Кто зарабатывает на обманутых вкладчиках?

Не получив еще ни копейки компенсаций, заимодавцы становятся источниками для зарабатывания денег

Пристально следя за ходом истории разоренных гражданских накопительных кооперативов и фондовых центров, мы заметили, что пайщики и займодавцы, в основном пенсионеры, становятся довольно привлекательным ресурсом для зарабатывания денег. Самое печальное, что способ заработка вполне законный. Нотариусы, юристы, коллекторы, арбитражные управляющие, аудиторы — все эти люди являются посредниками между прогоревшими вкладчиками и руководителями провальных организаций, а также органами исполнительной и судебной власти.

Когда очередная финансовая организация близка к разорению, тут же включаются затратные механизмы, остановить которые едва возможно. Узнав о потере всех накоплений и вкладов, люди, как правило, готовы на многое, чтобы вернуть хотя бы какие-то деньги. Не имея достаточных юридических знаний и не представляя себе, что вообще дальше делать, люди готовы на все. И это все стоит отнюдь не дешево.

По закону заимодавцы и пайщики являются инвесторами. Это значит, что они получат компенсацию, если таковая вообще будет, в последнюю очередь. В первую и вторую деньги начисляются арбитражному управляющему, который приходит на смену бывшему руководству прогоревшей организации, а также посредникам — юристам и тем, кого впоследствии нанимают юристы.

— Мы добровольно заключили с юридической компанией договор, согласно которому она получит 10% от отыгранных средств, — рассказал председатель инициативной группы пайщиков КПКГ «Департамент вкладов и займов» Юрий Гершевич. — У нас же одни пенсионеры, а юристов нет.

Так, недавно юридическая компания помогла пайщикам «Департамента» получить залог одного из кредиторов — долю в двухкомнатной квартире, и свою часть компания обязательно получит. На остальные средства пайщикам рассчитывать тоже не приходится — они пойдут на старые долги за аренду офиса, услуги и т. д.

Кстати, чтобы начать работу с юристами, сотни пайщиков «Департамента» предварительно написали нотариальную доверенность на фирму, а это 400 кровных рублей из карманов разоренных пенсионеров. Еще существенные расходы идут на арбитражного управляющего. За каждый месяц работы в случае с «Департаментом вкладов и займов» он получит по 30 тысяч рублей, то есть за пять месяцев — 150 тысяч рублей из средств, вырученных от реализации залогов кредиторов «Департамента».

— Наш управляющий за эти месяцы ровным счетом ничего не сделал, мы уже написали жалобу в арбитражный суд с требованием отстранить его и не платить зарплату. Сейчас мы до него даже дозвониться не можем, — рассказал Юрий Гершевич.

Но все же потратить пока еще не заработанные деньги управляющий успел. Так, например, он нанял аудиторскую компанию — договор уже заключен. Провести проверку, которая, по словам Гершевича, сейчас вовсе не нужна, стоит для пайщиков около 100 тысяч рублей.

— Он нам предлагал арендовать зал для проведения собраний, а это еще 6—9 тысяч за одно собрание, но мы отказались. Хотя рассматривали этот вариант: за посещение собрания с обманутых пайщиков предлагалось брать по 100 рублей за вход.

Среди креативных предложений управляющего была рассылка писем инвесторам.

— То есть за свой счет мы должны были покупать конверты, марки, оплачивать все расходы, я уже не говорю о времени. У меня и так вся пенсия улетает на оплату телефонных разговоров и бензин — я ведь каждый день то на собрание еду, то в прокуратуру, то в ОБЭП.

Значительно проще, а может, оттого и печальнее займодавцам Иркутского фондового центра.

— Сейчас к нам никто не обращается с предложениями своих услуг. Все поняли, что ловить здесь нечего, а в «Департаменте» и в «Вивате» другая ситуация, там есть имущество, там есть на чем заработать, — говорит руководитель рабочей группы по контролю деятельности ИФЦ Виталий Горбачев. — Хотя в первое время и нам были всякие предложения якобы помочь.

Впрочем, на клиентах ИФЦ некие структуры уже заработали, и немало. Достаточно вспомнить отправку ходоков в Москву к «дедушке Путину» (на это собирали, если не изменяет память, по 400 руб.), а также многочисленные составления писем и прошений (собирали от 100 до 500 рублей). Еще один кредитный союз, «Виват», — самый «экономичный» вариант для пайщиков. Там нет ни юристов, ни арбитражных управляющих.

— Год назад там была назначена судебно-бухгалтерская экспертиза, которая тоже, наверное, не бесплатно делается. Результатов мы ждали в мае этого года, но их не было, — рассказал Юрий Гершевич. — А сейчас нам снова объявили, без результатов первой, о новой экспертизе. Да о чем говорить: над «Виватом» сейчас работает уже седьмой следователь за два года.

Загрузка...