Мальчик ждет, когда ему сделают новые руки

Два года назад Коля попал в страшную аварию и лишился рук

— Когда Коля очнулся в больнице, он спросил меня, где его руки. Что я должна была ему ответить? Вот я ему и сказала: «Вырастут твои ручки», — рассказывает мама Коли, Лариса Спиридонова. Теперь десятилетний Коля ждет, когда же это случится. Точнее, когда врачи Санкт-Петербургского НИИ протезирования им. Г.А.Альбрехта сделают ему протезы обеих рук. Это событие ожидается в семье Спиридоновых уже в конце марта.

Грузовиком раздробило руки

О трагедии в семье Спиридоновых знают в деревнях на много километров вокруг. Сочувствуют. Мальчик Коля Спиридонов из села Кулункун, что в десяти километрах от Усть-Орды, два года назад попал в аварию и лишился обеих рук.

— В тот день, кажется, шел дождь. Да, точно, было дождливо. Стоял конец сентября, и мы картошку как раз убирали. А сыновей отправили загонять телят. И что-то долго их не было. Телята уже сами пришли домой. Мы подождали еще немножко и пошли их искать. И тут навстречу старший, Сема, бежит, кричит что-то, — рассказывает Лариса Спиридонова, глотая слезы.

Десятилетний Сема, старший сын Ларисы, кричал: «Колю машина задавила!» Восьмилетнего брата он оставил возле дороги, а сам помчался за помощью.

— На сына наехал грузовик. В нем были наши, кулункунские. К бабушке они приехали навоз грузить. И груженая машина в горку шла. И Коля как-то под машину попал.

Как произошла трагедия, Лариса не знает. Она говорит, что водитель сам не понимает, как наехал на ребенка. Причем у Коли оказались повреждены только руки — но не под колеса же он их положил. Никаких других травм у мальчика не оказалось.

— Когда Сема прокричал, что случилось, я растерялась. Сестре срочно позвонила, отправила ее в больницу. Она в Усть-Орде живет, ей близко. Потом вместе с мужем кинулись туда же.

Сам Коля, говорит Лариса, не помнит ничего. Хотя, когда везли его в больницу, был в сознании.

— Его виновники произошедшего сами в окружную больницу доставили. Водитель вез его, и Коля помнит, как они разговаривали. «Не умирай, — говорил водитель. — Если не помрешь, я тебе сотовый телефон подарю».

Коля не умер. А детская память милосердно не оставила кошмарных воспоминаний, только безобидные. И когда Коля очнулся в больнице, он спросил непонимающе: «Мама, где мои руки?»

— Что я могла ему ответить? «Вырастут, — сказала, — у тебя новые руки».

Для Коли собрали денег, семье подарили автомобиль

Пролежав в больнице месяц, Лариса с Колей выписались. Но целый год лечили Колины раны. Одну руку мальчику удалили вместе с лопаткой, от второй осталась маленькая культя. Маленькому пациенту делали пересадку кожи. И рана эта после операции никак не заживала, гноилась. Лариса решила показать мальчика врачам в Иркутске.

— И только в Иркутск съездили, проконсультировались, так сразу все у нас зажило. Надо же так...

Залечив Колину рану, мама стала собирать деньги на протезы. Так ей велели в больнице. Так и сказали: «А теперь деньги на протезы собирай». Лариса открыла счет, дала интервью на иркутском телевидении. Но она и не надеялась собрать крупную сумму.

Мы спросили:

— А как же виновник аварии? Разве по суду его не обязали выплатить определенную сумму в пользу пострадавшего ребенка?

Оказалось, Спиридоновы никуда не обращались — ни в суд, ни в милицию. Точнее, хотели было в милицию заявить, но не заявили.

— Почему же не заявили, Лариса?

— Те, кто виноват был, сказали: «Не пишите, помогать вам будем». Ну, мы думали, что водитель наш, кулункунский... Не хотели ссориться...

— И помогли они вам?

Лариса замялась. Оказалось, что, когда Коле в больнице стало получше, семья водителя грузовика заявила, что денег у них нет, помогать не станут — нечем.

— Водитель хотя бы трезвый был, когда на Колю наехал?

— Да, трезвый. Но объяснить ничего не может, не помнит. Шок, наверное.

Ларисе не очень приятна эта тема. Она говорит, что вообще не хотела выносить грустную историю на обсуждение общественности, на телевидение. Но как бы иначе собрали денег? Женщина была удивлена, что на счету довольно скоро оказалось двести тысяч. Жертвовали по сто, по двести рублей. С миру по нитке — набралась довольно крупная для Спиридоновых сумма.

— А парни из Усть-Орды приехали, машину подарили, «Таврию». Нормальная машина, на ходу. Сказали: «Хоть сами ездите, хоть продайте, хоть обменяйте на что-нибудь».

Зеленая «Таврия» стоит в ограде дома, радуя глаз и сердце, — ведь к чужому горю люди не остались равнодушны. Спиридоновы пока не решили, что делать с подарком. Лариса передает большое спасибо всем, кто помог их семье.

— Особенную благодарность хочу выразить жителям Усть-Орды. Спасибо.

