Дело о «Маяке»: стойкое ощущение несправедливости

Ситуация вокруг отеля в Листвянке давно вышла за пределы события поселкового уровня

В Иркутске продолжаются акции в защиту отеля «Маяк», расположенного в поселке Листвянка на берегу Байкала. Почти две недели назад на старинной водонапорной башне на улице Байкальской появился баннер «Путин, спаси «Маяк»!», а в минувший четверг на площади напротив здания областного суда состоялся очередной, уже второй по счету, пикет. Как и в первый раз, на пикет собралась достаточно большая для Иркутска аудитория — порядка трех сотен человек. Только теперь акценты от собственно факта закрытия отеля были смещены организаторами в несколько другую сторону: мероприятие было посвящено противодействию коррупции в органах прокуратуры. Именно в этом пикетчики видят причины происходящего.

Попал под раздачу

Историю «Маяка» в общих чертах знает, наверное, уже каждый житель Приангарья. Построенный в 2006 году в поселке Листвянка, он сразу стал самым большим и самым современным отелем на Байкале. Среди прочих гостиничных комплексов он входил (и входит до сих пор) в ассоциацию «Байкальская виза», которую тогда возглавляла Татьяна Казакова. До поры до времени «Маяк» ни у кого не вызывал вопросов — ни в архитектурном, ни в строительном, ни в экологическом плане, пока в марте 2008 года не началась беспрецедентная кампания, организованная правоохранительными структурами против Татьяны Казаковой, которая на тот момент уже занимала пост главы администрации Листвянского МО.

Казакова была арестована, более двух лет провела в СИЗО, причем статьи УК, по которым было предъявлено обвинение, по мнению большинства юристов, не тянули на столь жесткую меру пресечения, как пребывание в тюремной камере. Что касается предприятий «Байкальской визы», то за эти два с лишним года они 71 раз подвергались разного рода проверкам. Согласно предписаниям, выданным по итогам проверок, на объектах приходилось проводить постоянные изменения, переделки, которые чаще всего носили формальный характер, но требовали, тем не менее, немалого вложения дополнительных средств.

Более всего досталось отелю «Маяк». Здесь вопрос встал, что называется, ребром: запретить эксплуатацию объекта — и точка!

Строили годы, закрыли за сутки

Иск о закрытии отеля был подан Западно-Байкальской прокуратурой в Кировский районный суд Иркутска. В иске утверждалось, что здание построено с отклонениями от проекта, что оно ненадежно, представляет опасность для окружающих вообще и для туристов в частности, а также несет экологическую угрозу для Байкала. В общем, собрали все возможные грехи...

Со стороны обывателя подобное обвинение выглядело по меньшей мере бредовым. Те же жители Листвянки, многие из которых работают в «Маяке», прекрасно знают, что все рассказы о разного рода трещинах, перекосах и разломах не соответствуют действительности. Более того, многие жители поселка живут в действительно аварийных домах. Они неоднократно обращались в разные структуры с просьбой отремонтировать их жилой фонд или снести постройки, но нигде понимания не нашли.

С недоумением встретили претензии прокуратуры и специалисты. На суд эксперты, проводившие осмотр отеля «Маяк», приходили с огромными коробками, полными документов и заключений, суть которых сводилась к одному: здание надежно, никаких отклонений от строительных норм в ходе проверок не выявлено. Исследования проводились абсолютно по всем позициям: по электрике, сантехнике, водоотведению, несущим конструкциям...

Тем неожиданнее было решения суда, вынесенное 15 февраля этого года, в которым предписывалось запретить эксплуатацию отеля «Маяк». Мы уже рассказывали о том удивительном судебном процессе, длившемся меньше суток. Обвинение, а затем и судебный вердикт, строилось, по сути, на мнении одной свидетельницы-эксперта, которая заявила, что «Маяк» может разрушиться во время землетрясения. Свидетель посчитала, что на уровне проекта в отель была заложена ошибка. Многочисленные мнения специалистов, утверждавших обратное, во внимание судом приняты не были.

«Замена здания в целом»

Редакция «СМ Номер один» провела собственное расследование этого вопроса, нашла эксперта — Евгения Журавлева, кандидата технических наук, доцента ИрГТУ, — проводившего в прошлом году исследования отеля «Маяк». Он в очередной раз подтвердил соответствие здания всем строительным нормам и пояснил, что действительно в проекте были сомнительные позиции, но в процессе строительства все они были скорректированы. Это — привычная для многих объектов практика, добавил эксперт.

