Слюдянка: год спустя после землетрясения

Пострадавшие от подземных толчков до сих пор живут где попало

Ровно год назад произошло событие, посеявшее среди жителей нашей области великую панику. 27 августа 2008 года Приангарье потрясло невиданное до сей поры землетрясение. В населенных пунктах, расположенных неподалеку от эпицентра, таких как Слюдянка и Култук, ощущались самые мощные восьмибалльные толчки. И до сих пор жители этих населенных пунктов с негодованием вспоминают фразу одного чиновника, выступавшего по Первому каналу: «Тряхануло, но только напугало». Слюдянцы и култукцы не просто напугались, но и потерпели значительный материальный ущерб. Землетрясение не только погубило печки, но и разрушило дома. Этим летом слюдянцы, уставшие жить в жуткой гостинице, сараях и банях и ждать обещанного жилья, были готовы пойти на голодовку.

Дом раскрылся как книжка

Многие слюдянские дома, особенно построенные из шлакоблоков, растрескались и стали непригодны для жизни. Однако на свой страх и риск люди в них заселились. Да и выбора у них особого не было.

— После землетрясения мы включили пять двухквартирных домов в программу по переселению из ветхого и аварийного жилья, — говорит Алексей Шульц, глава Слюдянского муниципального образования. — Эти дома шлакоблочной конструкции строили еще в 60-е годы, у них слабый фундамент, и прошлогоднего сильного землетрясения эти строения не выдержали. В прошлом году из областного бюджета под эту программу пришли деньги, но в недостаточном объеме, и, начав возводить первый дом, строители остановили работы, — продолжает Алексей Шульц. — Строить в долг они, конечно, не рискнули. Но сейчас вопрос улажен, средства появились, в первом доме уже идут отделочные работы, сегодня будет закладываться фундамент еще под один, на днях будут снесены еще два. Дома строят очень быстро по канадской технологии, я думаю, до ноября мы уже всех заселим.

Письмо о начале голодовки подписали 10 семей, прошел уже год с тех пор, как им пообещали новое жилье, и целый год этот вопрос не решался. Алексей Шульц от проблем своих жителей не прячется. Вместе с нами он выехал на улицу Перевальскую, где живут потерявшие кров слюдянцы. У жителей разрушенных домов к мэру больше нет претензий. На месте одного из домов строители возводят фундамент, из другого люди выносят мебель, завтра их полуразрушенное жилище снесут, а на его месте начнется строительство.

— Как же получилось так, что большинство домов на улице Перевальской уцелело, а ваши, построенные из того же самого шлакоблока, землетрясение разрушило? — спрашиваем мы Татьяну Мерко, которая вместе с мужем сейчас живет в гараже.

— Мы и сами с соседями об этом задумывались, — говорит Татьяна Ивановна. — Старожилы нам рассказали, что эти дома были построены 50 лет назад. Строили тогда много, торопились, поэтому за строителями глаз да глаз был нужен. Люди, которым предстояло в эти дома заселяться, бегали за строителями присматривали, чтобы те не халтурили. А за нашими домами было следить некому. Вот и вышло так, что они были построены без сейсмопояса (железобетонный пояс с арматурой, обеспечивающий жесткость и прочность здания при сейсмических колебаниях. Именно он останавливает развитие трещин в стенах, оберегая от разрушения и сохраняя их целостность. — Прим. авт.).

— Вот и вышло так, что во время землетрясения стены нашего дома разошлись, он как книжка раскрылся, — продолжает Татьяна Мерко, — а во время следующего субботнего толчка и вовсе стена со стороны огорода отвалилась. И фундамент слабенький оказался, по камешкам рассыпался. В дом было страшно зайти, мы с опаской выносили мебель.

Семье Татьяны Мерко — мужу, дочке и годовалой внучке — пришлось жить сначала в бане, а потом в гараже. Зимой Мерко ходили ночевать в гостиницу. Условия там были, мягко говоря, слабопригодные для сносной жизни.

— На одно крыло, где множество комнат, там приходится одна раковина и унитаз, внизу кафе, где постоянно идут гулянки, так что и уснуть невозможно, — сетовала женщина. — Нам зимой и постирать толком негде было.

Теперь дом трясет каждый день

Разрушения, которые землетрясение принесло ее жилищу, Галина Евтушенко показывает уже на новом доме. Новенький аккуратный домик, обладающий высокой теплоизоляцией и сейсмоустойчивостью, радует глаз, и самое главное, совсем скоро в него можно будет заселиться.

— Когда землетрясение началось, я встала с дивана, чтобы стенку с хрусталем поддержать, — вспоминает Галина Евтушенко, — а потом вижу: глыба с потолка отвалилась. Ну, думаю, что-то страшное началось, тут уж не до стенки — и на улицу побежала. Нам повезло, нам первым начали дом строить, он у нас экспериментальный, соседи приходят, смотрят. А строители находят ошибки, чтобы в будущем их не повторять. Но мы не жалуемся, самое главное поскорей из гостинцы съехать.

Хозяйка другого дома, который со дня на день должны будут сносить, молодая мама Надежда Кошкарева, выносит вещи.

— Нам сказали вынести перед сносом все, что еще пригодится, — говорит Надя. — А что тут выносить, мебель вон вынесли, теперь она у нас стоит в ограде гниет.

Ребятишки Надежды сейчас живут у бабушки, сама она с мужем ютится во временном пристрое.

— Мы во время землетрясения такой ужас пережили, — вспоминает девушка. — Я уверена, что моего младшего сына Глебушку просто Бог спас. Перед самыми толчками меня как будто кто-то под руку толкнул, я вытащила ребенка из манежа. Тут как все закачалось, и в манежик музыкальный центр со шкафа рухнул.

После землетрясения стены в доме Кошкаревых растрескались, на стене, разделяющей их квартиру с соседями, появились такие щели, что через них можно было спокойно разговаривать. Но, несмотря на эти неудобства и некоторую опасность, Кошкаревы продолжали жить в своем доме, опасаясь близко подходить к стенам, и даже вносили квартплату.

Шлакоблочный дом, тоже готовящийся к сносу, принадлежащий Татьяне Васильевне Дмитриевой, слюдянской учительнице, судя по всему, тоже строили нерадивые строители. Под обоями — змейки трещин, а ковер прикрывает большую дыру.

— Печку я вообще разобрала от греха, — говорит Татьяна Васильевна, — от нее каждый день по куску отваливается. После землетрясения я из школы домой пришла и чуть в обморок не упала — сажи по колено, сквозные дыры в стенах. Дом мой просто отъехал. Восемь дней я щели и дыры латала.

— Хорошо я в свое время эту пещеру приватизировать не стала, — продолжает учительница, — иначе не видать бы мне переселения.

После землетрясения дом Татьяны Ивановны с поврежденным фундаментом начало регулярно трясти, только в этот раз не от подземных толчков, а от проезжающих мимо КрАЗов, груженных мраморной крошкой.

Татьяна Васильевна, женщина решительная и боевая, регулярно пишет письма Путину, Медведеву и в областной парламент с просьбой помочь слюдянцам и култукцам. Если все сложится удачно, к ноябрю в новые дома въедут 10 семей, но наедине со своими проблемами остаются множество других жителей Прибайкалья, дома которых повредило землетрясение.

Загрузка...