Иркутянка борется за возвращение детей

Кому выгодно помещать детей в детские дома?

История большого семейства иркутянки Ольги Чаловой вызывает недоумение и возмущение — она борется за возвращение из детского дома своих внуков и с трудом находит понимание у органов опеки и попечительства. В апреле 2008 года старшую дочь Ольги Елену Яшину и ее мужа лишили родительских прав на пятерых детей — родители пили, что называется, по-черному. Ольга добилась опекунства над внуками. Сама она женщина еще молодая, бодрая, поднявшая без мужа семерых ребятишек, готова была заниматься внуками. В этом ее поддержал второй муж и дети — пять дочерей и сын. Только органы опеки сочли, что Ольга плохая опекунша, и не захотели поддерживать семейство. Внуков у Ольги забрали, поместили в детский дом. Два года она и ее дочери Катя и Анна вели войну за малышей. Они проиграли не один суд. Но неделю назад, наконец, суд принял их сторону: троих ребятишек Ольге вернули. Самую младшую девочку Полину за эти два года отдали на удочерение и увезли из Иркутской области, ее сестру Соню отдали на воспитание второй бабушке.

Непутевая дочь и ее дети

— Я шесть лет растила детей одна. Отец их сильно пил, я с ним рассталась. Потом встретила Сашу и вышла замуж во второй раз. Дети выросли, живут нормально, у них уже свои дети. Одна дочь инвалид, недееспособна, я ее опекун. А из тех, что здоровы, только Лена вот такая, пьющая, — рассказывает Ольга историю своей многодетной жизни.

Болевая точка в ней — непутевая дочь Елена, которая, будучи матерью нескольких детей, начала сильно пить. Она воровала, чтобы раздобыть денег на бутылку, тащила даже у родных. Муж ее тоже пил, бил ее, бил детей. — Приехала как-то с Полинкой, пятой по счету. Ребенку четыре месяца, а весит он меньше трех килограммов! Мы девочку забрали и стали выхаживать. Через некоторое время она привезла нам и остальных четверых. Стали жить.

Ольга внуков приняла и полюбила. Благо квартира хоть маленькая, но трехкомнатная, значит, есть отдельно комната для мальчиков, отдельно для девочек, как положено по опекунским нормам.

Многодетная мать и бабушка — водитель троллейбуса с двадцатилетним стажем. Много ли получает водитель троллейбуса? Пришлось ей взять подработку. Устроилась в магазин рядом с домом. С детьми, которые оказались безудержными, буйными, ничего не умеющими, помогали дочери. — В игрушки даже играть не умели. Самая главная игра была — залезть в шкаф. Шкафы на них падали, конечно. Ребятишки обои рвали, изрисовали все что могли.

А как еще могли выражать себя дети, которые росли в семье алкоголиков? Даже любовь свою они выражали, копируя родителей — другого примера не было. Илье нравилась девочка в детском саду, и однажды, чтобы выразить чувства, он стал ее душить.

— Он же видит, что папа так любит маму, — Ольга считает, что именно этот случай подвиг органы опеки поступить так, как они поступили. Нападение на девочку, говорит она, было, скорее всего, отправной точкой для того, чтобы развернуть против них целую кампанию.

Девочка оказалась родственницей одной чиновницы из опекунских органов.

Детей забрали из-за беспорядка

— Мамы дома не было, когда они пришли, — рассказывает тетя ребятишек Екатерина. Она сидела с детьми, пока Ольга ездила в больницу к своей престарелой матери. Ребятишки, наигравшись, уселись за компьютеры. Три дамы из опеки потребовали показать им условия жизни детей и самих детей. С опекуншей они разговаривать не захотели даже по телефону.

— Я им предлагала дождаться маму, позвонить ей. Они пошли по квартире, смотрели, как живут дети. В доме было все перевернуто — дети порезвились. На кухне кость лежала — собаку мы им завели. Дети были сыты, в холодильнике стоял суп, была сметана, творог — маме из деревни подруга привозит. Но им этого показалось недостаточно. Они нашли, что ребятишки не одеты, девочки непричесанны, мальчики слишком коротко подстрижены. Кровати им показались неподходящими. И так далее... Они решили детей забрать.

Катя не могла отдать детей. Она заперла дверь, спустила собаку и предложила дождаться законного опекуна. Пришлось подчиниться. — Когда я приехала, то не нашла в себе сил протестовать против того, что детей у меня забирают, — не знала, как нужно себя вести. Сейчас, конечно, не отдала бы.

