Житель Академгородка шесть лет строит яхту

Дерзкий морской проект осуществляется на крыше обычного гаража

Максим Скоморовский — руководитель танцевального клуба «Академик», и в этом качестве его знают в Иркутске. И лишь близким друзьям и ученикам известно, что все свое свободное время Максим посвящает строительству яхты. «Жить практически на берегу Байкала и не иметь яхты — это почти неприлично», — убежден он. В детстве Скоморовский занимался парусным спортом, был чемпионом Иркутска, поэтому мечта о яхте для него — это не эфемерные грезы, а реальный проект, который вполне можно осуществить своими силами. Вот уже шесть лет каждую свободную минутку Максим Скоморовский спешит в гаражный кооператив, что расположен в Академгородке неподалеку от его дома. К своей красавице яхте, которая через год должна выйти на воды Байкала.

Ходить под парусом — это мечта

В раскаленные июльские и августовские дни, когда солнце чуть ли не плавит асфальт, металл и мозг, на крыше гаража, мягко говоря, жарковато. Но когда дело касается мечты, когда ты увлечен настоящим мужским делом, это не имеет никакого значения. Максим Скоморовский надеется: через год его яхта будет готова.

— Ко мне не так давно приезжали друзья из Новой Зеландии. Они когда-то пошли в кругосветное плавание из Владивостока, доплыли до Новой Зеландии и решили там остаться. Я возил их в Листвянку, на Байкал, и когда мы возвращались в город по Байкальскому тракту, то, естественно, видели десятки машин. Мои друзья заметили: «В Новой Зеландии у каждой машины был бы сзади прицеп, на котором стояла бы яхта». Конечно, можно иметь и моторную лодку, но это совсем не то. Ходить под парусом — это совершенно особое ощущение, это ветер, стихия, полное единение с природой. Плывешь, раз — нерпа вынырнула, наблюдаешь за ней. А ночью во время штиля можно наблюдать целые стаи нерп. О своей яхте я мечтаю давно.

Даже обывателю, далекому от этой сферы, понятно, что яхта — это достаточно дорогое удовольствие. Как говорится, и хочется, и колется. Но и здесь можно найти выход:

— Самоделок по Байкалу много ходит. Яхту можно построить под себя, это вполне реально. И очень интересно, — продолжает Максим Скоморовский. — Я обратился к своим знакомым, они сделали мастерскую и варят на заказ печки, я им предложил: «А вы попробуйте яхты варить». Ну, они и сделали четыре металлических корпуса, три яхты уже готовы и ходят по Байкалу. Моя будет последней в этом списке.

Как вы яхту назовете...

Яхтсмен признается: он долго думал, где же поставить корпус яхты, чтобы круглый год можно было работать над ее обустройством. Арендовать где-то место — нерентабельно, ведь свободного времени не так уж много. Иногда своему хобби Максим посвящает лишь час в день, порой — в напряженный сезон тренировок, выездов и танцевальных турниров — не заходит в гараж неделями. Возникла необходимость в стационарной мастерской. Тогда отец Максима предложил: «Давай поднимем яхту на крышу гаража». Яхту поставили так, что основной упор приходится не на крышу, а на несущие стены — чтобы не продавить сам гараж. Так яхта стоит уже почти шесть лет.

— Она здесь всегда под присмотром. Советов я слышу очень много, попадаются и дельные, толковые. В день иногда по три-четыре экскурсии приходит. Коля, младший сын, помогает. Сейчас идет этап отделки, хотелось бы до весны все закончить. Камбуз и гальюн уже готовы. Вот это место почти официально называется «гробом», — Максим показывает на узкий отсек напротив камбуза. — Носовую каюту Колька уже приватизировал... Хотя на сто процентов готовой яхта не бывает — это процесс бесконечный, все время приходится что-то доделывать. В дело идет все: как-то я зашел в сувенирный магазин и увидел штурвал со встроенными часами. С виду декоративная игрушка, а на деле вполне пригодная вещь. Купил, часы вынул, штурвал теперь при деле. Мотор использовал автомобильный — от «японки».

— Мачту буду заказывать в Братске — восьмиметровую. Паруса и в Иркутске хорошо шьют, — продолжает Максим. — Имя яхте пока не придумано, а от него действительно многое зависит. Капитан Врунгель был прав. Известный наш капитан Артур Иванович Франго первую свою яхту назвал «Полундра». Она сгорела. Вторую — «Полундра-2». Она затонула. Третью — «Сцилла». Она опрокинулась и тоже затонула. Так что имя для лодки, яхты и корабля — это действительно важно. Колька предложил назвать «Молния МакКуин», телевизионщики — «Ковчег», друг подал идею окрестить «Карлом» — сокращенное от Карлсона. Но я пока ни на чем не остановился.

Семья относится к этому увлечению с пониманием: — Это же тихое помешательство, — улыбается Максим. — Вреда я никому не приношу. Другое дело, что меня выдернуть отсюда трудно бывает, если я нужен в доме.

В планах Максима Скоморовского — покорение вод Байкала, а затем, может быть, и других далеких рек, озер и морей. — Семья моих приятелей как-то из Америки отправилась в Австралию. Они вдвоем пересекли Тихий океан, стояли у штурвала по очереди. У меня тоже смена подрастает — дочь и сын. Кстати, некоторые женщины прекрасно чувствуют воду и могут смело выстаивать вахты. Еще одно интересное явление — обмены экипажем. Скажем, на Байкал приезжают туристы из Европы и ходят на нашей яхте, а мы отправляемся к ним. Я так в Польше месяц ходил по озерам, соединенным каналами. Здорово было! Страну изнутри видишь, а не глазами туриста... Но главное сейчас — это закончить яхту и спустить ее на воду.

Метки:
baikalpress_id:  24 219