Отстреливался от нацистов

За стрельбу из травматического оружия общественнику дали два года условно

В одном из августовских номеров мы писали об истории, в которой оказался замешан житель поселка Сосновый Бор Алексей Малинин, сочувствующий идеям антифашистов. Его обвиняли в применении оружия в отношении одного из лидеров неофашистского движения Приангарья. В защиту Алексея антифашисты под лозунгом «Нет репрессиям!» даже организовали пикет перед зданием областного суда. На прошлой неделе, после того как Алесей Малинин неожиданно признался в совершенном преступлении, ему вынесли приговор.

Пришлось закрыть детский центр

В начале августа перед началом судебных разбирательств мы встретились с Алексеем. Молодой человек поведал, что 1 мая этого года сотрудники центра по борьбе с экстремизмом, нарушая все нормы и правила, доставили его в отделение и заставляли признаться, что он выстрелил из травматического пистолета в неонациста Бумера.

Бумер, в миру Евгений Панов, — достаточно известная фигура в определенных кругах Иркутска. Этот человек, отличающийся особой жестокостью, подозревается в нападении на лагерь экологов под Ангарском, где один человек погиб, а многие получили тяжелые увечья. Бумер вместе с дружками нападал на скейтеров и велосипедистов только из-за того, что те «правильные», избивал жителей Бурятии и выходцев из ближнего зарубежья. Сейчас Евгений Панов находится в СИЗО. В его отношении возбуждено уголовное дело по статье «Хулиганство по мотивам национальной ненависти».

Сотрудники центра «Э» задержали Алексея Малинина 1 мая этого года, сразу после праздничного шествия. Алексей рассказывал, как в отделении следователь бил его по голове ежедневником, запугивал и требовал подписать признание. После беседы с оперативником Алексею предъявили обвинения по статье «Нанесение побоев без причинения вреда здоровью», а его жизнь изменилась коренным образом. Во-первых, ввиду многочисленных проверок он вынужден был закрыть детский досуговый центр, который в своей время сам же и открыл. Во-вторых, на Алексея начали косо смотреть односельчане. В-третьих, какие-то непонятные люди через забор детского сада запугивали его ребенка, говоря про отца гадости. Ну и в-четвертых, в его кристально чистой биографии грозила появиться уголовная статья.

— Когда человек подозревается в преступлении, слухи быстро распространяются по деревне, — говорит Константин Шишмарев, дознаватель ОМ-5 УВД по г. Иркутску, который занимался делом Алексея Малинина. — Тем более что осужденный работал с детьми. Поэтому люди и начали относиться к нему с недоверием.

Защита рассыпалась после биллинга

По словам дознавателя, Бумер написал заявление о нападении через некоторое время после того, как его 29 апреля в очередной раз доставили в милицию. Панов поведал следователю, что 15 марта в районе известного в Иркутске тусовочного места, именуемого в народе «Банька», Малинин выстрелил в него из травматического пистолета.

— Каким бы ни был Панов человеком, но в отношении него было совершено преступление. Мы по закону обязаны были прореагировать, — говорит дознаватель Шишмарев. — Потерпевший прошел судебно-медицинскую экспертизу, на Алексея Малинина была составлена ориентировка. Главной приметой были большие кресты на руках.

Примечательные кресты и стали камнем преткновения в этом деле. В свое время Алексей сделал на руках татуировку, выражая свою гражданскую позицию. Так он хотел показать, что ставит крест на всех вредных привычках. Именно эти кресты и запомнили друзья Бумера — свидетели по данному делу.

— Малинин утверждал, что в день нападения на Бумера он был у себя в Сосновом Бору, — продолжает дознаватель, — однако его бабушка потом не смогла подтвердить его алиби. Ну и плюс ко всему в этом деле есть еще одно обстоятельство. Когда мы сообщили о нем на суде, Алексей тут же признал свою вину. Мы сделали запрос в компанию сотовой связи, чтобы сделать биллинг, т. е. запеленговать местонахождение Малинина 15 марта. С помощью его сотового телефона нам удалось выяснить, что в тот день Алексей находился в Кировском районе.

Следующий факт не фигурирует в уголовном деле, поскольку следствию не удалось его доказать, но он дополняет картину. 15 марта Алексей шел по улице Карла Маркса, когда Бумер попросил его закурить. Малинин читал о Панове в Интернете, встречался с ним на футбольных матчах и поэтому, скорее всего, узнал его. Как мы уже знаем, Бумер и его компания презирают правильных, поэтому некурящий Алексей вызвал у него агрессию. Завязался конфликт. По словам дознавателя, Алексей достал травматический пистолет и выстрелил Бумеру в бедро — и это уже доказанный факт. На место происшествия бросились горевшие местью приятели Панова. Алексей Малинин ушел от них дворами.

В отношении Малинина было возбуждено уголовное дело по статье «Нанесение побоев без причинения вреда здоровью», потом оно было переквалифицировано в «Хулиганство с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия».

— Вообще, приговоров по этой статье в Иркутской области, наверное, лет 8 не было, — комментирует Константин Шишмарев. — И не потому, что у нас не хулиганят. Обычно дело закрывают за примирением сторон или ввиду деятельного раскаивания хулигана. А Малинин упорствовал, настаивал на своей невиновности. Его адвокат сделал повторный запрос в компанию сотовой связи. Но когда пришел ответ, который был идентичен первому, отпираться ему уже смысла не было. В дело Алексея Малинина было несколько смягчающих обстоятельств: наличие малолетних детей, ранее он не был судим. Поэтому суд назначил ему наказание 2 года лишения свободы условно.

Версия осужденного

Наш звонок застал Алексея Малинина в тот момент, когда он нес воду в детский досуговый центр. По его словам, центр работает в минимальном режиме. Алексей опасается, что если он начнет работать в полную силу, привлечет к занятиям с детьми людей на добровольных началах, центр могут вообще закрыть, а его самого снова привлечь к ответственности, и не обязательно административной. После вышеописанной истории относиться к Малинину в Сосновом Бору стали настороженно. Слухи, порой не самые достоверные, сделали свое дело. После признания своей вины на суде Алексей не стал отпираться и подтвердил, что стрелял в Бумера, но подчеркнул, что находился в тот момент в ситуации, когда другого выхода у него не оставалось.

— Я никогда сам не лезу на рожон. Тем более зачем бы я пошел громить фашистов один?.. — говорит Малинин. — Я разделяю некоторые идеи антифашистов, но только не в той части, что врагов надо уничтожать. Злом ничего не добьешься. В тот день, 15 марта, я действительно был в центре города. Нацисты меня заметили, и их намерения явно были недружелюбные. Я решил: постою в магазине — они уйдут. Но они меня специально караулили. Я думаю, они меня из-за татуировки, которая обозначает приверженность к чистой жизни, приметили. Когда я вышел из магазина, они начали кричать в мой адрес нецензурные оскорбления. Я уже понял, что эта встреча мне ничего хорошего не сулит, поэтому специально встал между двумя машинами. Когда ко мне подбежал Бумер, я выстрелил ему в ногу из травматического пистолета. Второй — Жигера — полез зачем-то в карман, и я выстрели ему в руку. Ко мне в это время уже бежала толпа. Я тоже побежал. На мое счастье, подъехала маршрутка. Так я спасся от расправы.

Метки:
baikalpress_id:  14 152
Загрузка...