Великий сосед большого брата

Заметки иркутского обывателя о жизни в современном Китае

Когда-то, еще во времена СССР, китайцы уважительно называли нас большим или старшим братом. Сейчас же язык как-то не поворачивается назвать великого соседа младшим братом. Как же живут современные китайцы? Как работают, как отдыхают, как, например, решают квартирный вопрос? Об этом и о многом другом вы узнаете из заметок Вячеслава Федорова — иркутского рекламиста и издателя, директора фирмы «Ситалл-ИРСИ», часто и подолгу живущего в Пекине.

Сразу оговорюсь, что мои заметки не претендуют на истину в последней инстанции и не являются исчерпывающим жизнеописанием всего современного Китая, со всеми его провинциями и социальными слоями. Они ограничены географически — в основном Пекином и окрестностями, а социально — общением с представителями так называемого среднего класса: сотрудниками небольших и средних по размеру компаний и предприятий. Ну и, конечно, это будут чисто субъективные заметки, но с попыткой объективного изложения. Недавно освещавшееся в мировой прессе широкое празднование 60-летия КНР пробудило новую волну интереса к нашему великому соседу. Вот с юбилея, пожалуй, и начнем.

Юбилей, превзошедший Олимпиаду

Мы привыкли восхищаться египетскими пирамидами, которым более двух тысяч лет, исчезнувшей цивилизацией инков и майя, но почему-то мало удивляемся тому факту, что совсем рядом с нами, никуда не исчезая и не прерывая хода своей истории, вот уже более 5000 лет живет цивилизация китайская. И, похоже, эта цивилизация намерена просуществовать еще столько же.

Современное китайское государство облечено в форму народной республики, которая была провозглашена Мао Дзэдуном 1 октября 1949 года. Вот эту-то дату и отмечали недавно в Поднебесной с имперским размахом. Для китайского руководства это был еще один повод продемонстрировать всему миру свои достижения и мощь (в том числе и военную), а также поддержать патриотический дух у населения. Затраты на празднование едва ли не превзошли расходы на церемонию открытия Олимпиады-2008. А меры безопасности уж точно превзошли олимпийские.

Китайский гэбэшник

В последнюю командировку мне довелось въезжать в Китай на поезде — как раз накануне великого праздника. И я испытал систему китайской безопасности, что называется, на себе. Никогда за последние пять лет у иностранных туристов, въезжающих в Китай, не проверяли столь тщательно багаж и личные вещи. У меня 20 минут проверяли содержимое ноутбука: все фотографии, включая семейные, и все файлы. Искали материалы, имеющие отношение к подготовке терактов, а также к борьбе за свободный Тибет и к событиям в Урумчи. Урумчи — это столица провинции, на территории которой местные экстремисты пытаются создать так называемый Восточный Туркистан. В общем, и у Китая есть свой Кавказ...

Пассажиров и вагон осматривали трижды разные служащие. Последним был неприметный мужичок, одетый в спортивный костюм и выглядящий как учитель физкультуры или водитель маршрутки. Этот «маршрутчик» был с цепкими, быстрыми глазками, и оказался он не так и прост. Он с легкостью переходил с китайского языка то на русский, то на английский. Среди его вопросов моим попутчикам-англичанам были и такие: какова ваша профессия? Что вас интересует в Китае? Что вы собираетесь делать в первые два дня в Пекине?

Это был китайский гэбэшник, пытавшийся «странными» вопросами ввести в замешательство возможных вражеских эмиссаров. Было приятно, что в русском «товарище туристе» он не увидел угрозы госбезопасности и с вопросами не приставал. Зато вот длинноволосых — не то голландцев, не то норвежцев — он допрашивал с пристрастием. Они, в отличие от общительных британцев, сидели в своем купе безвылазно, ни с кем не разговаривали и при этом выглядели как хиппи или даже как анархо-синдикалисты. До меня долетали обрывки фраз их расспроса по-английски, и было ощущение, что результатом беседы китайский чекист остался недоволен. Почти уверен, что он попросил коллег приставить к ним в Пекине хвоста...