В акте контрольного обследования условий жилья сказано: санитарное состояние неудовлетворительное, на мебели толстый слой пыли, в квартире беспорядок, устойчивый специфический запах, игрушки разбросаны, «женщина, с которой находились дети, представиться отказалась, вела себя агрессивно», «продукты питания, соответствующие возрасту детей и их потребностям, в квартире отсутствовали», дети были грязными неухоженными, голодными». Вывод: дети нуждаются в помещении в государственное учреждение.

Ольга выхаживала свои права на детей, брала отовсюду характеристики. Думали, что положительные факты могут помочь. Старшая девочка Оля демонстрировала большие успехи, обучаясь в гимназии № 2, в десять лет у нее была четкая цель в жизни — поступить в банковскую школу, зарабатывать большие деньги, чтобы вырастить братьев и сестер.

— Мы с ней целенаправленно шли к этой цели. Оля у нас отличница! Со второго класса посещала факультатив по экономике, — рассказывает Екатерина, которая помогала племяннице в учебе. К сожалению, даже Олины успехи не помогли. Хотя, согласитесь, вряд ли запущенный ребенок, каким представила себе опека в том числе и Олю, может стабильно показывать высокие результаты.

С Ольгой Чаловой и ее дочерью Катей мы беседовали дома у Ольги, в трехкомнатной квартире в микрорайоне Университетском. Живет Ольга с мужем небогато, но все необходимое есть, в доме чисто, имеется вся необходимая мебель и бытовая техника — об этом, кстати, было указано в другом акте обследования жилья опекунши. Но на тот момент все это было неважно.

— Они намертво стояли, что в доме должен быть идеальный порядок и сварено не менее 4 блюд на любое время суток, — рассказывает Катя. О том, как они с мамой и сестрой Анной обивали пороги органов опеки, им и вспоминать тошно.

— Приходим узнать, когда опекунский совет, на нас кричат, выгоняют: «Пошли вон!»

Полину отдали на удочерение

Два года женщины ходили по инстанциям, испробовав все что можно — от прокуратуры до приемной Путина. Дети все это время жили в детских домах. Один из мальчиков, астматик Илюша, подхватил там туберкулез. Бабушка и тети навещали их — всех, кроме трехлетней на тот момент Сони: не понимали, как объяснить ей, почему не забирают домой, боялись травмировать. Остальные ребятишки уже понимали, что к чему, готовы были терпеливо ждать. Особенно Оля, которая ждала бабушку и с ней — новостей о том, когда кончится их заточение. Только о местонахождении двухгодовалой Полины

одственники ничего не знали. На форумах в Интернете сестры Катя и Анна просили помочь отыскать девочку: «Помогите найти Яшину Полину Викторовну, 6 марта 2007 года рождения, детдома обзваниваем через знакомых, ее негде нет. Люди предполагают, что ее удочерили или отдали кому-нибудь под опеку. Мама вне себя от горя».

Полина нашлась — ее отвезли в Слюдянский дом ребенка. Оттуда, не предупреждая никого, ее действительно отдали на удочерение. След ее, говорит Катя, затерялся где-то в Москве.

Два года длились суды. Ольга и ее дочери, никогда раньше не сталкивавшиеся с машиной правосудия, были ошеломлены. Многое казалось им за гранью всякого здравого смысла.

— На один из судов опека привела даже нашего участкового врача, которая сказала: хотя бабушка и вытащила на этот свет Полину — ей в 2 года ставили дистрофию последней степени, она все равно считает, что детям будет лучше в детском доме. Олю вообще не пригласили на суд, хотя она по возрасту уже имеет право представлять свои интересы в суде. Свидетелей наших тоже не приглашали.

Казалось, нет никакой надежды. Но последний суд, состоявшийся совсем недавно, Ольга Чалина выиграла.

— Наконец-то нам назначили судью, которая стала и нас слушать. Опеку обязали предоставить все акты и факты, опираясь на которые опекуну передавали детей, а также сделать повторный акт обследования. Девушка, приехавшая к маме, очень удивилась, так как ожидала застать бичевник. Директор детского дома дала показания в пользу мамы. Прокурор сказала, что не видит основания для вынесения решения не в нашу пользу, — рассказывает Катя.

Сейчас Ольга Чалина и ее дети ждут возвращения трех ребятишек. У них, правда, есть опасения, что решение суда будет обжаловано. ...Тем временем Елена Яшина была лишена прав на еще одного — шестого — ребенка.

Метки:
baikalpress_id:  24 132