Другой специалист, также работавший на «Маяке», заметил, что вердикт Кировского суда выглядит нелогичным вдвойне, потому что сам суд сидит в аварийном здании. Специалист сослался на проверку, проводимую в 2004 году, по итогам которой якобы были даны рекомендации о переносе суда в какое-либо другое помещение.

Редакция связалась с управлением судебного департамента в Иркутской области, который в официальном ответе на наш запрос частично подтвердил мнение эксперта:

«По результатам обследования, выполненного Иркутским промстройпроектом, «техническое состояние здания таково, что обеспечение его работоспособности с требуемым нормами (технических регламентов) уровнем надежности требует реализации мероприятий, общая стоимость которых соизмерима с восстановительной стоимостью здания. В этой ситуации целесообразно рассмотреть вопрос о замене здания в целом».

В 2004-м и 2008 годах в здании суда проводился текущий ремонт, который проблемы, тем не менее, не решил. Как сообщили в судебном департаменте, сейчас рассматривается вопрос о строительстве нового здания для Кировского райсуда.

Почему это происходит?

Зачем мы все это рассказываем? Вовсе не для того, чтобы позлорадствовать, в каком помещении работает суд. По большому счету это позор для Иркутска, что Фемида вершится в столь неприспособленных, столь далеких от идеала условиях, в здании, которое является флигелем бывшей купеческой усадьбы.

Дело в другом. Щели в здании суда видели свидетели, которые приходили на слушания. Некоторые жители Листвянки, о которых мы уже говорили, каждый вечер возвращаются в свои аварийные дома. Многие из нас постоянно наблюдают кривые, косые здания, мимо которых проходить-то страшно, но при этом там живут или работают люди. И при этом прокуратура закрывает «Маяк», который выглядит надежным, крепким, красивым, а эксперты это видение подтверждают.

Несправедливость — вот одно из главных ощущений тех людей, которые собрались в минувший четверг на пикет. «Почему это происходит?» — главный вопрос, который, с одной стороны, витал в воздухе, с другой — судя по плакатам, выставленным на пикете, носил чисто риторический характер.

«Нас никто не слышит»

Журналисты «СМ Номер один» работали и на первом, и на втором пикете. В обоих случаях на площади имени 50-летия СССР напротив здания областного суда собрались примерно одни и те же люди: сотрудники отеля «Маяк» и других подразделений «Байкальской визы», жители поселка Листвянка, просто неравнодушные иркутяне.

Однако если месяц назад у большинства собравшихся была уверенность: все, что случилось с их отелем, — недоразумение, которое разрешится сразу же после того, как они выскажут свою поддержку «Маяку», то неделю назад преобладало совсем другое чувство — недоумение.

— Ничего не изменилось за это время, — говорит Нина Степанова, бухгалтер отеля. — Словно нас никто не слышит. Мы хотим работать и так просто оставлять свои рабочие места не намерены. Будем бороться до последнего.

— Я переживаю за персонал, — добавляет Татьяна Лесничая, — и как администратор отеля, и как коллега. Я сама из Иркутска, но в «Маяке» много людей из Листвянки, Большой Речки. Если отель закроют, им просто некуда будет идти.

«Маяк», без преувеличения, стал градообразующим предприятием Листвянки. После того как в поселке закрыли судоверфь, работать по большому счету стало негде. Еще лет семь-восемь назад, когда наша редакция готовила репортажи из Листвянки, общее настроение молодежи сводилось к одному: пробыстрее уехать отсюда. Работы не было, поселок превращался в некий дачный кооператив. «Маяк» ситуацию изменил. В Листвянке появились достойные рабочие места. У молодежи возродился интерес к поселку, у поселка появилось будущее.

— Мы столько лет бились за то, чтобы здесь появилась возможность работать, а теперь нас заставляют все закрыть! — говорит Татьяна Казакова, также пришедшая на митинг. — За то время, что я провела под арестом, я стала настоящим юристом и со всей ответственность могу сказать, что тот пакет документов по «Маяку», которым мы располагаем, достаточен для того, чтобы отель нормально работал.

Яблоко раздора

Понятно, что массированная атака правоохранительных органов на «Маяк» возникла не сама по себе. Она стала частью кампании против бывшего президента ассоциации «Байкальская виза», бывшего мэра Листвянки Татьяны Казаковой.

