Год без ИВВАИУ

Первая годовщина дислокации отмечена исчезновением детской горки

В декабре 2008-го, в преддверии новогодних праздников, в Иркутск пришла тревожная весть: похоже, дни авиационного училища сочтены. И действительно, через месяц после известия о грядущей реформе от авиационного училища остались лишь пустые казармы и аудитории да сиротливо стоящие на аэродроме самолеты. Увы, протесты общественности были тщетны. Сотни писем и обращений, митинги, пикеты, голодовка... Передислокация курсантов в Воронеж поставила точку в славной, более чем вековой истории Иркутского авиационного училища. Сейчас, спустя год, самое время подвести итоги, кто выиграл в результате реформы и с чем остался Иркутск.

Ближайшие перспективы: выпуск недоучек

В итоге курсанты переехали в Воронеж, часть офицеров и военных педагогов — вслед за ними. Львиная доля преподавательского состава ИВВАИУ (порядка 80%) осталась в Иркутске. Учитывая, что средний возраст доцентов и кандидатов наук 40—50 лет, вполне понятно, что от переезда в Воронеж большинство преподавателей отказалось.

— Единственный плюс — местные вузы в связи с ликвидацией ИВВАИУ значительно укрепили собственные научные штаты, — грустно улыбаясь, говорит Виктор Кашковский, подполковник в отставке, в недавнем прошлом доцент кафедры ИВВАИУ. — ИрГТУ, университет путей сообщения... Квалифицированные преподаватели без работы не остались. Только что выиграла от этого военная авиация?

В ближайшие годы воронежский вуз будет выпускать недоучек, уверен Виктор Кашковский, и в конечном счете это неизбежно отразится на безопасности полетов.

Происки американцев?

Возникает вопрос: зачем принимать решения, нецелесообразность которых, кажется, очевидна? Неужели высшее военное руководство не в силах просчитать возможные последствия? По заявлению руководства Минобороны, решение о присоединении ИВВАИУ к Воронежскому университету было принято в рамках реформы военного образования, направленной на сокращение числа системообразующих вузов. Виктор Кашковский уверен: ликвидация ИВВАИУ действительно вписывается в заданную концепцию реформы. Вопрос лишь в истинных целях столь масштабных преобразований.

— Это можно было бы списать на глупость, если бы не планомерное, целенаправленное разрушение системы военного образования. Другими целями реформу не объяснить. Даже по теории вероятности столько глупостей по ошибке совершить нельзя, — уверен Виктор Кашковский. — Самый простой способ уничтожить вуз — переместить его с места на место. Материально-техническая база, профессорско-преподавательский состав, научные разработки — все нужно начинать с нуля. На бумаге — присоединение, по факту — полное разрушение.

Аналогичные преобразования коснулись Тамбовского и Ставропольского военных училищ, легендарной Академии имени Жуковского. В итоге за Уралом сегодня вообще не осталось ни одного военного вуза. Ни одного!

— Последними были наше ИВВАИУ, училище связи в Кемерово и морское во Владивостоке, — продолжает Виктор Кашковский. — Кому подобные преобразования могут быть выгодны, как не нашим друзьям-американцам? Мир сегодня стремится к кнопочной войне: нажал — и твой противник уничтожен. А ВВС на сегодняшний день — наиболее мобильные, дистанционные силы.

С чем остался Иркутск?

В результате реформирования ИВВАИУ без работы осталось порядка 800 человек. Интересно, что, несмотря на отсутствие курсантов, с января по июнь сотрудники и педагоги по-прежнему ходили на работу и исправно получали зарплату. Извещение о сокращении получили только в мае. В целом для города и региона ликвидация училища стала невосполнимой потерей. Ежегодно ряды курсантов пополняли сотни новичков. И на фоне прочих иркутских вузов ИВВАИУ служил прекрасной альтернативой тем, кому не по карману учеба в престижных колледжах и университетах. В авиационное училище поступали ребята из Бурятии, Читинской области, Дальнего Востока.

В заключение остается добавить: по сведениям сотрудников училища, в сентябре на специальности ИВВАИУ в Воронеже поступило порядка 20 человек. Среди них лишь один иркутянин.

Аудитории пустые, КПП разбито

Сегодня на территории ИВВАИУ прочно обосновалась бригада спецназа. Казармы, аэродром, часть общежитий и учебных корпусов переданы в ведение новых хозяев. Однако последние большей частью пустуют. Тысячи квадратных метров аудиторий и учебных классов стоят без дела. Абсолютно бесхозные и никому не нужные.

