Профессор Скворцов: «Наша хирургия — на уровне мировых стандартов»

Известный в городе врач отмечает юбилей

В январе Моисей Скворцов, доктор медицинских наук, профессор, заслуженный врач России, заслуженный деятель науки Республики Бурятия, руководитель Центра хирургии пищевода отмечает юбилей. Известному в Иркутске хирургу исполнилось 70 лет. Врач проделал сотни сложнейших операций, спас жизни множества людей. Скворцова считают одним из лучших хирургов Иркутской области. Накануне торжества корреспондент «СМ Номер один» встретился с юбиляром.

Стал врачом по желанию отца

— В медицину люди обычно приходят, следуя традициям семейной династии либо же воплощая в жизнь давнюю детскую мечту. Какой случай был вашим?

— Ни тот, ни другой. Я окончил школу с серебряной медалью, и мне был открыт путь практически в любой вуз. И когда я покидал отчий дом на Сахалине и уезжал в Иркутск учиться, то папа, оставшийся дома с младшей сестренкой, сказал мне: «Я хочу, чтобы ты стал врачом». Я до этого, в силу переходного возраста, брыкался — мол, не буду врачом, буду следователем. Но когда мы прощались, мне так папу стало жалко, он так страдал от разлуки со мной! И я подал документы в медицинский институт.

— Студенческое время многие называют самым счастливым в своей жизни — оно бесшабашное, веселое, беззаботное, и, самое главное, впереди целая жизнь, и всем кажется, что она непременно будет прекрасной и счастливой.

— Согласен с вами, это прекрасное время. Но бесшабашным оно у меня никогда не было — каждый день были какие-то заботы. Я чувствовал ответственность за свою учебу, для меня было важно хорошо учиться и вовремя сдавать зачеты и экзамены. На каждую статью, книгу я писал конспекты на небольших картонных карточках. И до сих пор это делаю, уже несколько коробок с такими карточками дома и на работе набралось. Я много занимался спортом, например зимним плаванием, имел разряды по шахматам, лыжам, легкой атлетике. Жил я у тетки, поскольку общежитие мне не дали, — ректор счел, что я сын состоятельных родителей, обойдусь и без места в общежитии. Но все студенческие годы я ни в чем не нуждался, все годы учебы я не работал, родители обеспечили мне счастливое детство и юность, за что я им очень благодарен. Я приобрел в институте много друзей, жену там нашел. Время было счастливое, что и говорить.

— Учебу в мединституте называют наиболее трудной по сравнению с другими вузами. Это так?

— Да, это нелегкая учеба. Но я этого не ощущал. Просто надо много заниматься, и я занимался. Ну а где, в каком вузе не надо прилагать усилия для приобретения профессии?

— Еще студенты-медики часто рассказывают страшилки про практические занятия в морге.

— Нас на первом курсе тоже много пугали, и в первый раз это действительно тяжело. Помню, нам сразу наказали коленный сустав препарировать. «А как это?» — в недоумении спросил я. «Очень просто, — ответили мне. — Берешь скальпель, удаляешь кожу и доходишь до связок». Так мы вдвоем с одногруппником и мороковали над этой коленкой. Второй раз уже легче — ты просто работаешь, учишь то кости, то мышцы, то сосуды, то нервы. Формалин глаза ест, переживать и ахать некогда, надо просто работать, некогда нюни распускать.

Хирургия увлекла сразу

— Когда вы определились со специализацией?

— Скажу без прикрас: учиться мне было интересно. И сразу меня увлекла хирургия. Сразу! Я с увлечением посещал хирургический кружок. Помню, на первом курсе часто думал: «Ну почему рак неизлечим? Ну что они, микроб не могут найти, который его вызывает?» И мне казалось, что я непременно смогу это сделать, отыщу этот зловредный микроб. Одним словом, желаний и увлечений было много, но все отошло в сторону, а хирургия осталась. Все шесть лет учебы я твердо знал, что буду хирургом. Мне очень повезло с преподавателями, которые сумели показать, что хирургия — это очень интересно. К концу шестого курса я уже оперировал, сделал 13 операций. Мы с Эммой поженились, и нас ждало распределение. Жена, как настоящая русская женщина, сразу сказала: «Я поеду в деревню работать». Это чтобы я не смущался, не чувствовал свою вину, если нас действительно отправят в деревню. До начала работы мы с женой съездили на отдых в Крым, родители сделали нам такой подарок.

Ну а после я отправился в облздрав, где мне сообщили, что мы едем не в Качуг, как ранее планировалось, а в Ангу. На наше счастье, там в этот момент присутствовал главный врач Качугской районной больницы, который и пригласил осмотреть будущее место работы. Приехали мы затемно, был уже конец августа. А наутро оправились в Ангу, что в 30 км от Качуга. Приезжаем, и я вижу древнюю развалюшку. В Иркутске таких деревянных бараков просто нет. «Свет-то хотя бы есть?» — обреченно спросил я. «До 11 часов вечера», — ответил мне медперсонал. И я понял, что сопротивление бесполезно.