Каковы истоки этой кампании — на этот счет есть несколько версий. Наиболее распространенная, и, судя по содержанию большинства плакатов, выставленных в минувший четверг перед зданием областного суда, именно ее придерживаются организаторы пикета, — конфликт между Татьяной Казаковой и Альбиной Ковалевой, бывшим прокурором города, бывшим руководителем Управления Федеральной регистрационной службы по Иркутской области.

Этот конфликт не так давно вышел за пределы Приангарья и стал достоянием центральной прессы. Не далее как в январе этого года он был достаточно подробно описан в «Новой газете». Не желая пересказывать материал наших московских коллег, заметим лишь, что яблоком раздора между Ковалевой и Казаковой, по версии московских журналистов, стал двухэтажный особняк в самом центре Иркутска на улице Фурье — дом, где в свое время вроде как останавливался Антон Чехов. Противостояние выросло до таких размеров, что, по предположению корреспондента «Новой газеты», могло стоить Альбине Ковалевой должности начальника Управления ФРС, а для Татьяны Казаковой оно вылилось в два с лишним года, проведенных в следственном изоляторе.

У редакции «СМ Номер один» есть пакет документов, которые подтверждают: да, конфликтная ситуация вокруг особняка была и в нее так или иначе были вовлечены и Ковалева, и Казакова. Но стал ли этот конфликт источником их дальнейшего противостояния? Многие, в том числе и непосредственные участники событий вокруг чеховского особняка, отвечают на этот вопрос положительно.

В любом случае, кто бы ни начал действия против экс-мэра Листвянки, последствия атаки на Казакову давно уже вышли за пределы кампании против одной отдельно взятой личности, перейдя на региональный уровень.

Появилось будущее

Можно по-разному относиться к Татьяне Казаковой, но то, что глобальная атака на нее весьма пагубно отразилась на Иркутской области в целом и на многих ее жителях в частности, — факт неоспоримый.

Начнем с Листвянки. Еще лет семь назад некоторые называли поселок позором Иркутской области и родимым пятном Байкала. Не разделяя столь жестких оценок, заметим, что повод для их появления существовал: грязь на улицах, постоянный дым от коптилок, отсутствие более или менее цивилизованных мест для отдыха.

Став мэром Листвянки, Татьяна Казакова за достаточно короткие сроки навела в поселке порядок. Речь даже не столько о том, что турист наконец-то получил возможность культурного отдыха, сколько о том, что местные жители почувствовали: у Листвянки появилось будущее. Социальные магазины, бесплатный автобус, ремонт и поддержка поселковой школы, праздники для местных жителей — все это было, пока работала Казакова. Сейчас от этого остались лишь крохи, и у селян вновь появился повод впасть в пессимизм, который усугубляет ситуация вокруг отеля «Маяк». Любопытно, что одна из инициатив Казаковой — а именно строительство ледового городка для местной детворы — превратилась в событие сначала общероссийского, а теперь мирового масштаба. Четыре года назад усилиями ледового мастера Карима Мухамадеева в Листвянке стали проводить конкурс ледовой скульптуры «Хрустальная нерпа», а сейчас он стал отборочным этапом чемпионата мира по ледовым скульптурам Ice Alaska.

Остался лишь макет

Трудно сейчас предположить, как бы развивался проект «Байкал-Сити», не окажись Татьяна Казакова под арестом. Напомним, что целью проекта было создание всесезонного туристического и делового комплекса в поселке Листвянка. В комплекс «Байкал-Сити» входили такие объекты, как политические резиденции России и стран Азиатско-Тихоокеанского региона, конгресс-центр, горнолыжный курорт, аквапарк, канатная дорога в порт Байкал, гостиницы, рестораны, комплекс жилых объектов.

Проект был презентован участникам IV Байкальского экономического форума в рамках выставки «Крупномасштабные проекты Сибири и Дальнего Востока», а также представлял регион на Российской национальной выставке в Пекине. Везде он получал положительные оценки специалистов и вызывал интерес у инвесторов. Сейчас о проекте напоминает лишь макет, установленный в фойе все того же отеля «Маяк». К слову сказать, и текущая ситуация с отелем «Маяк» никак не красит Иркутскую область. Во-первых, пикеты весьма негативно отражаются на имидже региона. В конце минувшей недели в редакцию несколько раз звонили коллеги из других городов примерно с одинаковым вопросом: «Ну что опять у вас такое?»

Во-вторых, закрытие «Маяка» будет означать катастрофу для турбизнеса в Иркутской области. Как рассказала администратор отеля Татьяна Лесничая, с которой мы поговорили прямо на пикете, сейчас только на летний сезон в «Маяке» заявлено более тридцати конференций разного уровня. Если «Маяк» закроют, их придется переносить или отказываться от них совсем.

