Дело «Маяка»

Что стоит за решением о закрытии единственного крупного отеля на западном берегу Байкала?

Во вторник Кировский суд Иркутска вынес достаточно неоднозначное и уже интенсивно обсуждаемое в архитектурных и юридических кругах решение о закрытии отеля «Маяк» на Байкале. Несмотря на то что официальные акты и технические отчеты говорят об исключительной надежности здания, суд посчитал недопустимой его дальнейшую эксплуатацию. Только лишь забота о постояльцах «Маяка» движет теми, кто инициировал его закрытие? В бизнес-кругах Иркутска на этот счет есть вполне определенное мнение.

Можно положить набок

Наша газета уже рассказывала о «Маяке» — и как о части туристического имиджа региона, и как об архитектурном объекте. Мы писали, в частности, о том, как строился «Маяк». Тогда, в ходе изыскательских работ, было установлено: в Листвянке рыть котлован или забивать сваи невозможно из-за того, что поселок стоит на природной каменной скале. Гостиницу поставили на бетонную подушку — монолит размером 25 на 25 метров, высотой полтора метра. Чтобы залить его, потребовалась непрерывная работа всех миксеров Иркутска в течение двух с половиной суток. Причем — и этот факт особо отмечали строители — использовался только бетон, произведенный на Иркутском заводе сборного железобетона, предприятии, которое строило в свое время Иркутскую ГЭС.

Затем мы писали о том, как строился каждый этаж гостиницы. Это — тоже монолитная конструкция. Месяц бригада рабочих готовила каркас, устанавливала арматуру. А сам этаж строился за один день: с восьми утра до часа ночи происходила непрерывная заливка бетона в уже готовую опалубку.

Сами строители, говоря о надежности «Маяка», приводили такой пример: если каким-то образом здание гостиницы положить набок, то оно не разрушится — так и останется цельным монолитом.

Соответствует нормам

Претензии к «Маяку» со стороны правоохранительных органов начали высказываться с марта 2008 года, когда была арестована глава Листвянского МО, экс-руководитель ассоциации «Байкальская виза» Татьяна Казакова. Именно она была в свое время инициатором строительства «Маяка», и с ней связывают открытие гостиницы. Западно-Байкальская прокуратура инициировала дело о закрытии отеля и почти три года пыталась доказать в суде, что «Маяк» работает незаконно и его следует закрыть. По словам Анны Краснозвездовой, директора «Байкальской правовой гильдии», в ходе судебного разбирательства были допрошены десятки экспертов, но практически никто не усомнился в надежности здания.

Сотрудники службы государственного жилищного контроля, проводившие проверку отеля «Маяк» в период с 2008-го по 2011 год, на суд приходили с картонной коробкой от бумаги А4, полной документов. Это были исследования электрики, сантехники, водоотведения, несущих конструкций, фасадных решений по отелю «Маяк». И каждое исследование заканчивалось одним выводом: нарушений не обнаружено, здание соответствует строительным нормам. Последний документ — акт осмотра, датированный 27 января 2011 года — дает аналогичный вердикт.

Закрыли за сутки

Развязка в конфликте вокруг «Маяка» наступила неожиданно быстро. В минувший понедельник после обеда в Кировском суде началось слушание дела, а во вторник до обеда было принято решение запретить «незаконную деятельность по эксплуатации «Маяка».

Как рассказывают очевидцы, побывавшие на процессе (журналиста в зал заседаний не пустили по причине, которую обозначили как «отсутствие в зале свободных мест»), в понедельник сторона обвинения представила суду женщину-эксперта, которая заявила, что, по ее мнению, «Маяк» может разрушиться во время землетрясения. Эксперт посчитала, что на уровне проекта в отель была заложена ошибка. На вопрос защиты, на основании чего свидетель пришла к таким выводам, эксперт ответила, что она просто так считает. Никакими документами или результатами исследования свои ощущения эксперт не подтвердила.

В свою очередь сторона защиты представила суду сразу три отчета о состоянии отеля от 2005-го (еще на уровне стройплощадки), 2008-го и 2010 годов, сделанные независимыми лицензированными организациями. Согласно материалам этих исследований, гостиницу просвечивали тепловизорами, сверлили технологические отверстия и вставляли туда разные приборы и датчики, но никаких отклонений не нашли. Все отчеты говорили о безопасности и надежности сооружения.

Более того, защита просила суд о проведении дополнительной экспертизы, связанной с вновь открывшимися обстоятельствами, а именно с заявлением уже вышеупомянутой женщины-эксперта. Однако все доводы и ходатайства защиты суд оставил без рассмотрения. Со слов одного из экспертов, присутствовавших в зале, у многих очевидцев сложилось мнение, что решение по «Маяку» было принято еще до начала судебного заседания и те немногочисленные прения, которые все-таки имели место, оказались чистой формальностью.

Общественные интересы

Понятно, что ООО «Перспектива» — нынешний собственник отеля — будет подавать кассационную жалобу на решение Кировского суда. Случится это, по словам Натальи Волошиной, представителя «Перспективы», после 25 февраля, когда будет получена резолютивная часть судебного заключения. Анна Краснозвездова, директор «Байкальской правовой гильдии», уверена, что на уровне Верховного суда РФ решение Кировского суда будет отменено.