Вернулся в Иркутск, мы погрузили наше немногочисленное имущество — кровать, ванну и книги — на грузотакси и отправились на новое место работы. До сих пор помню наш путь. День стоял жаркий, солнечный. Эмма сидела в кабине, а я в кузове — тогда еще можно было так ездить. Нам дали помещение в двухквартирном доме, и первое, что мы начали делать в квартире, — это играть в бадминтон. Мы были молодые, беззаботные, места в квартире было много, а мебели почти совсем не было. Там и начался мой трудовой путь.

— Тяжело было? Невольно рождается аналогия с главным героем цикла рассказов Булгакова «Записки юного врача».

— Хирургии как таковой в Анге не было. Вместо операционной две комнаты, где печка просто разворочена. Я сразу пошел к председателю совзхоза: «Я ваш новый врач, хочу оперировать, а печки в помещении нет». Он сделал только один звонок, и на следующий день у нас уже была печь. Все три года работы в Анге самые разные люди много помогали мне. Это были настоящие люди, с большой буквы. За три года я сделал 450 операций. Там у нас и первая дочь родилась и какое-то время росла. С ее рождением, кстати, связан забавный случай. Жена уехала рожать к маме, а я прихожу в столовую завтракать и заказываю яичницу. Поварихи мне сообщают: «Вас с прибытком!» — им попалось яйцо с двумя желтками. И в этот день Лена родилась.

Ну а после трех лет работы мы вернулись в Иркутск. Жена поступила в ординатуру на терапию, я два года отработал анестезиологом. Ну а затем связал свою жизнь с отделением хирургии областной больницы, где и работаю по сей день. Раньше здесь было только одно хирургическое отделение, не было разделения на гнойную, неотложную хирургию. Все лечили здесь. Ну а основным направлением была желудочная хирургия. Меня отправляли в Ленинград учиться на торакального хирурга. Так случилось, что мое желание стать торакальным хирургом совпало с потребностями больницы. Приходилось трудно, опыта совсем не было, лишь теоретическая база. Ну а сейчас наше отделение процветает, у нас очень хорошие результаты.

— На чем вы конкретно специализируетесь?

— Торакальная хирургия — это хирургия органов грудной клетки. Нам приходится сталкиваться и с самым зловещим заболеванием человечества — раком пищевода, от которого умирает больше всего людей на земле.

— Непростая у вас работа...

— Конечно, работа хирурга сама по себе трудна. Это призвание для физически выносливых людей. И все трудности профессии хирурга нельзя одним словом охарактеризовать. Но я могу помочь больным в большинстве случаев. Я не Бог, но опыт, помноженный на знания, помогает мне успешно проводить сложные операции. Самым трудным отделом хирургии я занят с 1966 года. И я вижу результаты — они в списке лучших по стране, а также находятся на уровне мировых стандартов.

— Вы никогда не жалели о выбранной профессии?

— Ни разу. Всю жизнь испытываю удовлетворение от своей работы. И работаю я много, делаю гигантское количество операций. Как-то мама ко мне приехала в гости и спрашивает: «Ты что умеешь оперировать?» Я отвечаю: «Все». И она выразила недоверие: мол, что за хвастуна вырастила! Потом я признался, что не все, но в нашем городе я могу делать операции любой сложности. И буду оперировать, пока могу это делать.

Встреча с женой — подарок судьбы

— Расскажите о своей семье.

— С женой Эммой мы были вместе со студенческой скамьи. Но три года назад она погибла в автокатастрофе. Она была очень хорошим врачом-ревматологом, очень сильным, мудрым человеком. С волей, с характером. Родила мне двух дочек, Лену и Олю. Они также пошли в медицину. Кое-как я отговорил их от хирургии, куда обе стремились. Но я считаю, что это неженская профессия, — она отбирает всю силу у человека, требует гигантских эмоциональных затрат. Старшая сейчас работает начальником госпиталя УВД, младшая — кардиолог. Ну а жену я считаю настоящим подарком судьбы. Я ее очень любил, и дочери с внуками ее обожали. И мы помним и любим ее и по сей день. Она была идеальной, прирожденной женой и матерью.

— Как вы любите проводить свое свободное время?

— Да у меня его почти нет, вся жизнь на работе проходит. Но мне нравится фотографировать, по-прежнему увлекаюсь шахматами, занимаюсь туризмом. Машину люблю водить.

— Что бы вы сами пожелали себе в свой день рождения? Приятных сюрпризов, неожиданных подарков, а может быть, нежданных-негаданных встреч?

— Сюрпризы я давно ждать перестал, они редко бывают приятными. Я так считаю: что сам себе приготовишь, то и будет. Далек от пессимизма, но и необоснованным оптимизмом не страдаю. Что сделал, то и получил. Как поется в старой песне: «Все отдал — ботым стал, что сберег — то потерял».

Загрузка...