Как готовились к параду

Принимающая меня сторона из соображений экономии во время длительных командировок сняла для меня в Пекине квартиру. Вполне официально, с регистрацией в полиции и контрактом. Квартирой я пользовался с перерывами в течение почти года. Никто мной за это время не интересовался и не беспокоил. Но тут в первый же день по приезде пришла комиссия во главе с местным Швондером-управдомом и какими-то людьми, которых принято называть официальными лицами. Видимо, они делали поквартирный чес по заданию спецслужб. Поинтересовались, кто я и зачем, и, проверив документы, часто извиняясь, откланялись.

За три дня до парада таксисты напрочь отказывались ехать ближе чем на километр к центральной площади Тяньаньмынь — там было все перекрыто. За день до парада центральную ветку метро, проходящую не так глубоко, прямо под правительственными трибунами, просто закрыли. Так спокойнее — и партии, и народу.

Вечером перед праздником горожанам рекомендовали не ездить в центр, а смотреть все по телевизору. А жителям домов, чьи окна выходят на центральную улицу Чананьдзе, сказали просто и сурово: по любому открывающемуся окну во время парада будет вестись огонь снайперами. На центральной улице госбезопасностью были опечатаны даже канализационные люки. На прилегающих к центру улицах стояли грузовики, набитые не то солдатами, не то полицией, все с собаками. На собаках были попонки с надписью Beijing Police Dog («собака полиции Пекина»). В общем, праздник получился великий, но с привкусом спецоперации. Я был внутренне готов ко всяким «сюрпризам», однако, к чести властей, терактов, беспорядков и ЧП в этот день не было.

«Ваш труд тяжек!»

О параде и демонстрации отдельное слово. Это было похоже на то, как если бы на Красной площади провели одновременно демонстрацию в честь 70-летия Октябрьской революции и парад в честь Дня Победы. Сначала по площади проехали платформы с макетами достижений народного хозяйства — космическим кораблем, скоростным поездом, дорожными развязками, снопами и колосьями... Эти платформы на следующий день были выставлены для обозрения на той же площади — к всеобщей радости фотографирующегося населения. Потом прошествовали танцующие группы в национальных костюмах, символизирующие союз нерушимый народов Китая.

Далее был гвоздь программы — военный парад. Выучка и покрой формы у шагавших военных вызывали невольное восхищение даже у видавших виды зрителей. Военной техникой нас, россиян, не удивишь. Но бросилось в глаза то, что вся китайская техника, хотя в ней и проглядывают черты российской, новая и собственного производства. Взять те же самолеты-беспилотники, о необходимости которых у нас пока ведутся разговоры после последней «грузинской» войны. У Китая они, оказывается, уже стоят на вооружении. По телевидению потом показали кадры о подготовке к параду. Вот девушки-офицерши ровняют носок по натянутому шнуру. Вот солдат-знаменосец, видимо для тренировки твердого локтя, держит навытяжку флагшток с привязанными кирпичами. Вот у кого-то от перенапряжения идет кровь носом... Все солдаты в ночь перед парадом не спали. В последний раз их накормили в пять утра, и до конца парада, т. е. в течение более чем семи часов, они уже не ели... В день икс, то есть 1 октября, президент Ху Дзиньтао объезжал войска во френче маодзедуновского покроя. При этом состоялся такой диалог вождя с массами:

— Здравствуйте, воины!

— Здравствуйте, руководитель!

— Ваш труд тяжек!

— Мы служим народу!

Местное население в эти дни с пониманием относилось к драконовским мерам безопасности и выражало неподдельный энтузиазм и патриотизм. Целую неделю после 1 октября на всех экранах города крутили ролики с парадом, и перед ними неизменно собиралась толпа любопытных. На улицах было полно молодежи с нарисованными на щеках национальными флагами. В подготовке праздничных мероприятий участвовало почти 500 тыс. человек. Многие из них добровольцы. Они работали не за деньги, а за честь поучаствовать в великом событии. Ну, раз уж заговорили о китайских праздниках, то остановимся на них поподробнее. Но об этом разговор на следующей неделе.

Продолжение в следующем номере.

Загрузка...