— Согласно практике Верховного суда России, сложившейся в 2010 году, если защите не дают возможность провести экспертизу, судебное решение отменяется, — говорит она. — Мы на последнем заседании выносили такое ходатайство, но суд не учел его.

Также Анна Краснозвездова уверена, что Верховный суд (или другой суд высшей инстанции) полностью изучит статью 1065 Гражданского кодекса РФ — «Предупреждение причинения вреда». Согласно этой статье было принято решение о закрытии «Маяка», но в то же время в этой статье сказано: «Суд может отказать в иске о приостановлении либо прекращении ... деятельности ... в случае, если ее приостановление либо прекращение противоречит общественным интересам». Двести сотрудников «Маяка», которые останутся без работы в случае закрытия гостиницы, деградация туризма в Приангарье — все это, считает Анна Краснозвездова, те самые «общественные интересы», которые не позволяют говорить о закрытии «Маяка».

Байкал снимают с продаж

Пока юристы готовятся к продолжению борьбы за «Маяк», отель исчезает из предложений туроператоров, предлагающих отдых на Байкале. А вместе с отелем нередко исчезает и предложение Иркутской области в целом. — Сведения о том, что отель закрывается, приносят неизмеримый ущерб не только нам, но и всей туриндустрии Иркутской области, — уверен Станислав Леник, директор отеля «Маяк». — Туроператоры стараются сейчас переориентировать туристов на другие направления. Мы говорили с ним накануне суда, когда еще не было принято окончательное решение, но сайт прокуратуры уже разместил пресс-релиз, где извещал о закрытии отеля: «ООО «Перспектива», являющаяся собственником гостиничного комплекса, обязано прекратить предоставление гостинично-туристических услуг гражданам» — было указано в пресс-релизе. Почему информация о закрытия «Маяка» появилась за несколько дней до решения суда — вопрос отдельный и, скорее всего, риторический.

— Если отель действительно закроют, — продолжал тем временем Станислав Леник разговор, который, напомним, состоялся накануне судебного заседания, — развитие туризма в Иркутской области будет отброшено на десять лет назад. Я не могу понять, почему этого не понимают в прокуратуре, равно как и не понимаю, почему в нормальном, хорошем, качественном объекте вот уже почти три года хотят найти какой-то криминал.

И вот суд принял решение, в которое так не верил Станислав Леник. Причем принял аккурат в его день рождения. Если кто-то хочет найти здесь какой-то символ, то его, скорее всего, нет. Просто так совпало — и все.

Взгляд на восток

Случайно или нет, но вся шумиха вокруг отеля была поднята именно в тот момент, когда в Иркутске проходила встреча между делегациями Иркутской области и Бурятии, в которой принимали участие главы обоих регионов. В частности, много внимания было уделено области туризма.

А 10 февраля в БайкалБизнесЦентре состоялся круглый стол «Инвестиционные предложения в области туризма», организованный правительством Республики Бурятия, на котором были озвучены темпы роста туристской отрасли Бурятии. В 2010 году регион принял 400 тыс. туристов, прирост в сравнении с 2007 годом составил 74%, с 2009-м — почти 11%. Доходы туротрасли в прошлом году, по оценкам экспертов, достигли 1,18 млрд руб. (плюс 80% по сравнению с 2007 годом). Объяснив, что называется, на пальцах, почему надо вкладывать деньги в туротрасль Бурятии, наши восточные соседи пригласили иркутских предпринимателей в качестве инвесторов. Некоторые из тех, кто присутствовал на круглом столе, сразу же откликнулись на предложение. Стоит напомнить, что еще летом прошлого года директор Сибирского института планирования и развития туризма, член общественной палаты Иркутской области Олег Данилин заметил в интервью одному из иркутских информагентств: «90% предпринимателей, которые создают туристскую инфраструктуру в Бурятии, — это наши, иркутские предприниматели. Потому что там для их развития создают все условия, а здесь — нет». Вряд ли «дело «Маяка» способствует преломлению этой негативной для Иркутской области тенденции.

Бизнес-апатия

Между тем в Приангарье уже давно говорят о том, что в среде иркутского бизнес-сообщества зреет некая апатия, нежелание вкладывать деньги в крупные проекты на территории своего региона. В частных беседах бизнесмены высказывают опасения за судьбу возможных инвестиций — и сейчас перед их глазами возник еще один наглядный пример. Отель «Маяк», на строительство которого и дальнейшее развитие ушли годы и сотни миллионов рублей, был закрыт менее чем за сутки решением суда. С одной стороны, понятно, что конфликтная ситуация вокруг «Маяка» связана с личностью Татьяны Казаковой, а не только с какой-то возможной ненадежностью отеля. Анна Краснозвездова, директор «Байкальской правовой гильдии», так и заявила нашей газете: «Дело «Маяка» — часть кампании, направленной против объектов, к которым сама Татьяна Казакова или члены ее семьи имеют отношение. За те два с лишним года, которые Казакова провела в СИЗО, предприятия «Байкальской визы» 71 раз подвергались разного рода проверкам».

С другой стороны, многие из представителей крупного бизнеса отдают себе отчет, что каждый из них в силу разных причин может оказаться в ситуации, схожей с той, в которой оказалась Татьяна Казакова. И у некоторых из них, возможно, нет-нет да и проскальзывала мысль: зачем же вкладываться в регион, где бизнес так зависит от обстоятельств?

Загрузка...