как бычок. Скрыть пропажу было невозможно. Я узнала все и вызвала милицию. Было заведено уголовное дело.

Позже Марина забрала заявление — не хотела, чтобы того парнишку посадили.

Дружба

— Если я правильно вас поняла, у Никиты когда-то были друзья. В прессе много говорили о том, что он был одиночка, его избегали сверстники.

— До 5—6-го класса у Никиты было много друзей. Потом он познакомился с Артемом. Это произошло на дне рождения их общего друга Артура. Ребята Артема не очень любили. После пятого класса Никита стал общался только с Артемом. Часть друзей ушла из их школы, часть перестала общаться с Никитой — вроде как недоброжелательное отношение к Артему перекинулось и на Никиту.

— Но это произошло не сразу?

— Не сразу, нет. Когда к Никите приходили на день рождения друзья, Артем ревновал. Я нормально к этому относилась. Но друзей у Никиты становилось все меньше. Он считал, что прошлые друзья — это детская, нестоящая дружба. Я пробовала говорить с Никитой, пыталась ему внушить, чтобы он ценил дружбу с Артемом, которая у него оставалась. Хотя они общались странно — всегда, как бы это сказать, придуривались, устраивали какой-то нелепый театр. Мама научила Никиту играть на гитаре. У мальчиков теперь нашлось и общее дело — музыка. Артем учился в музыкальной школе в Академгородке.

— Вы обсуждали с матерью Артема дружбу мальчиков?

— Мы общались только по телефону. Она была против этой дружбы. Считала, что надо запретить ее, а мальчиков разлучить. Ирина Арсентьевна, бабушка Артема, тоже ей не благоволила.

— Мне Артем не нравился. У него все хорошо складывалось в жизни. Он поступил в хороший институт, работал. Я хотела поговорить с ним о том, почему он не помогал Никите, не советовал ему учиться, если уж они друзья.

У бабушки даже была идея поставить в комнату Никиты, где мальчики проводили большую часть времени, подслушивающее устройство или камеру. Но дочь была против — ведь психологи советовали не мешать мальчику взрослеть.

Цель в жизни

Мальчик, судя по рассказам мамы, взрослел мучительно. Главный вопрос, на который он давно уже искал ответ, звучал тривиально: в чем смысл жизни? Ответ все не приходил. Он ни к чему не хотел серьезно прилагать силы.

— Никита никогда ничего не доводил до конца. Позанимался чуть-чуть музыкой, поиграл гаммы, но как стало труднее — бросил. Ходил в клуб «Искатель» заниматься рисованием. У него были способности, он занял даже первое место на городском конкурсе. Преподаватель хотела перевести его в художественную школу, но Никита отказался. Точно так же ходил на кикбоксинг. Но там успехов не было, он не побеждал никогда. Единственный раз занял третье место, но потом все говорил, что это незаслуженно, нечестный результат. Потом и вовсе перестал ходить на занятия. Я его как-то встретила на улице в то время, когда он должен был быть на тренировке. Никита так и не нашел ничего созидательного, дела по душе. Цели в жизни так и не обнаружилось.

— Он говорил мне, что считает себя дерьмом, что он ничтожество, мразь и долго жить не собирается.

Разрушительные реплики сына Марину повергали в ужас. Сейчас она считает, что спасти сына могла и может вера.

Вера

— Писали о том, что вы очень верующий человек, что водили Никиту в церковь, приобщали к религии.

— Нет, не совсем так. Еще до школы я захотела покрестить Никиту. И мы вместе с ним покрестились. И ходили в церковь. Это продолжалось года два. А потом все реже стали ходить. Ему было лет тринадцать, а он еще спрашивал: «Мама, что-то мы давно в церкви не были...» Но я работала много, потом взяла посуточную работу. Зря, наверное...

Некоторое время назад Никита стал отвергать церковь. Он ссылался на бабушку: «Бабушка же не верит».

— У меня родители были коммунисты, такое воспитание. Но они крещеные были. И сама я покрестилась, — говорит Ирина Арсентьевна.

Марина рассказывает, что у ее подруги было венчание. Согласно обряду, присутствовавшие должны были приложиться к кресту. Никита не знал, что ему придется целовать крест, но все же сделал это.

— Когда он повернулся после исполнения обряда, то был очень красный и взвинченный. Лицо его неестественно перекосилось. Мне показалось, что в него бесы вселились и сейчас он кинется прочь из церкви. Я ему на свиданиях теперь говорю, что спасти его может только вера. А он: «Я хочу поверить, да не знаю как». Его вопрос о смысле жизни, который он для себя не разрешил, вера разрешит. Сама Марина недавно оказалась в церкви протестантской. После ареста сына ее привели туда знакомые, чтобы она попыталась найти хоть какую-то почву для жизни.

Психологи

Детские проблемы — его молчаливость, желание держать все в себе, замкнутость — проявились в полной мере в позднем подростковом возрасте. У мальчика был синдром навязчивых движений. В последнее время, например, на него напала зевота. Он зевал часто и широко, так что у него начала щелкать челюсть.

— При такой натуре вашего сына, с его очевидной психологической проблемой, вы обращались к специалистам?

— Да, я его в детстве пыталась водить по психологам. Ходили мы с ним в городской центр психологической помощи, что на Красноармейской. С ним даже не поговорили. Мы ходили туда три дня и все время проходили какие-то тесты. Наконец Никита заявил, что он туда больше ни за что не пойдет. Потом я нашла через знакомых женщину-психолога. Мы ездили к ней домой. Она сказала нам об отставании психологического развития Никиты по сравнению с его сверстниками. Посоветовала не давить на него, дать ему больше свободы, дать личное пространство.

— А вы давили?