— Мы только что вернулись с туристической выставки в Берлине, — добавляет директор отеля Станислав Леник. — «Маяк» уже включен во все маршруты. Немцы, которым мы сообщили о ситуации, заявили, что, если «Маяк» работать не будет, они переночуют в поезде. Понятно, что на следующий год Иркутская область из маршрутов выпадет. Поедут, скорее всего, в Бурятию или вообще исключат Байкал из тура. Станислав, как никто другой, знает, что отель абсолютно надежен. «Иначе я бы не работал там», — сказал он как-то в приватном разговоре.

История с баннером

Ситуация вокруг «Маяка» не добавляет дивидендов ни суду, ни прокуратуре, ни другим правоохранительным структурам. Сотрудники «Маяка», жители Листвянки винят в своих проблемах именно их, зачастую не отдавая себе отчета, что сотрудники силовых ведомств просто выполняют чью-то волю. В то же время в частных беседах сотрудники правоохранительных органов нередко сознаются, как нелегко им выполнить тот или иной приказ, нередко отданный вопреки здравому смыслу и элементарной логике.

Ярким примером того может служить достаточно примечательная операция по снятию баннера «Путин, спаси «Маяк»!», прошедшая 19 марта. На этот раз к обойме структур, задействованных в деле против «Маяка», добавилось МЧС. После того как два дня баннеры провисели на старинной водонапорной башне на улице Байкальской, их вдруг решили демонтировать. Были привлечены сотрудники полиции и МЧС. К башне подогнали пожарную машину, выбросили лестницу. По лестнице, однако, полез не пожарный, а полицейский. Причем никаких попыток выяснить, чей это баннер, и объяснить собственнику свои действия предпринято со стороны силовиков не было.

Инструмента для демонтажа ни у полиции, ни у сотрудников МЧС не оказалось. Пришлось обращаться к общественности в лице сотрудников находящейся неподалеку позной «Наран». Там полицейский позаимствовал большой кухонный нож, который впоследствии так и не отдал. Баннер в итоге также не сняли, потому что подъехали его собственники, начался скандал и силовики получили приказ покинуть место происшествия.

«Пойдем на решительные меры»

Здравый смысл подсказывает, что в ситуации с «Маяком» надо искать некий компромисс. На текущий момент есть только одна инстанция, которая способна это сделать, — областной суд. Это подтвердило и Законодательное собрание Иркутской области в лице заместителя председателя Геннадия Истомина. В письме на имя президента ассоциации «Байкальская виза» Дмитрия Матвеева сказано буквально следующее:

«Законодательное собрание Иркутской области обеспокоено ситуацией, связанной с запретом эксплуатации отеля «Маяк». «Маяк» является одним из базовых отелей в поселке Листвянка, предназначенным для развития туризма и делового бизнеса как в городе Иркутске, так и в Иркутской области в целом... Однако решение о запрете эксплуатации отеля «Маяк» принято судом. При таких обстоятельствах Законодательное собрание Иркутской области не имеет правовых оснований для урегулирования данного вопроса».

Кассационная жалоба на решение Кировского суда от 15 февраля уже подана, и, насколько нам известно, ее рассмотрение в областном суде назначено на 4 мая. На пикете, который прошел в минувший четверг, было принято обращение на имя председателя Иркутского областного суда Николая Дубовика.

«До возглавления Вами Иркутского областного суда, — говорится в обращении, — наша область в течение трех лет жила без председателя областного суда. При этом качество судебных решений... катастрофически снизилось. Мы очень надеемся, что с Вашим приходом прекратится принятие судами заказных решений.

Решением Кировского районного суда... запрещена деятельность отеля «Маяк». Данное решение выводит людей на улицу, мы уже второй раз пикетируем здание Иркутского областного суда для того, чтобы Вы обратили внимание, что 300 человек лишились своей основной работы — в отеле «Маяк». В очередной раз просим Вас вмешаться в ситуацию, разобраться с закрытием отеля «Маяк».»

Под обращением почти 250 подписей. Многие из них принадлежат жителям Листвянки, напрямую с отелем не связанным. Причем настроены они едва ли не более решительно, чем сами сотрудники отеля. «В случае если мы не будем услышаны, — говорят жители поселка, — мы пойдем на беспрецедентные меры. Например, трассу перекроем».

Метки:
baikalpress_id:  24 042