Мамины руки заменяют Коле его собственные

Собранные для Коли деньги оказались очень кстати. У Спиридоновых ведь трое детей, а работает только муж — сторожем в деревне Кударейке. Ближе работы для него не нашлось. Муж уезжает и живет на своем посту, связывается с женой, когда что-то нужно. Сначала было совсем трудно. У мужа сразу, как он узнал о произошедшем, случился инфаркт. К счастью, здоровье его выправилось, он может работать. Лариса пойти работать не может — из-за Коли. Живут Спиридоновы, что называется, коровами. В деревне, говорит Лариса, у каждого коровы — у кого пять, а у кого и пятнадцать.

— Но вы же многодетная мать, какая-то поддержка от государства есть?

— Нет, я не многодетная. К нам на собрание приезжали представители соцзащиты, кажется. Рассказывали что к чему. И объяснили, что многодетная мать — это когда четверо детей.

Поэтому «немногодетная» мать Лариса и ее муж — впрочем, как и все в деревне — перебиваются одной маленькой зарплатой и доходами с коров. Раньше Лариса молоко ездила продавать на рынок в Усть-Орду, но сейчас нет времени.

— Я тогда хотела на работу пойти устроиться. А тут несчастье, — рассказывает Лариса, вспоминая о планах двухлетней давности.

Младшие дети — сыновья Сема и Коля — как раз пошли в школу один за другим (у мальчиков два года разницы), старшая дочка Саша — совсем взрослая пятнадцатилетняя девица, могла бы и за домом приглядывать, и младших накормить. Но теперь Коля не может обходиться без мамы. Мама пока что его руки, его пальцы. Мама же еще и самый главный друг.

— Пойду сено грести или еще что-нибудь делать, слышу — кричит: «Мама, ты где?» Так и ходим друг за другом. Все вместе делаем.

Лариса теперь даже посещает вместе с сыном школу. До школы два километра — деревня раскинулась вдоль дороги, а Спиридоновы живут на самом краю.

— И сижу с ним за одной партой.

Учителя не просят ее этого делать, но Лариса ходит, наблюдает, как учится Коля. Ведь мальчик и так пропустил целый год и теперь проходит программу второго класса, хотя должен учиться в третьем. Ему трудно, ведь писать он не может и нужно все запоминать, многое держать в уме. В уме Коля производит все вычисления. В школе с него особо не требуют, учителя понимают трудности, вставшие перед мальчуганом. Но Лариса уверена, что образование Коле необходимо. Поэтому и ходит с ним в школу, контролирует процесс обучения, сама проходит заново школьную программу начиная со второго класса.

— Раньше память у него была лучше, теперь он стал нервный, агрессивным бывает, — вздыхает Лариса.

Каково сейчас Коле, ей даже и представить страшно. Но мальчик улыбается — нам, незнакомым людям. Значит, духом не упал. Тем более что очень скоро у него будут новые руки. Лариса говорит, что совсем скоро — в конце марта они планируют отправиться в Санкт-Петербург. И не беда, что придется пропустить еще один школьный год. Коля и Лариса знают, что с новыми руками они что угодно смогут сделать, не то что школьную программу пройти.

Протезы Коле поставят бесплатно

— А денег на протезы хватит? — спрашиваем мы.

— Нам денег не нужно, протезы нам поставят бесплатно, — робко улыбается Лариса.

Оказывается, Лариса до последнего думала, что семье придется копить деньги на протезы — хоть на какие-нибудь, на какие хватит. Когда была в Иркутске, врачи собрались на консилиум, посовещались и решили отправить маленького Колю на протезирование в Питер.

2 марта Спиридоновым пришло письмо из Санкт-Петербурга — вызов на операцию в НИИ им. Г.А.Альбрехта. Лариса поехала в Усть-Орду выяснять, что и как. Оказалось, что протезирование и дорогу полностью оплатит Фонд социального страхования. И протезы поставят хорошие, германские, которые будут двигаться и позволят развивать плечевой пояс.

Огорчает Ларису одно: то письмо, которое она получила 2 марта, запоздало: 2-го их уже ждали в Петербурге. Теперь местные власти и санкт-петербургские врачи пытаются скорректировать сроки. В Усть-Орде Ларисе пообещали, что поедут они в конце марта. Теперь они с Колей, что называется, сидят на чемоданах.

С чемоданным настроением Лариса ходила к шаману, чтобы узнать, благоприятно ли время для дальней дороги. Шаман успокоил, сказал, что дорога для них открыта, и велел проводить обряд — брызгать. Лариса брызгает. И строит планы, как они будут жить после сложной операции.

— Коля раньше, до несчастья, компьютерами увлекался. Мы в Ангарск ездили, к моей сестре, так он там все время проводил за компьютером. Старший-то сын ходит на бокс, а дочь раньше занималась рукоделием. А Коля все просил компьютер. Вернемся, надо будет обязательно купить.

Коля улыбается. Улыбается и мама. Она завязывает мальчику ботинки. Оба, наверное, мечтают, как Коля будет новыми руками играть на своем новом компьютере.

Метки:
baikalpress_id:  22 734
Загрузка...