— Он говорил мне, что я на него давлю. Мы ходили, но ничего не помогало. Никита все больше замыкался. Я была уже в отчаянии. Пошла даже на прием к психологу-астрологу — в таком была отчаянном состоянии. А посоветовала мне куратор группы в энергетическом колледже. Этот психолог-астролог, видимо, неплохо зарабатывает. За прием с нас взяли по тысяче рублей, Никите составили гороскоп за три тысячи.

В последние годы состояние Никиты ухудшалось. Он стал настолько стесняться матери, что старался, чтобы их не видели рядом. Он никогда не ходил с ней рядом. Только в малознакомых районах, когда был уверен, что никто не видит их вместе, мог идти близко.

Перед убийствами

Общее психологическое состояние Никиты обострилось в 2009 году. — Только и свет в окошке у него оставался, что Артем. Я мечтала, что, может, у него девочка появится. Но куда там! Он вообще сказал, что никогда не женится, — рассказывает Марина.

Летом 2009 года, за несколько месяцев до начала «охоты», Марина и Никита собрались на море. Никита пообещал, что поедет. Чем ближе была дата отъезда, тем меньше он хотел ехать. Но в поезд все-таки сел. Зато в поезде начал рыдать.

— Он плакал. Говорил, что не хочет ехать. Мне кажется, его тянуло назад, к Артему. Приехали обратно — сразу же побежал к товарищу. На свой день рождения он не принял от матери подарка — она заказала ему и Артему игру в боулинг-клубе.

— Мне кажется, ему уже стыдно было принимать что-то от меня.

— А его общение с компьютером именно тогда приобрело патологические формы? Много он за ним сидел?

— Из-за компьютера он не вылезал лет с 16. Я прятала клавиатуру, как-то боролась. Но бесполезно. Сначала это были музыкальные сайты. Но позже другое появилось. Однажды я все-таки залезла в его папки и увидела там ужасные стишки, пропитанные человеконенавистничеством. В последнее время очень много времени находился в Интернете. Незадолго до преступлений он говорил, что компьютер — это все, что у него осталось. Мы разговаривали с ним в тюрьме, и я спросила: «Что я могла сделать для тебя, чтобы всего этого не произошло? Отобрать компьютер?» Он ответил, что тогда это его только разозлило бы и что забирать надо было в восьмом классе. Скоро мама и бабушка заметили, что Никита смотрит на них с ненавистью. С семьей он практически не общался, не разговаривал. Разговаривал только с Артемом, который до последнего приходил домой к Лыткиным и был всегда вежлив. Скоро Никита перестал спать ночами. Вообще. Требовал у матери таблетки от бессонницы. Из аккуратиста превратился в абсолютного неряху. Его постель представляла собой серый ком грязного белья. Спал в одежде.

— Думаю, душа его загрязнялась и он ничего больше не хотел, — считает Марина.

— А я спрашивала его, что он думает о будущем, куда в следующем году пойдет учиться. А он ухмылялся и говорил: «Сам разберусь», — вспоминает бабушка.

Разоблачение

— Ирина Арсентьевна, флешку со страшным видео, которое позволило установить преступников, обнаружил дядя Никиты, ваш сын. Это получилось случайно?

— Нет, не случайно. Мой сын Владислав живет со мной. Однажды Марина приехала с работы и обнаружила в прихожей на пуфике упаковку от ножа. Звонит нам. Мы пришли. Дождались Никиту, задали ему вопрос о ноже. Он ответил, что нож для самообороны: мол, все с ножами ходят. Вид его был ужасный, растерянный. Я стала кормить его обедом и увещевать, что он довел маму до стресса. А он мне сказал: «Я скоро пропаду».

На следующий день в научных институтах повесили ориентировки: разыскиваются два молодых человека славянской наружности. Я тогда еще работала в ИОХе. Ходила с палочкой — сломала шейку бедра. Говорила коллегам: «Я же первая буду жертвой — с палочкой хожу, не убегу». Мы все думали, что это беглые ученики коррекционной школы ужас наводят. А тут эта ориентировка. Я ее домой взяла. Сын с работы пришел, посмотрел. И мы догадались. Волосы дыбом у нас встали. Мы послали Владика к Марине. Там он нашел флешку...

— Он ее и не прятал. Флешка в компьютере была. Он знал, что я не полезу, — говорит Марина.

Семья вызвала милицию. У бабушки при воспоминании об этом текут слезы. Мама крепится, но и ей ножом по сердцу.

— А как представлю себя на месте мамы того мальчика... Она не договаривает и опускает голову. Она имеет в виду убитого шестиклассника, первую жертву кровавой парочки.

О дальнейшей судьбе Никиты и своих собственных судьбах, которые неразрывно связаны с единственным сыном и внуком, они боятся даже думать. Сейчас дожить бы до суда да иметь силу выслушать все, что скажут пострадавшие — родственники убитых «молоточниками» людей. У них своя — неопровержимая — правда. Единственное, что хоть как-то поддерживает дух Марины, которая наблюдала жизнь сына с момента взросления как долгое бесконечное неблагополучие, — то, что он теперь снова как бы признал ее. То ли под тяжестью содеянного, то ли в благодарность за то, что она и бабушка его не «пожалели», а остановили. Правоохранительные органы ведь не смогли вычислить убийц. И неизвестно, сколько и чего натворили бы вошедшие во вкус кошмара юные академовские маньяки, в частности Никита Лыткин, не ценивший себя и свою жизнь, а потому ни во что не ставивший чужие.

Марина говорит с надеждой: — Еще в ИВС, где сначала их содержали, он на меня даже не смотрел. И не разговаривал. Теперь у него совершенно другие глаза — как в детстве. Он меня теперь мамой называет. Очень давно так не называл. Он мне рад. И все время говорит: «Я тебя люблю».

Метки:
Загрузка...