В Осе пропал семилетний мальчик

Нет ни одного следа, который мог бы указать, где искать ребенка

Жизнь маленького Саши начиналась нерадужно: мать, жительница поселка Рассвет, отказалась от него в роддоме. У нее не было никаких возможностей для того, чтобы растить сына. Мальчик рос в доме малютки, потом в Осинском приюте. Мать навещала его и только спустя шесть лет, устроив свою жизнь, забрала Сашу из приюта. Но скоро вернула обратно — отношения с подросшим сыном не сложились. Тогда биологический отец Саши, житель Осы, потомок обрусевшего китайца, забрал Сашу к себе и дал свою фамилию — Ли Чин. До 4 февраля нынешнего года мальчик вел относительно благополучное существование в семье отца. Вечером 4 февраля он пропал. Прошло три недели, но первоклассник не найден. Мальчик точно сквозь землю провалился.

По статье «Убийство»

Пропажа ребенка для поселка — событие не просто экстраординарное, оно кажется осинцам невероятным. Хотя факт, что мальчик пропал бесследно, налицо.

— Дело заведено по статье 105 — «Убийство». Статус ребенка — без вести пропавший — это предполагает. Мы отрабатываем пять версий, — рассказывает Анатолий Хантаев, заместитель руководителя Боханского межрайонного следственного отдела СКР. — В числе версий — убийство ребенка ближайшими родственниками, похищение ребенка проезжающими водителями, причинение смерти ребенку при неосторожной игре с детьми, некриминальное наступление смерти (мальчик мог замерзнуть или утонуть). Не исключено, что мальчик просто где-то прячется.

Все сеновалы, сени, возможные природные укрытия в Осе и вокруг нее обыскали уже не один раз. Дважды осинцы — милиция, представители общественных организаций, администрация и т. д. — прочесывали поселок от и до. Сплошной обход ничего не дал. Побывали во всех неблагополучных домах — безрезультатно. Через несколько дней стала всплывать информация, что мальчика видели в течение недели в разных местах поселка Оса. Но информация, распространителями которой были в основном ребятишки, не подтвердилась.

Сейчас в поселке создан штаб с привлечением всех организаций района. Разосланы ориентировки, курсирует машина с рупором. Увы, пока безрезультатно.

Мы встретились с теми, кто так или иначе имел отношение к судьбе маленького Саши и был причастен к поискам пропавшего мальчика. Попытаемся нарисовать картину произошедшего, опираясь на рассказы очевидцев и участников событий.

Особенный мальчик

Первоклассник Саша Ли Чин, носивший до недавнего времени материнскую фамилию Ильин, учился в начальной школе Харая — деревни, которая вошла в состав поселка Оса. Осу и ее «пригород» Харай разделяет мост через реку. От школы до Сашиного дома совсем недалеко — нужно перейти мост, преодолеть горку и повернуть направо. В какой-то точке этого пути Саша, как предполагают, и пропал вечером 4 февраля. Хотя даже такому особенному ребенку пройти 300—400 метров было ничуть не затруднительно.

Особенность Саши заключается в том, что его умственные способности развиваются не так, как у его сверстников. Да и физически Саша нездоров — у него целый букет хронических заболеваний и перенесенные операции на мочевом пузыре. Вопрос об умственных способностях мальчика, о предсказуемости (или непредсказуемости) его поступков, о его психологическом состоянии важен в деле о пропаже первоклассника. Мог ли он сбежать, мог ли поддаться на уговоры чужих людей сесть в машину, мог ли он спрятаться так, что до сих пор его не могут найти?

Сашина учительница Наталья Ратневич и директор начальной школы Людмила Петрова говорят о том, что Саша, исходя из опыта пребывания его в первом классе, необучаем. Он не научился ни складывать буквы, ни писать. На уроках рвал тетрадки и ломал ручки.

— Другим детям было интересно, потому что они понимали, что происходит. А Саша не понимал, поэтому ему было неинтересно, у него не было мотиваций к учению — и он развлекал себя как мог. Хотя в школу шел с желанием и уходить после уроков не хотел, искал общества. Чтобы привлечь к себе внимание, мог создать конфликтную ситуацию.

— Его можно было бы заманить в машину?

