«Люди добрые, помогите с операцией!»

Жительница Усолья-Сибирского собирает деньги для больного ребенка и покупает на них квартиры

Способы, благодаря которым люди стремятся разбогатеть, иной раз просто не укладываются в голове. Речь идет не о финансовых пирамидах и незаконном строительстве, не о грабежах и виртуальном мошенничестве, нет. Родственники спекулируют на больном ребенке — что может быть омерзительнее этого? Тем не менее эта история произошла в Иркутской области, и она еще не закончена. Квартиры и машины для семьи больной ребенок натурально отработал своим горбом. Потому что тяжелое, практически неизлечимое заболевание позвоночника маленькой жительницы Усолья-Сибирского стало источником заработка для ее семьи.

Шокирующее досье

Сейчас жительнице Усолья-Сибирского Оле Галушкиной 13 лет. В 2001—2002 годах у девочки начались сильные боли в позвоночнике. После операции в областном центре улучшения не наступило, напротив — начал расти горб. Чтобы он не перевешивал девочку и давал ей возможность находиться в вертикальном положении, в позвоночник были вставлены металлические пластины. В 2006 году Оля перенесла вторую операцию в городе Новосибирске — пластины сломались, требовалась их замена. Больше никаких хирургических вмешательств не производилось — врачи, что называется, поставили на девочке крест, вынесли свой вердикт: неоперабельна.

— С тех пор, то есть с 2006 года, бабушка Оли Надежда Галушкина начала спектакль под названием «Сбор денег для больного ребенка». Причем спектакль скандальный, шумный, можно сказать фееричный, — вспоминает Тамара Молоткова, исполнительный директор усольской городской общественной организации «Благотворительный союз «Добрые люди». — Она могла ворваться ко мне в кабинет — спокойно и вежливо она обычно не входила — и требовать оплатить, например, корсет для своей внучки. Вынь и положи ей 6200 рублей. Немедленно! Как вы понимаете, любая благотворительная организация подотчетна, мы не можем выдавать деньги даже нуждающимся людям без должных на то оснований. Предоставьте чек, обоснование врача о необходимости носить корсет — и мы поможем. «Да что с вами разговаривать?» — слышала я в ответ, и Галушкина уходила, чтобы писать жалобы. Деньги она просила постоянно. Якобы на операции. Но после 2006 года ни одной операции ребенку проведено не было — у меня есть доказывающие это документы, копия истории болезни.

Поясняем: благотворительные фонды действительно выделяют деньги на сложные и дорогие операции, такая практика в России есть. Но чтобы получить подобную материальную помощь, нужно иметь либо направление на операцию, либо вызов из конкретного медицинского учреждения. Без этих документов ни один благотворительный фонд денег выделить не может — таков закон. Уяснив, что благотворительный союз «Добрые люди» денег выделять не будет, Надежда Галушкина пошла по крупным организациям Иркутской области.

— Ей, например, удалось добиться выдачи 150 тысяч рублей от одной из энергетических компаний Иркутской области. Ее представители позвонили мне и попросили номер счета нашей организации для перечисления денег. Я его во избежание проблем не дала, тогда деньги были перечислены в Иркутское отделение Российского детского фонда. Ну а мне Галушкина объявила войну — начала писать всяческие жалобы, натравлять на меня проверяющих. Областная прокуратура, областное ФСБ, налоговая служба, Усольская прокуратура, министерство юстиции — кто нас только не проверял. Причем жалобы были порой самые нелепые — будто я на деньги фонда езжу в Китай, торгую потом купленными в Маньчжурии вещами. Бред полный! Мое терпение кончилось после того, как на четвертый день после допросов в областной прокуратуре я просто потеряла сознание прямо на улице. Это и было последней точкой: я наняла адвоката, чтобы он собрал досье на семью. И выяснились любопытные вещи. В период с 2001-го по 2008 год семья Галушкиных приобрела три квартиры. Первая была оформлена на бабушку, вторая на дедушку, третья на маму больной девочки. Был куплен и автомобиль «Хонда». А стоимость двухкомнатной квартиры в Усолье-Сибирском — примерно 1 200 000 рублей! Квартиры сдаются в аренду, ведь у семьи есть свое жилье. Мы сделали вывод, что деньги, которые разные организации перечисляли на банковский счет семьи, шли не на лечение ребенка, а на покупку этих квартир. В суд на эту женщину никто не подавал, хотя она занимается типичным скрытым мошенничеством.

Ребенка не лечат

— В 2009 году семья отправилась на консультацию в одну из германских клиник. Врачи проконсультировали ребенка, но окончательного решения насчет операции не приняли. Немцы ответили уклончиво: требуется 53 тысячи евро на повторное обследование, возможную операцию и двухнедельное пребывание в клинике. Цифра эта условная, она может и увеличиться, все-таки это Европа. Но для лечения ребенка родственники ничем жертвовать не собираются. Я видела много семей, попавших в беду, когда родители продают дачи, машины, квартиры, живут в съемном жилье — лишь бы спасти ребенка. Мне, как исполнительному директору благотворительного союза, часто звонят люди с просьбой помочь. Я лично прихожу к ним домой, смотрю, как живет семья, кто действительно нуждается в помощи. И мы выделяем деньги, находим тех, кто готов помочь. Я не знаю, будут ли Галушкины оперироваться. Если да, то я считаю, что они должны продать хотя бы одну из своих квартир, дальше мы поможем. Вторую часть суммы я бы им за неделю собрала.

Тамаре Молотковой стало известно, что, исчерпав все возможные ресурсы в родном городе, заработав там дурную репутацию, бабушка Оли пошла по крупным предприятиям Ангарска и Иркутска. Благотворительные организации она обходит стороной — ведь там о ней уже знают.

— Причем у нее уже выработался свой стиль общения — она очень настойчивая, настырная, может приходить несколько дней подряд и требовать деньги на операцию. Самое страшное, что все эти мошеннические схемы происходят на глазах ребенка. Оля растет замкнутой девочкой, что вполне понятно. В школу она не ходит — обучается на дому. Приходит иногда на детские праздники, выходит гулять на улицу. Но ей действительно трудно — горб-то растет, опять ее перевешивает. Девочка растет, а усеченная во время неудачной операции мышца — нет, и она как бы натягивается, доставляя ей боль. Родственники же, вместо того чтобы поддержать ребенка, бессовестно зарабатывают на ее болезни. — Хотелось бы предупредить иркутян — будьте осторожны! — завершает разговор с журналистом Тамара Молоткова. — Эта женщина устраивает настоящие спектакли — предъявляет фотографии больной внучки, на которые без слез смотреть невозможно, нагло требует денег. Ну а уходят они, увы, не на ребенка.

Фамилия бабушки и больной девочки изменена по этическим соображениям.

Загрузка...