Советская лампа подожгла квартиру

Бабушка хотела просто почтить память своих близких

22 июня, День памяти и скорби, для Валентины Ивановны всегда имел особое значение. Война глубоко коснулась ее самой и ее семьи: без вести пропал отец, инвалидом вернулся муж, через фронт прошли четверо братьев. В этот день она всегда вспоминает всех своих близких и родных, однако в этом году 22 июня для нее стало тяжелым вдвойне. Рано утром 87-летняя бабушка хотела поставить свечку перед иконой, чтобы почтить память тех, кто сражался за Родину. Не найдя свечи, она решила включить хотя бы настольную лампу. Буквально через несколько минут женщина почувствовала запах дыма — от лампы еще советского производства начался пожар.

«Больше всего жаль вазу и часы»

Дальнейшие события в голове Валентины Ивановны проносятся как в тумане. Она испытала настоящий шок. Первым делом бабушка вызвала спасателей и попыталась сбить пламя самостоятельно. Для этого она схватила одеяло и бросила его на огонь. Однако оно начало постепенно тлеть и воспламенилось. Второе одеяло также положения не исправило.

Пламя начало распространяться по комнате. Квартира насквозь пропиталась запахом дыма. Валентина Ивановна стала задыхаться и спустилась к соседке, чтобы позвонить на работу дочери. От пережитого шока она никак не могла вспомнить ее рабочий телефон. В это время уже прибыли пожарные, которые за несколько минут справились с огнем. Врачи скорой помощи оказали бабушке первую помощь, от госпитализации она отказалась.

В результате пожара пострадала только та комната, где начался пожар: полностью обгорел угол, где находилась лампа, закопчен потолок, пострадали и некоторые вещи. В окне лопнуло стекло; экран телевизора, который хозяйка приобрела когда-то за два миллиона рублей; сгорели иконки, пострадали книги. Из всего, что сгорело, бабушке больше всего жалко стеклянную вазу, которую ей подарили на День Победы, и часы, тоже подарочные.

— Эта ваза была очень дорогая, красивая, я о ней давно мечтала. И часы красивые, с птицами, через каждый час они пели, и каждый раз по-новому, — говорит старушка.

Вместо свечки — советская лампа

Рядом с вещами, которые остались целыми, лежит медное распятие. От огня оно только закоптилось.

— Вот оно и было у меня прикреплено к стене, под ним я поставила лампу. Она стояла на книгах, между кроватью и этажеркой еще с тремя полками книг. Рядом висели деревянные иконки Иисуса Христа, Божией Матери; лежали бумажные салфетки. Так и получилось, что все это легковоспламеняющееся, — вздыхает Валентина Ивановна.

По словам бабушки, она услышала по радио, что в День памяти и скорби в Москве утром всех погибших почтут зажженными свечами. Она тоже хотела поставить свечу перед иконой.

— Утром дочь поставила свечу, и, когда та догорела, я убрала ее сразу в шкаф. Я тоже хотела поставить свечку небольшую, но никак не могла найти. Поэтому решила хотя бы включить настольную лампу, — поясняет пострадавшая. Лампа, виновница пожара, была старой. Такими пользовались еще в советское время. Над ней был прикреплен металлический абажур, который очень быстро нагревался.

Как призналась Валентина Ивановна, она и раньше боялась, что лампа когда-нибудь загорится, но в этот день она все же решила ее включить.

— Я буквально вышла ненадолго — пошла на кухню принимать лекарства. Дома в это время были только я и кот. Дочь ушла на работу, внуков тоже не было. А у нас кот очень умный, он сразу чувствует, если что-то не то. Он сидел на стуле и вдруг начал вести себя ненормально: бегать, прыгать на стул. Я пошла посмотреть, что случилось, и тут же почувствовала дым, — вспоминает старушка. — До этого мне показалось, что я услышала, как что-то щелкнуло. Только теперь я поняла, что это разбилось стекло в лампе и накаленная спираль нагрела металлический абажур, после чего постепенно и началось возгорание.

Дань памяти

Сейчас бабушка говорит, что если бы она тогда нашла свечку, то и пожара не произошло бы. Но и ничего не поставить возле иконки она тоже не могла. С войной у 87-летней бабушки связаны особые воспоминания.

— Это памятный день. Во время Великой Отечественной у меня без вести пропал отец, четыре брата прошли войну. Один из них был защитником Брестской крепости. Младший брат служил на «катюше», рассказывал мне, как они давали залпы, чтобы фашисты думали, что их очень много, хотя было тогда всего 2—3 машины. Затем их перебросили в Ленинград, чтобы вывозили оттуда больных и детей. Они отдавали им свои пайки, — говорит Валентина Ивановна. — Сейчас их уже никого нет в живых, все умерли. Сама женщина — ветеран тыла. За 13 дней до войны она вышла замуж. А 27 июня муж уже был под Ленинградом. В феврале 1942 года он был ранен, контужен, находился в госпитале.

— Он мне написал письмо, что я молодая, красивая, чтобы не ждала его, он не вернется. Раньше были другие времена, все ждали и верили. Я написала, что даже без рук, без ног, но должен вернуться домой. И он приехал. Больной. Семь месяцев пролежал там в госпитале, семь месяцев здесь, но все равно умер. Очень болел, — вспоминает Валентина Ивановна.

Через несколько лет она снова вышла замуж. Новый супруг также оказался демобилизованным с фронта — моряк. Вместе они долгое время проработали в правоохранительных органах.

— Сейчас от моей большой семьи никого не осталось. Как же я могла в такой день не поставить свечку?.. — говорит бабушка.

Метки:
baikalpress_id:  22 915
Загрузка...