Сначала в стенах ИВВАИУ предполагалось открыть филиал Московского государственного технического университета, после — Суворовское училище. Последний вариант обсуждался особенно широко. Однако, несмотря на одобрение Минобороны, дело, кажется, встало. Сотрудники ИВВАИУ и жители городка опасаются, что если здание училища и дальше будет пустовать, памятник архитектуры ожидает участь Красных казарм: корпуса попросту обветшают и придут в негодность. Бесхозность и беспорядок наблюдаются не только в стенах ИВВАИУ, но и на территории военного городка. Дабы оценить степень запустения, достаточно взглянуть на КПП № 1. Окна разбиты, на подоконниках пустые пивные бутылки. От былого порядка не осталось и следа.

Не лучше обстоят дела и в самом городке. Во дворах и на большинстве улиц фонари не горят, дороги не посыпаны. Темнота, гололед, неубранный снег. Ситуация объясняется просто: формально территория городка все еще относится к КЭЧ «Белая». Однако если раньше ИВВАИУ, выступая в роли посредника, следило за порядком на месте, то сегодня делать это некому. Спецназ отвечает за свою территорию, а за городок, по сути, не отвечает никто. Даже управляющая компания.

— Мы занимаемся предоставлением коммунальных услуг, обслуживанием жилого фонда и прилегающей к нему территории — два метра от подъезда, — поясняет ситуацию Наталья Лавриненко, заместитель гендиректора управляющей компании «Авиатор». — Фонари, посыпка дорог — это уже не наше ведение.

Безвластие и бесхозность не замедлили сказаться и на криминогенной обстановке в городке. Если раньше территория ИВВАИУ была едва ли не самой безопасной в Иркутске, то сегодня здесь все как везде.

— Бардак и безобразие — других слов нет, — комментирует Мария Ступина, жительница городка, председатель региональной общественной организации «Крылатая слава России». — Если раньше угон автомобиля был ЧП, то сегодня этим никого не удивишь.

Куда девалась горка?

Впрочем, бытовые, жилищно-коммунальные неурядицы жителей городка — это лишь одна сторона медали. Народ, который всегда жил вместе, сообща, теперь живет врозь. И привыкнуть к этому сложнее, чем к потухшим фонарям и гололеду.

— Наши ребятишки нынче впервые остались без елки, — рассказывает Мария Ступина. — Если раньше новогодний праздник для всех детей городка устраивало училище, то нынче бригада спецназа проводит в клубе праздник только для своих.

Наряду с новогодней елкой еще одним символичным инцидентом стала пропажа большой деревянной горки, которую по просьбе ДСШ бригады спецназа, сотрудники управляющей компании перебазировали с одного из жилых дворов на территорию казарм и офицерских общежитий.

— В 12 часов ночи вышел на балкон покурить — горка стояла, утром из подъезда выхожу — ее нет, — рассказывает Евгений Соколов, житель ближайшего дома. — Зачем убрали, на каком основании — непонятно. Горка здесь стояла всегда, сколько себя помню. Высокая, деревянная... Не одно поколение детей на ней выросло.

В управляющей компании в свою очередь пояснили:

— Во дворе дома № 168 не так давно был установлен детский городок. Горку пришлось переставить, и кататься на ней стало небезопасно — ребятишки выезжали прямо на пешеходную дорожку, — рассказывает заместитель гендиректора Наталья Лавриненко. — В итоге мы откликнулись на просьбу десантно-штурмовой бригады, пошли навстречу и передали горку им — у них на территории для детей не было ничего. Однако жители двора всерьез возмущены. Они уверены: найти во дворе оптимальное для горки место не вопрос. Управляющая компания должна была поинтересоваться мнением жильцов.

— Если во дворе на горке могли кататься все, то на территории — только местные ребятишки, — говорит Нина Константиновна, жительница соседнего дома. — Для посторонних доступ туда закрыт.

Правда, сама ребятня заверила: покататься на горке можно, надо только пролезть через дыру в заборе.

— Теперь мы так и делаем, — простодушно поведали нам девчушки-третьеклассницы.

— Елка, горка — все это, конечно, мелочи. Но из таких вот мелочей и растет недовольство, начинаются обиды. С каждым днем жизнь в военном городке все меньше напоминает прежние времена, — сетует Мария Ступина. — А что касается новогодней елки, то мы ее своими силами проведем. Ребятишки не должны лишаться праздника.

Загрузка...