— В контакт с людьми всегда входил легко.

— Он, по-вашему, мог уехать? Например, в Иркутск на попутке?

— Нет. Он мог попросить отвезти его в Рассвет — там он некоторое время жил с матерью, но в Иркутск — нет. Сами посудите: вся информация, которую он мог дать о себе, — как зовут его, его отца, в каком поселке проживает. Но адрес он вам уже не назовет. Да и сколько ему лет, тоже не всегда скажет. А уж о географии его представления более чем скудные. Диагноз мальчику не поставлен — его рекомендовали отправить на медико-педагогическую комиссию, чтобы установить, насколько он в состоянии освоить обычную школьную программу.

Проблемы Саши — наследственные. Умственным расстройством страдает его отец, а также страдала бабушка. Сашиного отца, Глеба, в Харайской школе хорошо знают — он тоже тут учился. Учение, говорит директор школы, давалось ему с огромным трудом, да так и не далось. Он на инвалидности. Но физически здоров и работает на четырех работах, чтобы прокормить семью.

Мог ли Саша сбежать из дома?

Мальчик появился в семье отца летом, когда родная мать во второй раз от него отказалась — не смогла поладить с необычным сыном. Глеб, который с матерью Саши не жил и даже не был записан как отец в медицинской карте ребенка, установил отцовство и забрал сына к себе. Саша освоился в новой семье.

— А он жаловался когда-нибудь на плохое обращение? — спросили мы классную руководительницу.

— Нет, никогда. У нас были претензии к родителям по поводу теплой одежды, каких-то бытовых вещей. Но стоило нам поговорить с отцом ребенка, и ситуация сразу же наладилась. А признаков плохого обращения мы никогда не замечали.

Саша обычно ходил в школу или из школы со сводным братом Женей, сыном мачехи. Возвращался с ним же либо с классной руководительницей, которую любил сопровождать. В тот день Саша пошел с Женей.

— Мы узнали о пропаже Саши на следующее утро. Это была суббота. Малыши в субботу не учатся. Звонит сторож и сообщает: пришел Глеб Ли Чин, отец Саши, и спрашивает, не было ли его сына в школе, — рассказывает Наталья Ратневич. — Глеб начал искать мальчика вечером. Пасынка он нашел, но Саши с ним не оказалось. Вечерние поиски оказались безрезультатными, и на следующее утро отец пришел в школу в надежде, что мальчик туда придет.

Учителя поехали по деревне искать Сашу. Подробно расспрашивали детей о том, что происходило с Сашей и Женей, после того как они вышли за пределы школьной территории. Оказалось, что мальчики не пошли домой. У моста они встретили третьеклассника, приятеля Жени. Вместе пошли к этому мальчику в гости. Но Саша потом оказался на улице — старшие его выставили из дому, он им мешал.

— Он стоял и плакал. Его увидела третьеклассница из нашей школы и повела к себе домой, накормила. И у нее он оставался до вечера, пока не пришли родители девочки и не напомнили, что Саше пора домой. Это было в пятом часу. Больше мальчика никто не видел.

— Мог ли он уйти бродяжить?

— Вряд ли. Он у нас обычно встанет на одном месте и стоит. Ходит очень тихо. Саша — нешустрый мальчик. Всегда как бы в капсуле — очень сильно срабатывает инстинкт самосохранения. Если упадет или толкнет кого-нибудь — реву будет...

Гадалки уверяют, что мальчик жив

По словам Сашиной мачехи Натальи, Саша никогда никуда не уходил. Во всяком случае, за то время, пока жил с ними. Появление пасынка Наталью, судя по всему, не удручило.

— Глеб хотел его из приюта забрать, но я говорила, что не отдадут. Однажды приехала мать Саши и говорит: «Где Глеб? Пускай едет забирает Сашу, я с ним справиться не могу». Я отыскала Глеба. Сашу мы забрали, — рассказывает она вполне благожелательно и спокойно.

— А что в деревне говорят о пропаже Саши?

— После того как мы заявление в милицию написали, розыски начались. Один мальчик сказал, что в пятницу, 4 февраля, они с Сашей заходили в магазин «Мечта». У Саши откуда-то были деньги. Он купил приятелю шоколадку. А потом ушел в сторону Харая, где школа. И с этого момента, как мальчик эту историю рассказал, начались всякие разговоры: то его там видели, то сям.

