Байкал похож на суп

Результаты погружения «Миров» удивили даже известных ученых

Директор филиала Фонда содействия сохранению озера Байкал в Республике Бурятия, член-корреспондент РАН Арнольд Тулохонов был в числе тех, кто совершил первое беспрецедентное погружение глубоководных аппаратов в толщу байкальских вод. Он курирует научную часть проекта. Мы расспросили его о результатах первой части двухгодичного проекта изучения Байкала с помощью глубоководных аппаратов «Мир-1» и «Мир-2».

В декабре подведут научные итоги

— Экспедиция осуществляется как самостоятельный проект?

— Она является составной частью акции, которую проводит Фонд содействия сохранению озера Байкал (его председателем является Артур Чилингаров. — Прим. авт.). В фонд будут входить частные структуры, которые неравнодушны к проблемам Байкала и видят интерес в фундаментальной науке.

— Итоги экспедиции уже подведены?

— В ближайшее время состоится рабочее совещание. А в декабре — заседание ученого совета Фонда содействия. Все материалы, научные результаты принадлежат фонду — и никому другому.

Те научные учреждения, которые посмеют присвоить научную собственность, по заверению Тулохонова, в дальнейшем будут отстранены от участия в проекте.

— Можно ли уже говорить о каких-то интересных результатах?

— Новые виды будут открыты. Я говорю «будут», потому что сейчас идет научная обработка полученного материала. Как один из интереснейших моментов — получены прямые этологические наблюдения за рыбами. Попросту говоря — за поведением рыб в естественной среде обитания. Это первый подобный опыт. Вы же понимаете, что такие данные нельзя получить никаким другим путем.

По мнению Тулохонова, погружения уже окупились. Хотя научные результаты, естественно, невозможно мерить деньгами.

Частный бизнес хочет пока только славы

— Проект финансируется только из частных средств?

— Роль частного капитала возрастает. Погружение «Миров» — первый пример в России, когда частная структура вкладывает деньги в науку. И, хочу подчеркнуть, именно в изучение Байкала.

Сейчас ситуация вокруг Байкала такова, говорит Тулохонов, что государство вкладывает в него в десять раз больше денег, чем при советской власти. Есть множество документов, разработаны новые законы — но все это не работает.

— Я считаю, что причины две: нет денег и нет политической воли. В России есть две проблемы — армия и Академия наук. Не будет того и другого, Россия не сможет существовать. Когда «Миры» привезли в Улан-Удэ из Калининграда, был праздник с песнями и плясками. Это, наверное, впервые был именно академический праздник.

— Распространялось мнение, что проект был замыслен якобы из коммерческих побуждений — для того, чтобы заработать на погружениях.

— Коммерческих погружений не было, мне о них ничего не известно. Погружались VIP-персоны: президент Бурятии, мэр Улан-Удэ, мэр Ялты, Валентин Распутин и другие.

Кстати, вместе с Арнольдом Тулохоновым первыми спустились в пучины озера президент Бурятии Вячеслав Наговицын, депутат Госдумы Владимир Груздев, председатель попечительского совета Фонда содействия сохранению озера Байкал Михаил Слипенчук.

— Но не потребует ли частный бизнес в дальнейшем каких-то дивидендов?

— Пока ничего не требует. Естественно, капитал хочет иметь положительный результат. Положительным результатом в данном случае является имидж. Арнольд Тулохонов считает, что такое взаимодействие капитала, науки и, естественно, государства, поскольку в таких проектах реализуются также интересы государства, необходимо.

А благодаря экспедиции может идти речь о том, что многие захотят вкладывать средства в изучение жемчужины планеты.

— Принц Альберто будет финансировать исследования. Иностранные гости будут помогать.

С такой частотой «Миры» еще не погружались

До Байкала «Миры» ни разу не погружались в пресную воду. Вообще лето 2008 г. было необычным для эксплуатации аппаратов. За всю свою долгую жизнь — аппараты были созданы в середине 80-х годов — еще не было такой интенсивности погружений.

— За двадцать лет они погрузились 440 раз. А за два летних месяца этого года — 52. По 26 погружений пришлось на каждый «Мир». Вот и прикиньте, сопоставьте...

Всего в байкальские глубины погрузилось 40—50 человек.

— Заметьте, из них тридцать — представители науки. Из иркутского научного сообщества погружалось больше всего представителей Лимнологического института.

Погружения проходили в основном на Среднем и Южном Байкале. Личный «батискафный» опыт Тулохонова — шесть погружений. Одно из погружений он совершил вместе с сибирским классиком современности Валентином Распутиным. Погружение проходило шесть часов. Несмотря на это, пожилой и уже некрепкий здоровьем Распутин, по свидетельству Арнольда Кирилловича, держался бодро.

— Мы говорили о том, что наука — определяющий фактор для сохранения Байкала.

