Тайны пещеры Черного леса

В окрестностях Свирска искали золото Колчака, но, как водится, ничего не нашли

Свирск, маленький городок на Ангаре, в зоне затопления Братского водохранилища, — населенный пункт, уникальный своей неудачной судьбой. Он находится в неудобном месте, вдали от магистральных дорог. На протяжении всей своей истории он был ненужным аппендиксом Черемховского района, подкидышем, до которого райцентру не было никакого дела. У него, в отличие от любой захудалой деревушки, нет даже дня рождения. И местные чудеса, заявленные в проект нашей газеты «50 чудес Иркутской области», оказались у него какие-то маленькие, домашние и уютные. Зато свои.

Имени исчезнувшего ссыльного

Официальная история Свирска скромно заявляет, что городу в 2009 году исполнилось шестьдесят лет. Но это только с того момента, как населенному пункту был присвоен статус города. История же возникновения населенного пункта теряется в веках, и дата образования его прочно утеряна. Первые упоминания о деревне Свирской встречаются в официальных документах в первой половине XIX века, но в действительности она образовалась гораздо раньше.

Хотя дата закладки первого камня и неизвестна, людская память сохранила быль о том, как это произошло. Когда-то очень давно находилась в этих местах деревня Макарьево — сегодня она слилась с границей современного Свирска. Однажды в деревне появился ссыльнопоселенец по фамилии Свирской. За что его сослали в это Богом забытое место, история стыдливо умалчивает.

Староста деревни, видать по всему, был мужик крутой и своевольный. Он отказал в «прописке» незваному гостю, заявив, что в деревне и своих бандитов хватает. Ссыльнопоселенец обложил негостеприимных жителей Макарьево по матери, отошел от деревни буквально пару километров и поставил свою избу. Видимо, назло соседям, он повесил на дом табличку «Свирское». Так в Прибайкалье появилась деревня одного дома.

Как жил и что делал этот строптивый ссыльный в этих местах — никому не известно. Наверняка, как все, охотился, рыбачил, занимался земледелием — в Макарьево основным промыслом было поднимать рожь и пшеницу. А главное, неизвестно даже, когда и куда он в конце концов подевался. Через некоторое время, вполне вероятно исчисляемое десятилетиями, к дому Свирского пришли крестьяне-переселенцы. В доме никто не жил. Жители Макарьево также ничего не знали о судьбе Свирского — они и в его бытность предпочитали с ним не поддерживать отношений.

Так ссыльнопоселенец Свирской, основатель Свирска, канул в Лету, а благодарные переселенцы, обосновавшиеся по соседству с недружелюбными макарьевцами, устроили в доме первопроходца кузницу. Так что первое чудо Свирска в том, что в Иркутской области, где даже самая маленькая деревня знает и ежегодно празднует день своего образования, это город, лишенный дня рождения.

Щель до центра Земли

Пещеры Черного леса — звучит мистически и жутковато. Они находятся на берегу Ангары, а на другом берегу — бурятские земли. И там, буквально в полутора километрах через русло, это название имело бы долгую, красивую легенду, щедро сдобренную фактами и очевидцами. В Свирске же, как оказалось, лес назвали Черным просто потому, что он здесь полностью хвойный, а лиственница настолько темнолюбивое растение, что лес производит довольно мрачное впечатление. Хотя ни одной темной истории с ним не связано...

Пещеры — местная достопримечательность и место семейного паломничества жителей Свирска. Уже много поколений горожан приводят сюда своих детей. Свирский краевед Геннадий Емельянов рассказывает, что пещеры не очень разветвленные и глубокие, протяженностью чуть более ста метров в самом длинном коридоре, поэтому за всю историю в них еще никто не заблудился.

Но на далекого от спелеологии человека они производят устрашающее впечатление. На берегу Ангары Черный лес обрывается вертикальной каменной стеной высотой до тридцати метров, и где-то высоко посередине зияют узкие входы в пещеры. Пещеры представляют собой щели в зазубренном плиточнике, куда протиснуться можно только боком, выводящие в залы размерами с тещину комнату, где едва можно стоять в полный рост.

Сообщение между залами в большинстве случаев представляет собой норы, в которые протиснуться можно только ползком по-пластунски. Наш фотограф из любопытства прошел несколько дальше нашей группы и, выбираясь обратно, умудрился заблудиться, не заметив в темноте нужную нору, ведущую к выходу. Пришлось возвращаться в пещеры и указывать путь огоньком зажигалки. Наверное, он стал первым, кому удалось заблудиться в пещерах Черного леса...