— Что вы сейчас предпринимаете?

— Сейчас милиция ищет. А я ходила уже и к гадалкам. Одна мне наворожила, что он жив и находится у какой-то женщины. Потом поехала я к другой гадалке. И тамошняя гадалка сказала, что он у женщины и там еще два парня — один постарше, другой повыше. Гадалка сказала, что они должны скоро уехать. Я ходила к ней еще раз, так она сказала четко: «Здесь вы его не найдете».

Сводный брат Саши Женя Жуков рассказал, что пацаны будто бы видели Сашу на речке возле покинутой будки от машины. Но отец Саши никаких следов там не нашел. Не нашел он их ни у родственников и знакомых, ни на реке, ни возле поселка, ни в Рассвете — нигде.

— А может, вы с Сашей поссорились и он ушел? Какие у вас были отношения с сыном?

— Я его наказывал за тетради. Учиться не хотел он, я его заставлял учиться. Не учиться нельзя... А так мы не ссорились.

Затянуло под лед?

Как мог ребенок исчезнуть бесследно? Единственным объяснением этому, объяснением, которое кажется местным жителям более или менее реальным, может служить промоина на реке, которая образовалась как раз перед тем, как пропал Саша. Промоина небольшая, но глубокая.

— Мы, когда искали, думали о проруби на реке, из которой скот пьет. Но прорубь неглубокая, хотя под лед могло затянуть... А потом мы обнаружили, что образовалась промоина. К сожалению, когда мы пришли на место, там было все истоптано — родители уже там искали, — рассказывают в милиции.

Отец Саши рассказывает, что обыскал и будку на реке, и прорубь, и промоину.

— Не было следов вообще, — подытожил он. Если бы мальчик попал в промоину, то сопротивлялся бы. На нем были надеты теплые, толстые вещи, за плечами ранец. Следы борьбы были бы видны, края небольшой промоины были бы обломаны. Он хотя бы руки раскинул, барахтался бы, считают учителя, имея в виду сильно развитый инстинкт самосохранения маленького Саши.

— Да и вряд ли он полез бы к промоине. Это нужно с берега спуститься, а берег достаточно крут. Саша был не склонен к каким-то экстремальным развлечениям, — уверен классный руководитель.

А вот в приюте, где прожил большую часть своей маленькой жизни Саша Ильин, ныне Ли Чин, считают, что от Саши всего можно было ожидать и нужен был за ним глаз да глаз. Впрочем, педагоги уточняют: два года прошло, дети за такое время очень меняются.

Ребенка увезли проезжающие?

Что же до версии с похищением ребенка проезжавшим водителем, то, кажется, она в случае с осинскими детьми вполне может оказаться истиной. Когда мы искали в Осе район Харая, то встретили на дороге мальчика с ранцем и стали расспрашивать. Мальчик сказал, что как раз живет в Харае. Мы предложили ему показать нам дорогу и пригласили сесть в машину. Мальчик открыл дверь и сел в незнакомую машину с незнакомыми людьми. И если 11—12-летний ребенок, не заботясь о своей безопасности, садится в неизвестную машину, то почему же семилетний Саша не мог забраться в какую-нибудь машину по приглашению доброго дяденьки шофера покататься или купиться, например, на обещание сладостей? Учитывая рост преступлений против детей, а также то, что через Осу проезжает множество машин, это кажется вероятным. Но мы надеемся, что маленький Саша, которому в жизни и так пришлось несладко, найдется живым и невредимым.

Приметы ребенка

Лицо европейское, глаза карие, рост 80—90 см, худощавое телосложение, волосы светлые короткие. Был одет: пуховик черного цвета, шапка вязаная черного цвета, штаны черного цвета, ботинки черного цвета. С собой был портфель темного цвета.

Особые приметы: два послеоперационных шрама в паху по 5 см после операции на мочевом пузыре. При обнаружении и установлении местонахождения сообщить по телефонам: 8 (39539) 3-11-02, 3-16-88, 3-14-71 или 02.

Метки:
baikalpress_id:  23 986