Личное открытие ученого — тот факт, что Байкал похож на суп. Его поразило, что вся толща байкальских вод кишит планктоном, который очищает воду.

— В этом смысле Байкал не чистый. Рачки в воде — от самого дна до поверхности. Мы наблюдали, их очень хорошо выхватывал прожектор. Кроме того, Арнольд Тулохонов прояснил для себя один момент в происхождении Байкала.

— На глубине 800, 600, 400 метров я видел гряды из валунов, прибойную линию, древние берега Байкала. Можно сделать вывод, что уровень Байкала пульсирующе поднимался.

Экономическая зона — на самом грязном месте

Дно Байкала, по наблюдениям членов экспедиции, ровное и чистое. До экспедиции в чистоте озерного дна многие сомневались. Ведь по озеру транспортировали лес, по впадающим в Байкал рекам его сплавляли. Но результат, к счастью, превзошел ожидания всех скептиков.

Однако Арнольд Кириллович сообщил нам один поразительный факт. В одном из погружений он наблюдал самое грязное на всем Байкале место — дно возле поселка Большое Голоустное. Там были бревна и бутылки.

Батискафы погружались также в зоне сброса стоков БЦБК. На месте побывала группа из представителей Иркутского территориального управления по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды, Лимнологического института и Байкальского института природопользования Сибирского отделения Российской академии наук.

Недалеко от Байкальска заметили место, где вода абсолютно непрозрачная, похожая на молоко. Ближе к Байкальску она осветлялась, становилась прозрачной. Происхождение туманной, молочной воды пока неясно. Одно не подлежит сомнению: это влияние Байкальска.

— Кстати, надо довести до сознания народа, что ни перепрофилирование комбината, ни перевод его на закрытый водооборот ничего не меняют. БЦБК надо закрывать. Он тормозит развитие огромного Байкальского региона. Он не должен существовать ни в какой форме.

Тайны Колчака нужны только журналистам

Были погружения, не совсем совпадающие с основными — естественно-научными — планами экспедиции. «Миры» погружались в зонах, на которые пало историческое подозрение, — местах, указанных в письменных исторических источниках. Погружения происходили на участках ледовой переправы от мыса Бабушкина и по линии КБЖД. Искали и золотой обоз Колчака, и купеческий миллионный обоз.

— Но кроме трех ящиков с патронами мы ничего не нашли. Эти археологические погружения, по сути, ничего не дали. Да они нужны больше вам, журналистам, как жареный факт. Нам нужны научные результаты.

Промышленных запасов нефти на Байкале нет

— Ходят слухи, которые поддерживают и некоторые ревнители охраны природы, будто одной из задач экспедиции была разведка месторождений нефти. В связи с этим высказывались опасения, что речь идет о промышленных месторождениях в дельте Селенги.

— В самом начале Баргузинского залива мы наблюдали нефтеносные битумы. Из них сочится нефть — каждые двадцать секунд капелька отрывается и всплывает. Ни о каких месторождениях нефти речи не идет.

Изучение нефтеносности в районе Байкала может служить только научным целям — например, прояснить вопрос о появлении нефти на Байкале.

Туристский популизм

Тулохонов известен как ученый, который очень осторожно относится к глобальным экономическим проектам на Байкале, — к организации особых экономических зон в Бурятии и Иркутской области. Зоны, как известно, базируются на организации массового экологического туризма.

— Развитие туризма на Байкале — это вещь в себе. Развитие туризма ставит три большие задачи: повышение культурного уровня населения, развитие инфраструктуры и развитие собственно экономики. Но ни одна из этих задач не просчитана. В большей части проект создания ОЭЗ — популистский проект. Лично я не поддерживаю это в том виде, в каком сейчас это происходит.

Как будут зимовать «Миры»

Глубоководные аппараты прибыли на зимовку в Иркутск — на ремонтный завод гражданской авиации. Василий Колмаков, начальник охраны объекта, объяснил причины такого выбора:

— У нас есть пароходство. Мы третий год уже храним суда на своей территории. Здесь ближайшая база, которая хранит большие суда. Мы сами даже строили большое парусное судно на заказ — надо было как-то выживать. Этот корабль, кстати, ходит по Иркутскому водохранилищу. Он частный.

Почему именно авиаремонтный завод? Потому что разгружать «Миры» можно только в высокий ангар. Парусное судно, которое строили на предприятии, поднимали и грузили двумя кранами КАТО.

За зимовкой «Миров» будут наблюдать специалисты из Улан-Удэ, где есть офис фонда. Сейчас специалисты контролируют, как создается охранная система для батискафов. За охрану аппаратов будет отвечать отдельный человек, хотя доступ на объекты и так ограничен.

Кстати, сибирские температуры аппаратам не повредят. При температуре -10 градусов они могут вполне нормально храниться.

Загрузка...