Геннадий Николаевич рассказал, что самый длинный коридор ведет к залу, который кончается бездонной щелью шириной до тридцати сантиметров:

— Мы живем прямо на Ангарском разломе. Это молодые пещеры, что видно по стенам, где нет никаких вековых наслоений, сталактитов и сталагмитов. Мы предполагаем, что пещеры и возникли во время одного из землетрясений, а щель проходит между двумя тектоническими плитами, которые и вызвали землетрясение.

И, конечно, раз есть пещеры, то не обошлось в этих краях и без поисков золота Колчака. В 60—70 годы прошлого века, когда в той стране тотальной секретности впервые стали говорить о тайнах прошлых времен и многие узнали легенду о «золотом» поезде, в пещеры началось повальное паломничество кладоискателей, как местных, так и пришлых.

При этом под поиски подводили псевдоисторическую базу: отступающие каппелевцы действительно проходили поблизости — по тому берегу Ангары, через Каменку. Вполне правдоподобно предположить, решили местные жители, что белые пересекли узкую и мелкую в те времена Ангару (сейчас ее ширина в районе Свирска достигает 1370 м, а тогда не превышала полукилометра) и спрятали золото в пещерах. Однако пыл кладоискателей быстро угасал — прятать ящики с золотом в пещерах просто негде.

Японцы не оставили следа

Свирск известен тем, что там в 40-х годах работали пленные японцы. Общеизвестно, что работали они на вредном производстве печально знаменитого завода по производству мышьяка (завод закрыли в 1949 году). Однако почти никто не знает, что отдельная бригада японских военнопленных работала еще и прямо под пещерами Черного леса, на берегу Ангары, где они рубили известковый плиточник.

В карьере добывали камень на фундамент домов — в частности, они же и построили на этом известняке первые 2-этажные дома на улице Маяковского. Вывозили известняк телегами. Японцев в Свирске было порядка 500 человек, они жили в специально выстроенной на краю города резервации и с местными жителями не общались, передвигаясь по городу только строем и под конвоем. Поэтому когда в 1947 году их освободили и они уехали домой, в Свирске не осталось ни одного потомка Страны восходящего солнца.

Карьер был частично затоплен в 1962—1967 годах, попав в зону затопления при строительстве Братской ГЭС, — в эти годы происходило наполнение водохранилища до проектной отметки. Сегодня даже неизвестно, где стоял их лагерь, и от подданных микадо осталось только кладбище на склоне холма на окраине города.

Несколько лет назад в Свирск приезжала японская делегация, которая установила на холме очень красивый памятник, неофициально придав этому естественному возвышению статус братской могилы.

Однако местные черные металлисты не пощадили новую достопримечательность, срезав и ограждающую его по периметру железную цепь, и даже памятную табличку. Теперь одним из чудес Свирска является невидимое японское кладбище (то есть все местные называют это место японским кладбищем, а на самом деле — обычный холм), на котором стоит странное мраморное образование, похожее на фонтанчик с питьевой водой.

Большой стал Лысым

Все чудеса — по соседству. С высоты положения на горе пещер Черного леса открывается чудный вид на Ангару. Ровно посредине фарватера лежит, чуть возвышаясь над водой, длинная и узкая полоска земли. В Свирске так к ней привыкли, что и не считают чудом. А на деле это действительно уникальная земля — остров Лысый.

Обидное название он получил незаслуженно. Когда-то он был огромным, назывался Большой, тянулся по течению Ангары вдоль всего Свирска, несколько километров длиной и полкилометра в ширину. На нем рос лес, изолированный кусочек тайги, куда местные жители ездили за грибами и ягодами, как в огород-заповедник. Но, как и многое другое по всем берегам Ангары ниже Братска, остров затопило «наполнением на местности» в течение 60-х.

Всю растительность сорвало, а сам остров, повинуясь прихотливой смене приливов и отливов, связанных со сбросом воды на Братской ГЭС, то погружается под воду, то вновь появляется своей лысой макушкой над поверхностью реки. И самое удивительное, что именно это и сделало остров полноправным чудом, не оцененным местными.

Вот уже сорок лет после очередного всплытия из-под воды остров преподносит сюрпризы. Вода слой за слоем смывает каждый раз поверхность земли и вымывает древние артефакты и раритеты, свидетельствующие о существовании здесь стоянок первобытных людей. В разное время здесь находили нефритовый топор, каменные бусы, череп буйвола и неисчислимое количество черепков, наконечников стрел, скребков и прочей древней утвари. Это действительно делает остров чудом.

Метки:
baikalpress_id:  11 939