Полный провал

Спелеологи спустились в огромную яму возле художественного музея

Около недели назад с заднего двора отдела сибирского искусства Иркутского областного художественного музея, расположенного на улице Карла Маркса, выезжал грузовик с мусором. Когда мусоровоз выехал за пределы двора, работники музея обнаружили, что под тяжестью груженой машины обрушилась земля, открыв зев довольно глубокой ямы, из которой незамедлительно пошел пар. Начальник службы безопасности Анатолий Балаганский сообщил о провале директору. Яму осмотрели археологи и представители Центра сохранения историко-культурного наследия, однако никакой ценности она для них не представляла. Просто засыпать каменный мешок, не узнав, что там на дне, куда он ведет, сотрудники музея не решились — все-таки исторический центр города еще хранит под землей множество загадок. Чтобы спуститься в яму и провести ее исследование, были приглашены спелеологи клуба «Арабика».

Подземелья с сейфами

В выставочном зале слышен звон железа. Но это не привидения, которые здесь, говорят, появляются время от времени и гремят кандалами. Это спелеологи готовят снаряжение. У здания художественного музея большая история, в которой фигурируют подземелья. Куда ведет яма — предположений на этот счет много. На глубине может оказаться все что угодно: подвал, подземный туннель, ливневая канализация и даже клад. Поэтому все в предвкушении...

Пока спелеологи собираются, заведующая отделом сибирского искусства Ирина Буханцова кратко знакомит с историей музея.

Здание художественного музея на центральной улице Иркутска — Карла Маркса (бывшая Большая. — Прим. авт.) — строила Варвара Петровна Кельх. Единственная наследница огромного состояния промышленника-миллионщика Ивана Базанова, после смерти отца она вместе с матерью занималась благотворительностью. Здание музея было построено в конце XIX века. В центре Восточной Сибири Варвара Петровна прожила немного. Выйдя замуж, она переехала в Санкт-Петербург, где построила увеличенную копию иркутского здания музея в стиле северного модерна.

После отъезда Варвары Кельх помещения особняка занял торгово-промышленный банк, который просуществовал до революции. После революции здесь были размещены экспозиции Иркутского художественного музея.

— Наш директор рассказывал, что до революции в здании музея находился торгово-промышленный банк. Деньги завозили с улицы Свердлова и загружали в склады (эти сооружения располагались на заднем дворе музея и сохранились до сих пор. — Прим. авт.), — дополняет Анатолий Балаганский, начальник службы безопасности. — Склады соединялись с банковским учреждением подземными тоннелями, и через них деньги доставлялись в банк. Много лет назад подвалы использовал под хранение продуктов гастроном, соседствующий с музеем. Потом надобность в подземных холодильниках отпала, ходы замуровали, но, говорят, в них до сих пор остались сейфы, изготовленные в царские времена. Кто знает, может, этот провал и ведет к этим подземельям.

Колодец расширяется и уходит под воду

В ожидании спелеологов, которым сегодня предстоит выступить в роли диггеров, т. е. изучить искусственное подземное сооружение, яму прикрыли железной решеткой. Представители клуба «Арабика» снимают решетку и привязывают веревку к лежащей поперек ямы доске. Из ямы валит пар, ее стены сложены из старинного красного кирпича. До спуска в каменный мешок туда сбрасывали камешки, но не услышали звуков их падения. Специалисты центра сохранения наследия уронили в яму небольшую лопатку, но лезть за ней не решились. Из-за пара не было видно, насколько яма глубока.

Первым спускается руководитель мероприятия Михаил Алексеев. Через несколько секунд после спуска доносятся слова: «Я на дне, вокруг вода». Глубина колодца оказалась около трех метров, приблизительно еще полметра покрыто водой.

— Я стою на куче грунта, он разъезжается под ногами. Вокруг вода, продвинуться дальше невозможно, — констатирует Михаил, к всеобщему разочарованию спелеологов, которым тоже не терпелось спуститься на дно колодца.

Михаил садится на кучу грунта и просовывает ноги под каменный свод. — Я чувствую ногами стены, уходящие вниз, — комментирует спелеолог свои ощущения.

В потолке затопленного помещения, где свод смыкается с водой, он обнаружил старую, ржавую трубу диаметром 15 см. Так что не исключено, что перед нами была всего-навсего канализация для отвода поверхностных вод.

На дне каменного колодца валялись гнилые доски, ржавые железяки и шарниры. В них Михаил распознал остатки сгнившего люка. Спелеологи взяли воду на пробу. Какого-то резко выраженного запаха у нее нет. Скорее всего, она попала под землю с поверхности.

Город в подземельях

Сталкиваться с провалившимися ямами в черте города спелеологам уже приходилось. Несколько лет назад провал образовался возле лингвистического университета. Спустившись в него, спелеологи оказались в заброшенном подвале, забитом рухлядью. Из более-менее ценного удалось обнаружить только монетку. В исторической части города полости под землей обнаруживаются регулярно, однако ни одна из них не стала подтверждением городской легенды о том, что центр города буквально испещрен подземельями.

Одна из самых старинных баек гласит, что подземный каретный ход соединял причал на Ангаре и арсенал, располагавшийся на территории нынешнего Центрального рынка. Купцы устраивали там подземные гонки на тройках. Обнаруживались провалы и во дворе художественного музея на Ленина, и во дворе Дома Кузнеца (бывшего купеческого особняка), проваливался пол и в одной из комнат театра музкомедии. Но, по словам иркутских спелеологов, ни один из провалов, а их за время существования клуба было исследовано немало, не имел продолжительного хода и являлся либо старой ливневой канализацией, либо фрагментом подвала.

Для дальнейшего изучения каменного мешка во дворе художественного музея необходимо его осушение. Но возникает вопрос о целесообразности такого мероприятия, ведь процент вероятности, что перед нами пусть и старинная, но обыкновенная ливневка, огромен. Так что, скорее всего, яму просто засыплют или накроют прочным люком.

Метки:
baikalpress_id:  23 976