Играть во тьме

Театр слепых готовит пьесу ко Дню Победы

Ни один здоровый человек не может наверняка, со всей беспощадной ясностью представить себе, что такое быть незрячим. Жить в полной тьме, не любоваться красками на предзакатном небе, не наслаждаться золотым осенним листопадом... Простые радости жизни недоступны этим людям. Зато они в полной мере познали очевидную истину: уныние — страшный грех. И потому, несмотря на свои ограниченные возможности, стараются жить ярко и полнокровно. Пример тому — иркутский народный театр слепых «Надежда». Коллектив работает уже 40 лет. Здесь поставлено немало пьес из русской классики. Более того, артисты ездят на театральные фестивали. Полученные грамоты и благодарственные письма, а также зрительские аплодисменты — лучшая награда тем, кого судьба лишила драгоценного дара видеть.

Артисты играют десятилетиями

Народный, самодеятельный театр — это своя специфика, отличная от театра профессионального. А народный театр слепых актеров — тем более. Пластика, движения слепых людей отличаются от жестов обычных людей — у них другая органика, и это невозможно не учитывать.

Но режиссера Геннадия Марченко эти особенности ничуть не смущают и не мешают ему в работе. С этими артистами Марченко работает уже много лет — он пришел сюда 23-летним юношей, только сыгравшим роль Васеньки в спектакле «Старший сын» на сцене Иркутского драмтеатра. Это знаменитая постановка, создавать которую помогал сам автор — Александр Вампилов. А передала ему своих незрячих артистов народная артистка России Галина Крамова. Геннадий Марченко признается: «Я сразу привязался к этим замечательным людям».

За 40 лет существования театра было поставлено множество пьес: Чехов, Шукшин, 12 пьес Островского. Сейчас театр готовится к 65-летию Великой Победы — артисты репетируют «Русский характер» Алексея Толстого. Вещь сложная, эмоциональная. Но Геннадий Марченко уверен: «Мои артисты справятся!»

Как профессионал, Геннадий Марченко создал свою методику работы с каждым артистом — чтобы слепой актер смог донести до зрителя идею произведения, чтобы он сделал это ярко, талантливо, органично. Более того, Геннадий Марченко стремится, чтобы артисты играли так же, как и обычные люди. Каждый жест шлифуется до совершенства, артисты буквально наизусть выучивают, сколько шагов от закулисья до центра сцены, от одного предмета реквизита до другого. И ошибиться нельзя!

Актеры очень преданы своему театру, большинство из них играет здесь не только годами — десятилетиями! Некоторые находятся на пенсии, другие работают, и все имеют группу инвалидности.

Каких-то определенных жестких рамок отбора в театр «Надежда» нет — сюда может записаться любой незрячий. Одной из актрис муж даже обещал каждую неделю приплачивать, чтобы она перестала приходить в театр, — почему-то ему это не нравилось. Актриса гордо отказалась и посещает все репетиции, несмотря на заботы о пятерых внуках.

Словно на подводной лодке

Зубрежка роли — нелегкий аспект актерской профессии, тем более эта задача сложна для слепых людей. Свои роли актеры переписывают по методу Брайля. Азбука основана на точках-бугорках, выступающих на книгах, бумаге, циферблате часов. По этим бугорчатым буквам и цифрам слепые узнают время, содержание текстов, сами их пишут с помощью специального грифеля. Как признаются артисты, чтобы переписать роль, требуется не так уж много времени, как может показаться стороннему человеку: 3—4 дня.

— Каждая роль делает артиста и умнее, и лучше, развивает душевные качества. Даже если это роль негодяя, — утверждает Геннадий Марченко. — И для незрячих наш театр — это своеобразная реабилитация, то есть это и творчество, и общение. И такие чудеса они у меня порой творят на сцене! И так друг за друга переживают! У нас очень теплая атмосфера. Мы здесь словно на подводной лодке — никуда друг от друга не деться, надеяться можно только на себя и на партнера.

Надо отметить, что «Надежда» — это не игра в театр. Это действительно театр, просто несколько специфичный. Но здесь все, как говорят дети, по-всамделишному: и реквизит, и костюмы. Если предстоит играть Островского, то это пышные платья XIX века из хорошей ткани, с соответствующим фасоном. Костюмы шьют профессиональные портные, а вот реквизит порой приходится делать самим. Например, так было с пачкой денежных купюр к пьесе «Женитьба Белугина».

Замечательно и то, что театр играет не только в Иркутске. Улан-Удэ, Кемерово, Ярославль, Красноярск, Братск — театр «Надежда» блестяще выступал в этих городах. В рамках Парадельфийского движения (творческие соревнования среди инвалидов. — Прим. авт.) в прошлом году состоялось выступление в Москве. Постановка «Не все коту Масленица» вызвала гром аплодисментов. Причем артисты ездят на гастроли без своего руководителя.

— У Геннадий Ивановича в дни наших гастролей обычно бывают свои спектакли в драмтеатре. Но он нам доверяет, и мы стараемся его не подводить, — рассказывает один из актеров театра «Надежда». — Он вообще к нам очень внимателен, водит в драмтеатр на генеральные репетиции. И это для нас настоящий праздник, новый положительный опыт.

Зрители театра «Надежда» — это и постоянные читатели библиотеки для слепых, при которой и существует театр, и воспитанники спецшколы для слепых, и ветераны, и обычные люди. Актеры театра рады каждому выступлению и с удовольствием выступят и в вашей школе или организации. Только пригласите.

Метки:
baikalpress_id:  23 202